Забралась внутрь, стараясь не наступить на платье и ни за что не зацепиться.
Мысли кружили вокруг услышанного. Дарк Хэнтсворт никогда не посылал платья девушкам Отбора… Дарк никогда не целовал никого на Отборах. Дарк никогда не проводил время с кем-то с Отборов.
Слишком много "никогда" в моем случае стали реальностью. Я что же, особенная? Та, кого он вечно обвиняет в сговоре с ведьмами, для него не просто очередная участница ненавистного Отбора?
Я чувствовала на себе взгляд Редбронта и была благодарна ему за его молчание. На разговоры, как ни странно, не тянуло. Для меня совершенно нетипичное состояние.
Карета приземлилась там же, где и всегда. Жадные до сенсаций репортеры толпились по краям дорожки.
— Ты в порядке? — все-таки не выдержал Редбронт.
А как иначе? Просто немного выпала в демонский омут и уже гребу обратно. Нельзя отражать мысли на лице, чья-нибудь камера непременно их запечатлеет и расшифрует на свой манер.
Улыбнулась и кивнула на дверь. Что же я сама ее открывать буду?
Редбронт вышел и помог мне выбраться без казусов. Моя надежная опора.
— Диана, вас уже несколько раз видели у дома лорда Хэнтсворта, как вы это прокомментируете? — сбивчивый вопрос прилетел из толпы справа.
Парень лет двадцати шел вдоль ограждения вслед за нами с блокнотом и ручкой наготове.
— Не реагируй, — шепнул Редбронт.
Легко. Не обращать внимания на глупые вопросы я умею. Быстрей бы зайти во дворец. Осталось полпути пройти. Всего-то.
— Вы проводите время вместе, значит ли это, что выбор сделан? — парень не сдавался. — Вы боитесь реакции других участниц на ваш роман?
— Что?! — возмутилась я.
Редбронт накрыл мою руку, лежащую на его локте, ладонью и сжал.
— Это провокация, Диана. Не реагируй.
Едва пламя из ноздрей не выдохнула.
Провокация. Роман!
Мы наконец-то зашли в помещение, оставляя гадких журналюг за бортом.
— Они приписали мне роман с Хэнтсвортом! — зашипела я.
— Журналисты, — пожал плечами помощник.
— Пираньи!
— Не все, — справедливо заметил Редбронт.
— А бросают тень на всех.
Перед нами открылись двери в зал. Как всегда заполнен, как всегда скучен.
Каувер вышла из толпы в мятном брючном костюме. Неизменный стиль помощницы Хэнтсворта. Хотела бы я, чтобы брючные костюмы сидели на мне так же идеально, подчеркивая достоинства, а не выделяя недостатки.
Каувер прошла по мне взглядом раз, второй. К восхищению на ее лице добавилось лукавое выражение, будто бы она поняла, кто приложил руку к этому платью.
— Тебе идет, — наконец сказала Каувер. — Выглядишь соблазнительно.
"Платье прислал тебе Дарк. Полагаю, в его глазах ты выглядишь именно так".
Тряхнула головой, развеивая голос Филлии в ушах.
Не нашла, что сказать. Со мной такое редко случается.
Благодарственно улыбнулась и покосилась на Редбронта. Спаси ситуацию! Он воспринял мой невербальный посыл совсем не так, как я предполагала.
— Пройдусь по залу. Удачи на Отборе, — тихо пожелал он и ушел.
Вот ведь… помощник.
Каувер с плохо маскируемым весельем наблюдала за мной.
Я с выдохом опустила руки, стерев с лица фальшивую улыбку.
— Я не знаю, что тебе сказать, — предупредила ее.
— Ты смущена? Или ты злишься?
Прожгла ее ответным взглядом.
— Я не злюсь.
— О нет, — протянула Каувер. — Тебе нравится, как ты выглядишь в платье, которое тебе подарил Дарк, но поскольку это подарок от него, ты злишься.
Я не…
— Я не злилась, пока ты об этом не сказала.
Каувер хитро улыбнулась и не стала развивать дальше. Подхватила два бокала с местным шампанским с подноса проходящего мимо официанта, протянула один мне. Повернулась к толпе, обвела с загадочным видом.
— Без твоих песен здесь пресно.
— Совершенно не могу с вами не согласиться, — пузырьки напитка пощекотали нос.
По горлу потекла фруктовая сладость со слабой горчинкой. Отдала Каувер полупустой бокал и направилась к знакомым музыкантам.
Они как обычно играли спокойную мелодию, то и дело поднимая головы и всматриваясь в публику с затаенной надеждой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Не меня ли ищут? Усмехнулась про себя, не обращая внимания на окружающую толпу.
От многочисленных взглядов покрылась мурашками. Музыканты заметили мое приближение, лица заметно просияли.
— Вечер перестает быть томным, господа, — промурлыкала я, поднимаясь на невысокую, импровизированную сцену.
Пока мне несли микрофон, по щеке распространилось жжение. Все взгляды ощущались как грубая одежда, наброшенная на плечи, кроме одного. Он опалял. Вытаскивал на поверхность воспоминания горящей кожи под его ладонями.
Только один нечеловек вызывал подобный отклик во мне.
Сжала холодный микрофон и повернулась к залу. Не прошло и секунды, а я уже нашла Дарка среди толпы. По его лицу редко можно что-то понять, но этот раз стал исключением.
Его скользящий взгляд, задерживающийся на изгибах, декольте, ноге в разрезе платья будоражил. Он не касался физически, а я все равно ощущала его руки на себе.
Снова твои чары, Дарк Хэнтсворт, демон соблазна?
На ум пришла подходящая песня про демона, упавшего в темноту и зовущего с собой. На Земле она была одной из моих любимых. Кто же знал, что я сама… попаду в руки демона.
Красный огонек на дне его зрачков отсюда был виден слабо. В темных глазах, кажется, впервые с нашего знакомства появилось нечто греховное и многообещающее. На миг сбилась с дыхания, благо это выпало на окончание слова и никто не заметил.
Никто. Кроме Хэнтсворта. Он приподнял уголок губ, следя за моей реакцией на него.
Точно чары свои в ход пустил. Демон.
С усилием отвела взгляд, не желая больше на него смотреть… Только это не помешало ему смотреть на меня. Кровь быстрее разгонялась взбудораженным сердцем, мешая наслаждаться минутой славы, музыкой, песней. При каждой фразе в памяти всплывали обрывки взаимодействия с Дарком. Как свалилась на пол в его спальне и увидела его полуголым.
Не то, что стоило бы вспоминать в такой момент…
Воспоминание как он выставил меня за дверь остудило. Претензии о ведьмах, взаимная злость и неприязнь. У нас много общих негативных воспоминаний, а позитивных одно или два. Всего лишь.
Последнее слово затихло вместе с мелодией. Разрозненные аплодисменты разнеслись по залу, отскочили от стен. Улыбнулась напоследок и сошла со сцены.
Монтрер только и ждал, чтобы распахнуть двери в отдельную комнату для проведения местной церемонии роз. То есть кулонов.
Вспышки камер слепили, пока мы, участницы, вереницей заходили в знакомое помещение.
Дверь отрезала нас от противных щелчков затвора камер. Я по обыкновению встала с краю, чтобы никто на меня не косился.
В комнате витало напряжение. Наэлектризованный воздух едва не искрился, осложняя дыхание.
— Искристого вечера, дорогие дамы, — Монтрер встал перед нами. — Вы прошли третий этап Отбора, я вас поздравляю. Сегодня кто-то из вас покинет Отбор, остальные продолжат бороться за сердце лорда Хэнтсворта.
Интересно, как за него борются? Что делают другие участницы? Регламентом запрещено рассказывать друг другу об испытаниях, но любопытно ведь. Какие Дарк дает им задания? Сколько времени проводит с ними?
Насколько я помню, к нему в Отбор с лупой женщин искали и уговаривали участвовать, почему тогда здесь теперь дух борьбы прямо-таки осязаем? Чем этот демон их покорил?
Монтрер отошел в сторону, пропуская Хэнтсворта. Он поздоровался с отстраненным видом, обвел всех тяжелым взглядом, задержался на мне. Ответила ему приподнятой бровью.
Твои чары на меня не действуют.
Ладно, действуют. Но я буду им противостоять, так и знай.
— Озвучьте ваше решение, мистер Хэнтсворт, — попросил Монтрер.
Дарк без колебаний назвал три имени. Монтрер поспешил уточнить:
— Вы уверены?
— Вы знаете ответ, — сухо ответил демон.
