Читаем без скачивания Дитя во времени - Иэн Макьюэн

Стивен решил отдать ей свое пальто. Оно было старым, а он собирался сесть в теплый поезд. Стивен снял пальто, поставил сумку на землю и, нагнувшись, попытался поймать взгляд девочки, которая слишком устала или потеряла интерес к происходящему, чтобы посмотреть на него. Стивен попытался вспомнить, как он увидел в этой девочке черты Кейт. Он положил руку на узкое плечо. Мужчина, лежавший рядом с ней, приподнялся на локте. У такого огромного тела голос оказался писклявый и угнетающе панибратский.

– Ой-ой. Только подумать, да? Не обращает внимания!

Он засмеялся.

Стивен укрыл девочку своим пальто и тронул ее за руку. Рука была холодной, как окружающий воздух. Стивен коснулся ее лица, взгляд девочки не изменился, в ее глазах застыло абсолютное безразличие. Он поднял сумку и выпрямился. Забрать пальто обратно теперь было невозможно. Стивен не мог вспомнить, проверил ли он карманы. За его спиной раздался свисток, и вдоль поезда пробежала скрипучая дрожь. Часы на стене вокзала показывали, что у него осталось чуть больше минуты.

Мужчина внимательно наблюдал за ним и за пальто.

– Давай, – ворчливо сказал он, – а то не успеешь.

Стивен знал, что если заявит о случившемся в полицию, то из Лондона ему сегодня уже не уехать. На мгновение он смешался, затем отступил назад, повернулся и быстро пошел к поезду, а потом, когда увидел кондуктора, который, двигаясь вдоль состава, захлопывал дверцы вагонов, побежал. Он ни разу не оглянулся, пока не схватился рукой за обледеневшую ручку. В ста метрах от него, на мгновение скрывшись из виду за проехавшей почтовой тележкой, нищий стоял на коленях и, держа его пальто на весу, проверял карманы. Поезд дернулся. Стивен рванул ручку, забрался в вагон и привычно пустился на поиски самого пустого купе.

Всего четыре человека сошли с поезда на пустынной станции в Саффолке два часа спустя. Пока Стивен ходил по плохо освещенной платформе в поисках телефонной будки, его попутчики разобрали все такси на стоянке. Снег перестал идти и теперь лежал на земле десятисантиметровым слоем, рассеивая туманный свет луны, закутанной в облачную дымку. Станция находилась на самом краю городка, по сути, за городом, на дороге, освещенной чем-то вроде одиноких комнатных лампочек, развешанных на высоких столбах. Стивен немного подождал, прислушиваясь к неожиданной тишине. Затем он поднял повыше воротник легкой куртки и направился в центр городка, где имелся отель. Сидя в пустом баре, он заказал по телефону такси и, купив себе выпить, остался ждать возле электрического камина.

Шофером такси оказалась дружелюбная, по-матерински заботливая женщина, которая настояла на том, чтобы самой пристегнуть его ремнем безопасности. Она работала таксистом вместо своего мужа, у которого два года назад отобрали права. Теперь он вел домашнее хозяйство и, по словам его жены, находил в этом удовольствие. А она открыла для себя новую жизнь. Женщина рассказывала и вела машину с преувеличенной осторожностью, поэтому им понадобилось сорок пять минут, чтобы одолеть двадцать пять километров. Стивен нежился в струях теплого воздуха, обдувавших его ноги и лицо. Он поглубже вжался в нейлоновый мех сиденья, убаюканный нетребовательным разговором и качанием пушистого кубика, свисавшего с зеркала заднего вида.

Женщина-шофер согласилась довести Стивена до изрытой колеями тропинки к дому Дарков. Была половина девятого, когда она высадила его на опушке леса. И опять Стивену пришлось подождать, привыкая к тишине. Он понаблюдал за тем, как задние огни удалявшейся машины прыгают на ухабах, и вошел в замерзший, вздрогнувший голыми ветвями лес. Тельма и Чарльз должны были слышать звук подъехавшей машины, и Стивен ждал, что вот-вот загорится свет, раздадутся голоса. Он остановился, но ничего не происходило. Тогда он поднял сумку и направился к воротам, которые оказались не заперты. Снег перед ними был не потревожен, не было следов и на дорожке, бежавшей между параллельными рядами высоких, голых кустарников – сумрачного зеленого туннеля в летние месяцы.

Коттедж был погружен в темноту, лишь в одном окне на первом этаже светился желтый огонек. Стивен тихо постучал и, не дождавшись ответа, толкнул дверь и вошел. Тельма сидела, глядя на него, за обеденным столом при свете двух свечей. На лице ее ровным счетом ничего не отражалось.

– Прости, что я задержался. – В комнате было холодно. Стивен сел рядом с ней. – Что случилось? Где Чарльз?

В ответ раздался всхлипывающий звук, особенно громкий в загородной тишине, когда Тельма прикусила нижнюю губу. Прошла минута, достаточно долгая, чтобы Стивен успел пожалеть о пальто, которое оставил на вокзале. Он начинал дрожать, ему хотелось, чтобы что-нибудь происходило, просто чтобы согреться. Стивен накрыл ладонями руки Тельмы. Он словно повернул выключатель. Она замотала головой из стороны в сторону, как безумная, потом перестала и принялась плакать. Ребенок внутри Стивена был тронут слезами пожилой женщины. Тельма не ждала от него утешения. Она отняла руки и закрыла ими лицо, а когда Стивен хотел обнять ее, движением плеч показала, чтобы он оставил ее в покое.

Стивен снял с кресла одеяло и накинул его на Тельму. В гостиной он обнаружил обогреватель и перенес его в столовую. Пока Тельма продолжала всхлипывать, Стивен принялся разводить огонь в печи, зола которой еще не остыла. Он нашел бутылку виски и два стакана и захватил из кухни кувшин с водой. К тому времени, когда Тельма успокоилась, в комнате стало тепло. Она по-прежнему сидела, закрыв лицо руками. Затем она быстро встала и, пробормотав слова извинения, ушла наверх. Стивен услышал, как она заперлась в ванной. Он налил себе выпить и сел рядом с печью, приготовившись услышать дурные известия.

Тельма вернулась через двадцать минут с толстым джемпером, перекинутым через локоть. В руке у нее был фонарь. Она положила все это на стол, подошла к Стивену и села рядом, взяв его за руку и сжав ее между своими ладонями. Теперь она выглядела довольно спокойной, но уставшей, выдохшейся.

– Я рада, что ты здесь, – сказала Тельма. Стивен ждал, что будет дальше.

Для того чтобы сообщить ему то, что она должна была сказать, Тельма поднялась и встала возле стола, вполоборота к Стивену. Большим и указательным пальцами она пощупала шерстяные складки джемпера. Затем она торопливо заговорила монотонным голосом, стараясь отстраниться от произносимых слов:

– Чарльз умер. Он мертв. Он сейчас там, в лесу. Нужно принести его сюда. Я не могу оставить его там на всю ночь. Я хочу, чтобы ты помог мне перетащить его.

Стивен поднялся.

– Где он?

– Возле своего дерева.

– Он упал?

Тельма покачала головой. Напряжение, с которым она это сделала, свидетельствовало о том, что ей лучше не разговаривать, чтобы держать себя в руках.

– Мне нужно пальто, – сказал Стивен, – и какая-нибудь обувь.

Следующие несколько минут прошли в молчании и в деловых приготовлениях. Тельма провела Стивена в подсобное помещение при кухне, где на гвозде висели старое пальто из ослиной шерсти и свитер. Там же была пара резиновых сапог, тяжелых от налипшей на подошвы высохшей земли. На полу Стивен нашел длинный кусок веревки и, не зная толком, зачем он может ему понадобиться, сунул в карман. Прежде чем выйти из дома, он подбросил в печь угля.

Луна вышла из-за облаков, и фонарь нужен был только там, где тропинка ныряла в тень. Стивен решил пока воздержаться от вопросов. Тишину нарушали только скрип снега под ногами да шуршание одежды.

Наконец Тельма сказала:

– Он ушел утром и не вернулся к ланчу. Это показалось мне странным. В конце концов я отправилась его искать и нашла, когда начало темнеть. Я не помню, как вернулась домой. Должно быть, я бежала бегом. Потом я позвонила тебе.

Они продолжали идти дальше, и, когда стало ясно, что Тельма больше не хочет ничего говорить, Стивен осторожно спросил:

– Как он умер?

Ее тон был неуверенным:

– Думаю, он просто сел на землю.

У замерзшего ручья они миновали обломок камня, под которым, укрываясь от снега в глубоких щелях, зимовали остатки миниатюрного тропического леса. Даже при лунном свете можно было разглядеть жирные и клейкие почки и скромные ползучие растения, выбрасывающие сквозь снег тоненькие побеги. Одно время года пронизывало собой другое. В приглаженных промежутках между деревьями таилось изобилие, ждущее своего часа. Дорожка поворачивала к центру леса. Стивен и Тельма спустились в лощину, которая вела к сгнившему дубу, единственной примете, не изменившейся с прошлого лета. Здесь они свернули направо по тропе, отходившей от дорожки. Когда они дошли до первой прогалины, Тельма замедлила шаг. На другой стороне прогалины рослые деревья, неразличимые в тени, высились подобно стене огромного замка. Тельма убрала фонарь в карман и стала отогревать дыханием свои незащищенные перчатками руки, после чего спрятала их в складках пальто. Стивен хотел заговорить, но в голову ему не приходило ничего, кроме новых вопросов, В кармане пальто он обнаружил стеклянный шарик, который теперь катал между пальцами, бессмысленно гадая, какого он цвета. Приятно было сознавать, что они находятся не в центре пустынной чащобы – небо с одной стороны было залито рыжеватым отблеском огней близлежащего города; по дороге в миле от них проехали две машины; земля, на которой они находились, была тщательно ухожена и огорожена. Только температура воздуха оставалась такой, словно ничего этого не существовало.