Зачем конкретно Вы хотели со мной встретиться?
Мужичок тоже хитро улыбнулся.
— Ты не подумай, Олежа. Я не хочу тебя отбирать от Виктории Владимировны. — Опа, у моей Чёрной Крошки появилось, наконец, отчество. Ну хоть какая-то полезная информация. — Я лишь хочу тебе предложить работать и на меня лично.
— Ваши охотничьи колбаски, Олег Николаевич, — встрял официант, который принёс неполный заказ.
В этот же момент Анастасия Распутина подошла к мужскому туалету и постучала в дверь. Видимо, меня хотела потревожить и узнать, когда я, наконец, подойду к ним.
Графиня повернулась в нашу сторону. Я пригнулся.
— Ваше кофе, Олег Николаевич, — продолжил официант. — Вам его сейчас нести, или когда закончите с…
— Вы знаете, мне нужно в туалет. Так что несите, да. — Я посмотрел на Новицкого. — Извините, Валерий Данилович. Поздно проснулся, к Вам со всех ног бежал. Не успел нормально сходить… ну вы поняли куда. В общем, я на пять минут. И потом уделю Вам всё своё время…
— Конечно-конечно, Олежа. Не спеши, — достал Новицкий смартфон. — Мне как раз позвонить нужно. Потом продолжим.
— А где у Вас кухня? — спросил официанта, когда пошёл за ним в сторону Анастасии.
Граф Распутин смотрел на меня и не мог сдержать смех. Он прекрасно видел всю эту комедию.
— Олег Николаевич, прошу прощения, — испуганным голосом начал официант, который не понимал, почему я ни с того ни с сего иду за ним. — Если что, у нас на окнах отличный магический барьер. Не хочу обижать Вашу элитную школу, но у нас окон не так много, поэтому барьер гораздо дороже и гораздо крепче. Бесы не пробьются. Или за Вами кто-то другой следит?
Я сунул мужчине пять тысяч, которые взял с собой на завтрак в этом ресторане. Хотя я взял гораздо больше. Жаль только, что не было купюр мельче пятёрок. Так бы дал две тысячи вместо пяти.
— Просто иди прямо, я тебя прошу, — прошептал я. — Видишь спереди девушку с рыжими волосами, почти красными?
— Конечно, Олег Николаевич. Это графиня Анастасия Михайловна из рода Распутиных. Вы хотите познакомиться?
— Да я знаю, кто это. И я с ней знаком. Вот только она думает, что я в туалете.
— Ага, понял Вас. Секундочку. Я знаю, как всё обыграть.
Официант ускорился к графине. Та сразу же заметила меня.
— Анастасия Михайловна, прошу прощения, — начал официант. — Олег Николаевич в первый раз у нас…
— Ты же знал, где ресторан. Я думала, что ты здесь часто бываешь! — наехала на меня Анастасия, игнорируя парня.
Официант — красава — моментально исправился:
— Простите меня великодушно. Я имел в виду, что Олег Николаевич в первый раз у нас решил посетить кухню, чтобы подготовить одно блюдо, которым хотел бы угостить своих друзей, ну и удивить, разумеется.
Я улыбнулся Анастасии, которая расплылась в улыбке.
— Прости, Олег.
— Да всё нормально. Привет, кстати, — помахал я рукой, а сам посмотрел в этот момент назад, в сторону Новицкого.
Ох, как же я вовремя это сделал. Мужик как раз медленно решил развернуться и проведать обстановку.
Я нырнул вниз, делая вид, что мне нужно завязать шнурки.
— Бестужев, что ты делаешь?! — сжала графиня Распутина кулачки, наблюдая за тем, как я развязываю шнурки и снова завязываю.
В этот же момент я услышал дикий хохот со стороны её «прадедушки», про которого Анастасия не знала. Зато вот я знал и уже слегка вспотел. Потому что я тут мучаюсь, а этот аристократ алмазного легиона ржёт на весь ресторан, чем привлекает внимание уже всех. Но и мне в какой-то момент становится смешно от осознания, что этого мужчину никто не знает, а ведь он такая мощная и важная личность.
Благо официант и администратор направились к графу Распутину. Новицкий отвернулся. Я быстро поднялся, схватил графиню Распутину за пояс и повёл к другому концу ресторана, где уже сидели Билл и Девятка и над чем-то смеялись. Но точно не с нас.
— Бестужев, что ты себе позволяешь?! — почувствовал я жар от рыжих волос, которые начали краснеть. — Если я разрешила перейти на «ты», это не значит, что ты можешь вот так вот брать и меня брать. То есть не брать чтобы брать, а брать, чтобы… ой всё!
— Ты закончила? — серьёзным тоном спросил я. — Вот и помолчи немного.
Меня этот цирк начал слегка выводить из себя. Но я пытался сдерживаться.
Когда мы сели за стол к Девятке и Биллу, граф Башомон сказал:
— Познакомься Девятка, это мой друг Олег.
— Мы уже знакомы, — выдала базу помешанная на Кристаллах Апокалипсиса.
— Знакомы?! — удивилась графиня Распутина. Но её удивление хотя бы снизило градус накала, поэтому волосы снова стали рыжими.
Девятка поняла, что тупанула.
— Ты хотела сказать, что знаешь меня по Тик Току, — помог я Девятке выровнять ситуацию.
Та быстро смекнула и подтвердила:
— Да, всё верно.
— Но ты же сказала, что «мы» знакомы, — встряла графиня Распутина. — То есть ты знакома с Олегом, но и он как-то знает о тебе.
— Боюсь, это игра слов, потому что я не знаю Девятку, — сразу же ответил я.
— Кстати, обожаю игру слов, — влез уже и Билл, чем снял напряжение. — Я поэтому и люблю Российскую империю, что здесь можно играть в слова на высоком уровне. Что-то из разряда: почему «пиз*ец» — это хуже, чем «ху*во», а «оху*нно» — это лучше, чем «пиз*ато».
— Я тебя могу научить таким вещам, от которых ты будешь мокрый, — сразу же подключилась Девятка.
И если графиня Распутина хоть немного успокоилась, то я продолжал думать, как эти двое познакомились, и почему магократка рубинового легиона из клана «Пожирателей» является лучшей подругой аристократки рубинового легиона из клана «Распутиных».
Но спрашивать о таком я не стал. Меня ждал Новицкий.
Тут ещё официант принёс какое-то блюдо, которого не было в меню. Видимо, то самое, о котором выдумал перед графиней, чтобы спасти мой зад за пять косарей, которые я ему «всучил».
Что там было за блюдо — я не увидел, так как сказал:
— Простите, мне нужно отлучиться.
— Ты же только что отлучался! — влез уже Билл.
Ну куда ты лезешь, брат. Ну зачем ты лезешь туда, куда не нужно.
Я улыбнулся и сказал:
— Билл, я утром… в общем, меня разрывает сегодня утром. Но я не хочу об этом. Поэтому пробуйте блюдо, которое я для вас всех приготовил. — И я ускорился якобы в туалет, но сам красиво сманеврировал к Новицкому в другой конец зала.
Пока шёл, специально тужился, чтобы покраснело лицо.
— Простите, Валерий Данилович, — сел я за стол.
Новицкий обратил
