их в доме было море. Им очень нравилось, они прилипали к матери с двух сторон и слушали, иногда задавая вопросы. Рядом папа в очках и при своих газетах. И Серёжа. Он так на неё смотрел в эти минуты… Как говорил Иван Иванович: "У него от тебя бутоны в глазах распускаются". Вот так, мамуль!
Когда малышам исполнилось три месяца, Ольга взмолилась. Ей надо выходить на работу. Она и так просидела долго дома. Было решено всем собраться под одной крышей в Озерках. Старшие ездили в город вместе с папами и мамой Олей, младшие ходили в садик, а самые младшие повисли на Елене. Маме Зине хватало и кухни. Готовили котлами и кастрюляками. Помогали все. Мыслимо, десять детей и шестеро взрослых. Весёленькая была жизнь. Бедная Алёна, на которой была одна-единственная обязанность – гладить, занималась этим часами. Она не роптала, но всю жизнь нам потом вспоминала: "Сделали из меня гладюльню…"
Почти два года Елена тащила на себе этих трёх малышей. Они отнимали у неё всё время. Но совсем не работать она не могла. Каждую свободную минуту использовала, чтобы выполнить хоть маленькую толику заданий, привозимых Костей. На вопрос Сергея, нельзя ли оставить его жену в покое, тот честно признался: "Тогда нам придётся закрыться". Больше этот вопрос не поднимался. Ольга старалась помочь сестре, давая ей возможность поработать вечерами и в выходные. Так что Елена тоже не выпала из обоймы.
Определив и маленьких в ясли, она совершенно спокойно влилась в работу в офисе. А там дым стоял столбом. Назрела необходимость открытия ранее замороженных филиалов. Девочки, где только не работающие в те трудные для всех годы, рады были вернуться к прежней, интересной для них, работе. Предстояли командировки. Конечно, Костик взял эту часть деятельности на себя. Но скоро выяснилось, что Елена лучше разбирается в организации этого дела. А у Константина совершенно не было времени. Кому-то надо было руководить, кому-то ездить. И если учесть, что руководитель из Елены никакой, то вывод напрашивался сам собой. Но как? Осложнялось всё ещё и тем, что и Сергей стал много ездить. Его работа – дорога – и в прямом и в переносном смысле. Все ближние точки Елена наладила, а дальние, вплоть до Владивостока, как? Тупик. А Серёжка только посматривал хитро и ждал, как же она выкрутится?
Помощь пришла, откуда не ждали. К ним для совместной работы приехали Витторио и Алиция. И привезли с собой Софи. Софи, ангел-хранитель Елены в далёкой Италии и крёстная её первенца. Все эти годы она незримо присутствовала в жизни Серёньки, присылала подарки, всякие открыточки и пожелания. А на 13-летие соорудила доставку обалденного велосипеда, чему мальчишка был рад несказанно. И вот опять она выручает Елену.
Софи очень ненавязчиво вошла в дом, подружилась с мамой и стала помогать. Скоро все к ней привыкли, стали звать Соней и очень полюбили её пиццу.
Вот так и возобновились поездки . Елена старалась посетить несколько городов сразу, чтобы выиграть время для семьи. А через год решили сделать перерыв и заниматься тем, что уже наработали. Нужда в командировках отпала. Итальянцы уехали, забрав Софи. Но взяли с них слово о дальнейшем сотрудничестве.
Самые маленькие пошли в садик. Зинка и близнецы поступили в первый класс вместе. Как Серёжка с Алёной. Столетовские девчонки были ну уж очень способные, хватали всё на лету и со своими братьями-погодками шли в ногу. Дед таскал их на спортивные секции, сам с ними молодел, хоть дело шло к 70-ти. Дети обожали стариков, помогали и оберегали их.
Но из пробега стал выпадать папа Серёжа. Рано утром уезжал, поздно вечером возвращался. А то и вообще не приезжал под разными предлогами: то он у Ольги, то в офисе, то на городской квартире ночует.
Как-то, в одну из пятниц, Елена освободилась пораньше, забрала детей из сада и школы. И повезла свою дружную компанию в пиццерию, недавно открытую её знакомыми. Спасибо, Софи. Эта она пристрастила детей к этому кушанью. Рассевшись, детвора ворковала на все голоса. Окна в помещении были огромные, всё на виду. Через дорогу ресторанчик, хорошо освещён, прямо новый год. Они ждали заказ. Елена смотрела на эти иллюминации и узнала машину Сергея. Обрадовалась. Взяла телефон, чтобы позвать его к ним. И обалдела…Её муж выходил из ресторанчика в обществе очень элегантной рыжеволосой женщины, посадил её на переднее сидение, обскакал как козлик машину, и они укатили. Вот это да!
– Сергей, ты где? Ты пораньше сегодня? – как можно безмятежнее спросила Елена, всё-таки позвонив.
– Я задержусь, мне надо ещё поработать.
– Так ты в офисе? Дай мне Виктора, он мне нужен.
– Да его нет. Он уже ушёл.
– Вот молодец, к семье поехал.
– Я постараюсь побыстрей.
– Мы в пиццерии, может подъедешь?
– Вряд ли. Пока освобожусь, пока доеду. Гуляйте без меня. И ни в чём себе не отказывайте.
Сергей хорошо зарабатывал, мог позволить себе так сказать. Для семьи он ничего не жалел. Но он врёт! Что это за новости? Мозги зашевелились, а так хотелось отдохнуть от всего…
Дома мужа не было. Мама сообщила, что Ольга приедет завтра. У старших какие-то олимпиады. Вечер свободен от усиленной готовки. Тем более после пиццы. Малыши быстро угомонились. Зинка ускакала к бабке, Дэн и Дан – к дедке. И Елена осталась в большом холле уютного дома одна. Было около десяти вечера. Но не спать же идти? Она взяла бумагу, карандаши, фломастеры. Этого добра у них были горы. Стала делать наброски. Мысль понеслась, фантазия включилась. Лена обожала это своё состояние. Полёт души. Вырисовываются модели, прообразы дизайнерских решений или ещё чего-нибудь, вплоть до проектов домов, садов и садиков.
Она так увлеклась, что не заметила как пробило 12 ночи. Сергея не было. Бумажки, разложенные по всему холлу, и на столе, и на кресле пестрели разноцветьем. Лена встала, налила себе чай, обожглась, чертыхнулась…
– Ай-я-яй… Поминать чёрта, да ещё к ночи…
Как он вошёл? Она не заметила.
– О, а у нас тут вернисаж! Не хватает только подиума, моделей и Костика. Или выставочных панно, и опять же Костика. Или просто на хватает Костика.
Сергей был пьян. Нет, конечно, он выпивал по поводу или в хорошей компании. Любил опрокинуть бокальчик вина с женой как-нибудь вечерком. Но напиваться!? Елена вспомнила только один раз, когда они с папой опробывали самогонный аппарат папиной старшей сестры. И набульбенились, наутро поняв, что беленькая оказалась градусов 60. Но вот так? Нагло домой, к детям? После
