опасного для двоедушцев настоя.
– Если Железные Кузнецы не обманут, то Яр о многом с Незрячим договорится, – подошла Влада к коробу и ссыпала назад серебро. – Но, если моего сына убьют, как сделали то с Безымянным, я их род до последнего щенка вырежу.
Она поглядела на своды норы, словно учуяла что-то с поверхности, пусть над ней непроглядная толща земли и жилые межени.
– Скоро лето. Когда снег сойдёт, мы направим судьбу Зимнего Волка. Только бы Яра от Правды не своротили. Молод он, кровь играет, пылает душа, молчит ум. Как и у меня в его Зимы.
*************
Дашутка сидела ровно и старалась держать плечи расправленными, как того любила Марина. Ночная гостья стояла позади табурета и расчёсывала её распущенные волосы. Минула полночь. Дарья давно опоздала ко времени, когда обещала Тамаре вернуться домой. Впрочем, она ни о чём не жалела и обо всём позабыла. Ничего важнее визита наставницы для неё просто не было.
Марина расчёсывала ей волосы и тихо запела.
Почему ж ты мне не встретилась, Юная, нежная, В те года мои далёкие, В те года вешние?..
– Красивая песня, Мариночка, – обронила Дарья, опустив глаза. Наставница за её спиной улыбнулась.
– Тебе нравится? Я тоже очень люблю её, хотя песня мужская. В ней тоска об утраченном, когда всё лучшее уже позади, но неожиданно снова встречается чудо.
– Мне тоже случалось так тосковать, – кивнула Дашутка. – Я о маме тоскую. Даже дня мы с ней рядышком не прожили, она скончалась при родах. Порой так её не хватает! Стрясётся у меня какая беда, так я зову её, плачу, так хочется родной голос услышать, да только слышатся голоса всё чужие.
– Знаю, мне Тамара рассказывала. Тяжело расти без родителей, ни совета тебе, ни тепла от близкой души.
– У меня есть ты, Мариночка… – Дашутка робко коснулась пальцев наставницы на плече. – Ты многому меня научила. Рядом с тобой всегда светло, будто солнышко из-за хмари вышло.
– Солнышко, говоришь? А всё-таки ты чудесная! – Марина погладила Дарью по голове. Дашутка уловила пряный аромат от её одежды, так пахла только наставница – и приятно, и резко. Очень скоро Марина завела новый куплет, ещё лучше прежнего.
Гори, гори, моя звезда, Гори, звезда приветная! Ты у меня одна заветная, Других не будет никогда…
– Девонька моя, какие же всё-таки красивые у тебя волосы! – Марина ещё раз прошлась гребнем по иссиня-чёрной глади волос. – Всегда распускай их, когда на судьбы гадаешь. Волосы женщине для силы даны, вот и пусть сила по ним свободно струится. Пока ты молодая, косу натрое заплетаешь, чтобы со своей силой вместе сплестись. Когда же замуж выходишь, косы на двое расплетаешь – для себя и для будущего ребёнка. Младенцу ведь тоже сила нужна, она от матери к чаду передаётся. Потому замужние женщины волосы всегда прячут, чтобы другим не завидно.
– А я думала, чтобы просто скромнее быть, – опустила зеленоглазый взгляд Дарья. Марина легонько тронула её под подбородком и велела смотреть строго перед собой.
– Пусть простые девицы о скромности думают. А ты лучше всех.
Сказав так, она вновь запела.
На тебя заглядеться не диво, Полюбить тебя всякий не прочь: Вьется алая лента игриво В волосах твоих чёрных, как ночь.
Дашутка затаила дыхание, беспокойно теребя ноготок. Куплет закончился, и она решилась спросить про самое главное, чего долго хотела.
– Мариночка, а когда ты меня самому сильному колдовству научишь?
Гребень в её волосах остановился, Дарья не оглянулась, она с замиранием сердца ждала, что ответит наставница.
– Простых гаданий тебе, значит, уже не хватает? Хочется не только судьбы предсказывать, но и в нужную сторону их поворачивать?
Гребень снова пошёл по волосам. Дашутка не услышала слова «нет» и приободрилась.
– Есть парень один, из трудников, он очень-очень сильно мне нравится! Ильей кличут – самый красивый! На него все девчата заглядываются, не долго такому ходить холостым. Но на меня он не смотрит… и всё оттого, что я больной уродилась, бледная, немощная и худая.
– Никогда не говори про себя плохо! – слегка сжала её плечи Марина. – Слово силу имеет. Наговоришь лишнего – сама же себя испортишь. Я помогу. Трудник твой ещё не обручён? Сватов ни к кому не присылал?
– Нет, я бы знала! – заволновалась Дашутка.
– Хорошо. Есть один приворот на любовь, как раз по нашей вере. Не колдовство даже, а так – лёгкое наставленье души, чтобы любимый на тебя наконец посмотрел, и ты ему приглянулась. Возьми в храме четыре свечи. Одну поставь Богородице, а вторую Божьему Сыну. Совершай непременно всё днём, к светлым силам за помощью обращаешься. Как домой из храма вернёшься, две другие свечи сплети воедино, будто сама, тоненькая, к Илье крепко-накрепко прижимаешься, и поставь свечу в четверговую соль, зажги и прочитай: «Господь всемогущий, Ты создал для мужчины жену, ибо не гоже человеку жить одному. Так направь ко мне раба своего Илью – в вечный брак, да любовь», – так и повторяй, пока свечи горят.
– И всё? – удивилась Дашутка. – Неужели подействует? Да и разве так можно?
– Не надо искать греха там, где его нет. У тебя всё подействует, только делай всё с верой, ведь ты чудесная девушка! – Марина снова принялась расчёсывать волосы. Но Дарья засомневалась.
