едва удерживаемая позвоночником. Вместо этого лом просвистел над противником, бессильно разрезав воздух, пока вырвавшийся из-за спины неизвестного мутанта отросток не перехватил его. Инерция от поимки довольно тяжёлого объекта должна была протащить тело за собой, но вместо этого, лом с лёгким звоном остановился, не сдвинув существо даже на миллиметр. Инженер в какой-то степени почувствовал себя тем самым неразговорчивым физиком-теоретиком в очках.
— О-х-р-е-н-е-т-ь, – с расширившимися глазами военный инженер смотрел на очень серьезную проблему, вставшую между ним и лестницей. Сражаться с неизвестным существом не было никакого желания, неизведанная тварь выбивалась за рамки, кого-либо виденного ранее. К тому же ещё не один противник не мог существовать с поврежденной головой.
Но голова этому существу, похоже, уже и не требовалась. Ровно в области груди одежда мертвого студента с треском порвалась, открывая вид на бугрящуюся плоть, спустя мгновение, кожа потекла, словно горячий воск, обнажая огромный тёмно-оранжевый глаз, который сразу же сфокусировался на неподвижном представителе инженерного ремесла. С хрустом и чавканьем из тела монстра вырывались всё новые и новые щупальца, извивающиеся в воздухе, как будто змеи. В какой-то момент существо стало опираться лишь на одни щупальца, а ногам и рукам оставалось лишь безвольно повиснуть, словно бесполезным рудиментам.
За всей этой мешаниной гипнотизирующих отростков Ломагин чуть не пропустил самый главный удар, и военный инженер воздал должное хитрости своего противника. Чудовище решило повторить тот же приём, что использовал Ломагин. Резко закрутившись на одном месте, бывший студент с хлопком запустил в него собственный лом. Лишь нечеловеческая реакция, Ктулху и сила уберегли Ломагина от страшной участи.
Он успел среагировать, убирая свою голову с траектории своего оружия, зачем-то попытавшись схватить оружие левой рукой. И ему это удалось, но, в отличие от своего монструозного оппонента, погасить силу удара Ломагин не смог, вследствие чего он последовал за своим оружием с громким хрустом, знаменующим сломанный кости, повстречавшись со стеной.
Левая рука военного инженера онемела, несмотря на свою явно не человеческую природу. Безвольной куклой Ломагин повис на воткнувшемся в стену ломе. Как-то по-будничному с него соскользнул ремень расколотой на две части винтовки. А ведь он даже не успел пусть её в ход, хотя, смотря на вновь стоящего без движения монстра, Ломагин сомневался, что пули смогли бы ему в чём-то помочь.
Придя в себя, военный инженер уперся правой ногой в стену. Рывок и военный инженер вытаскивает из стены своё слегка деформированное оружие, мягко приземляясь на пол.
— Знай, ты сам напросился, — слегка поведя плечами, произнёс Ломагин, приготовившись отражать атаку противника, нападать самому на таинственное существо он посчитал самоубийством. Ответный ход существа в большей степени нанёс удар по самомнению военного инженера, нежели причинил его телу урон. Сломанные кости с поразительной скоростью восстановили свое изначальное состояние, слегка укрепляясь в месте переломов. В глубине души Ломагин считал себя главной лягушкой в этом болоте, и тем сильнее стало откровение, что в этом месте водятся лягушки способные с ним посоперничать.
Их незримую схватку взглядов прервал пронзительный женский крик и раздавшиеся следом за ним выстрелы крупнокалиберного оружия, возможно, помпового ружья. С противным визгом, откуда-то сверху башни, на висящую многотонную люстру, находящуюся прямо над телом мертвеца упала агонизирующая тушка старого знакомого, выбросившего через окно студента. Заливая всё вокруг свой кровью, лизун перерезал толстую цепь, держащую многоуровневую люстру на весу.
Почти бесшумно гигантская конструкция из стекла и металла упала вниз, погребая под собой не сдвинувшегося с места мертвеца. Грохот, раздавшийся следом, мог посоперничать с уличным взрывом. Мелкие осколки стекла разлетелись во все стороны, впиваясь в мебель и мертвые тела студентов.
— Вот и славненько, — довольно воскликнул Ломагин, люстра решила упасть вовремя, скорее всего спасая задницу военного инженера от неприятных последствий боестолкновения. Решив не задерживаться в этом месте, Ломагин направился к лестнице, его путь лежал, судя по всему в то место, откуда донесся женский крик.
В разговорах с Марко, они наметили два маршрута гарантированно позволявших Ломагину добраться до кабинета ректора.
Первый маршрут пролегал сквозь ботанический сад, располагающийся за тяжёлыми двустворчатыми дверями в конце холла. Единственный доступный вход в башню, в которой находились кабинеты ректора и высоких чинов администрации университета. Желание пройти коротким и лёгким путём испарилось у Ломагина в момент инструктажа и подозрений Марко насчёт мутировавших растений. И встреча с новым монстром лишь сильнее убедила военного инженера в правильности своего желания избегать этого места. К тому же, створки дверей и небольшую площадь рядом с ними покрыла отвратительного вида поросль, отбивающая всяческое желание узнать, что находится по ту сторону, по крайней мере, до тех пор, пока в руках не окажется огнемёт.
Второй маршрут был длиннее, непредсказуем и требовал приложения большого количества усилий. Под зданием университета в правом крыле располагались лаборатории студентов и преподавателей и именно там находилось техническое помещение, заставленное современными системами фильтрации и циркуляции воздуха. В заднем кармане штанов Ломагина находился листок с планом системы вытяжной вентиляции, в которую ему предстояло залезть в случае, если первый маршрут не подойдёт. Именно таким способом
