было понятно, когда кто-то говорил в отношении неё. А всё дело в том, что она полулюд. И помимо этого… у неё розовые волосы, шерсть и глаза, что, как она вычитала из книжек, почему-то является просто огромной редкостью среди полулюдей и обычно полулюди имеют более тёмные и менее выделяющиеся окрасы. Но… это не про неё. И это её мало радовало…
Одним своим цветом шерсти, глаз и волос она с самых ранних лет привлекала к себе очень много внимания. И примерно с тех же ранних лет она отлично поняла, что это внимание ей и даром не нужно. Излишнее внимание её всегда пугало, ибо она не знала, как на это правильно реагировать. А ещё она не была хороша в общении, поэтому всегда предпочитала занятия и книжки, в которых она, можно сказать, растворялась.
Тем не менее… другие, по какой-то неведомой ей причине, этого совершенно не понимали.
Стоило начаться их занятия по магии, и ей, неизвестным ей самой образом, преуспеть в них, как вдруг все захотели с ней играть, разговаривать и… дружить. А со временем, урок за уроком, её популярность лишь росла. Только позже, когда она подросла и один мальчик ей подсказал, до неё наконец-то дошло из-за чего всё это.
С ней общались и дружили лишь с одной целью — чтобы она помогала с обучением в магии.
Ей пользовались.
Разозлилась ли она, когда поняла это? Нет. Она была расстроена, но не более.
Поменялось ли что-то после того, как она это поняла? Тоже нет. Её это, по большому счёту, устраивало. У неё, вечно замкнутой и нелюдимой, всегда было с кем поговорить и с кем поиграть, хоть ей этого и крайне редко хотелось.
А то, что за это ей приходилось помогать другим в магии — это, по её мнению, ничего страшного. Ей это так-то даже нравилось. Её нравилось объяснять и учить — прямо как это делала Архаидэс, на которую она равнялась и которой она скрытно подрожала.
А с другой стороны, если бы она вдруг отказалась помогать в магии другим, то кто знает, что бы из этого в конечном счёте вышло? Вряд ли внимание к ней вдруг исчезло и она стала бы самой обычной, серой мышкой, коей ей так хотелось быть. И вполне возможно, другие бы, кому она до этого всё это время помогала, на неё обиделись или даже начали бы над ней издеваться, а этого она очень и очень сильно боялась…
И как выяснилось чуть позже — не зря.
В один ничем непримечательный день два мальчика поссорились между собой. Не то чтобы это было чем-то необычным и особенным — всё же ссоры в том месте происходили с завидной частотой, что ей, к слову, совсем не нравилось, но и влезать в них, чтобы что-то с этим сделать, она боялась. Тем не менее, что касаться самой ссоры — то хоть ей и другим в тот день и показалось, что это самая обычная ссора и им не стоит обращать на неё никакого внимание, однако, как выяснилось позже, это совсем не так.
Оглянуться они все не успели, как обычная ссора переросла во что-то большее, во что-то пугающее её до ужаса…
А причина же всего этого… это — всего лишь разница в их телах…
Причём до этого никто и никогда толком не обращал внимание на это. Они принимали то, что они разные, как норму. А тут всё резко, будто в один миг, изменилось из-за какого-то одного непримечательного случая. И спустя некоторое время, вслед за первыми участниками конфликта, появились и остальные, а чуть позже и вовсе почти все в этом месте втянулись в эту глупость, разделившись на две группы и начав издеваться над теми, кто был в другой группе…
Её это само по себе не нравилось, но что хуже всего — её из-за этого не принимали обе группы — для людей и эльфов она была «монстром», а для других полулюдей — она была предателем, который не хочет помогать им.
И это было ужасно. С того момента она нигде не чувствовала себя комфортно.
И кто знает, сколько бы это ещё продолжалось, если бы однажды один мальчик из людей, что не участвовал в этом ужасе, а зачастую до этого и вовсе несколько раз пытался его предотвратить, померив всех, не подошёл бы к Архаидэс и не рассказал ей об этом? По правде сказать, она уже сама давно думала над этим, ведь усилий служанок явно не хватало, а Архаидэс все боялись и уважали, так что её бы точно все послушали. Вот только… она и сама боялась её. Как и всех остальных. А ещё она боялась, что другие бы потом узнали, что именно она нажаловалась Архаидэс, а тех, кто жаловались — очень не любили остальные. Именно поэтому она до тех пор так и не подошла к Архаидэс…
Когда же она услышала, что разговор того мальчика и Архаидэс подошёл к концу, она набралась смелости и, решившись, вышла к нему, быстро выпалив:
— Спасибо!..
Он тогда стоял и удивлёнными глазами смотрел на неё, кажется не понимая, о чём она. А она же, не выдержав его взора, застеснялась и, быстро развернувшись, убежала, пока её сердце билось как бешеное.
В этот же день этот ужас с издевательствами закончился, стоило за это взяться Архаидэс. И она этому была несказанно рада, ведь стоило после этого пройти небольшому отрезку времени, как в это место вновь вернулось спокойствие, и она смогла снова ощутить себя в комфорте.
Правда, к сожалению, не на долго…
Спустя примерно полгода после этого случая, произошёл другой ужаснувший её случай…
Одна девочка применила магию против служанки, чуть очень сильно не навредив ей. О том, что подобное может произойти, она и подумать не могла — всё-таки они для них были словно… часть семьи, которых у них не было. Поэтому в её голове совершенно не укладывалась, как та девочка могла так поступить…
А хуже всего была вероятность того, что это может повториться… что другие дети могут последовать за её примером…
Если бы это произошло, то… то это место более никогда бы не было столь уютным.
Она не хотела и даже не могла допустить подобного, так что, набравшись решимости, почти сразу после произошедшего она пошла к Архаидэс. Но чем ближе она подходила, тем меньше в ней было уверенности в себе и тем сильнее колотилось её сердце. В
