Вакхида первая
Ах ты, сладость моя! Так бывает,
Но ведь твой он! Откуда же может он взять,
Если ты ему дать не захочешь?
Так прости их, прошу.
Никобул
Как ведь точит меня!
1200Не о том ли и просит, что мною
Уж совсем решено? Обесчестила ты
Совершенно меня. Постаралась!
Вакхида первая
Значит, твердо решил?
Никобул
Раз сказал, что менять!
Вакхида первая
День идет. В дом, к столу направляйтесь.
Ждут вас там сыновья.
Никобул
Смерти нашей ли ждут?
Вакхида первая
Вечер близко. Идем.
Филоксен
К вам попавших во власть
Уводите куда вам угодно.
Вакхида первая
Как отлично изловлены сами они,
Западню сыновьям приготовив!
ЭПИЛОГ
Ни на что не годны были старцы эти смолоду,
Иначе своих седых волос не опозорили б.
Этого и мы на сцене не изображали бы,
Если б не случалось видеть, что подчас являются
121 °Старики соперниками сыновьям у сводников.
Зрители, прощайте! Просим явственно похлопать нам.
Привидение
Перевод с латинского А. Артюшкова
Существовали комедии Менандра и Филемона с аналогичным названием. И поскольку последний вместе с Дифилом упоминается в комедии Плавта, часть исследователей считает, что именно пьесу Филемона обработал Плавт. Менандр отвергается по той причине, что его уже не было в живых ко времени смерти сиракузского правителя Агафокла, упоминаемого наряду с Александром Македонским в этой комедии. Предположительно пьеса датируется временем после 195 г. до н. э.
В средние века были сделаны несколько обработок пьесы, кроме того, во многих комедиях нового театра попадаются отзвуки этой комедии Плавта. Для примера можно указать на пьесу Шекспира "Укрощение строптивой", в которой слуги носят имена плавтовских рабов Грумион и Транион.
Из собственных имен комедии далеко не все ясны. Имя гетеры Филения означает «поцелуй», имя ростовщика Мисаргирид — "сын ненавидящего серебро, деньги", а недальновидного старика Феопропид — "сын прорицателя, истолковывающего божественную волю".
[224]
СОДЕРЖАНИЕ
Подружку выкупил на волю юноша,
Растратив все в отсутствие отца добро.
И вот старик вернулся. Транион сумел
Вкруг пальца обвести его: мол, выехал
Из дома сын, испуган привидением.
Да тут явился ростовщик, потребовал
Ему проценты заплатить. Раб дальше врет:
На те, мол, деньги дом соседний сын купил.
Изобличен был раб. Но собутыльник их
Ему и юноше прощенье вымолил.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Транион, раб.
Грумион, раб.
Филолахет, юноша.
Филематия, гетера.
Скафа, служанка.
Каллидамат, юноша.
Дельфия, гетера.
Феопропид, старик.
Мисаргирид, ростовщик.
Симон, старик, сосед Феопропида.
Фаниск, раб Каллидамата.
Пинакий, раб.
Сферион, мальчик-раб.
Действие происходит в Афинах, на улице,
у двух соседних домов Феопропида и Симона.
АКТ ПЕРВЫЙ
СЦЕНА ПЕРВАЯ
Грумион, Транион.
Грумион
Эй, выходи сюда из кухни, висельник!
Нашел где зубоскалить — меж кастрюлями!
Иди же, разорение хозяйское!
Живым не быть, в деревне отплачу тебе.
Ну, кухонная вонь! Иди, что прячешься?
Транион
А ты чего под дверью разорался тут,
Мерзавец? Или думаешь, в деревне ты?
Прочь отойди от дому! Уходи назад
В деревню! Прочь от двери! Ну? Проваливай!
(Бьет.)
10 На вот! Ты этого хотел?
Грумион
Ой-ой! Чего
Дерешься?
Транион
Сам хотел того.
Грумион
Стерплю! Старик
Вернулся б только, прибыл бы живым. Пока
В отъезде он, его ты объедаешь тут.
Транион
Вот пень-то! Вишь, понес еще бессмыслицу!
В отъезде он, так как же мне объесть его?
Грумион
А ты, столичный хлыщ, публичный шут! Меня
Деревней попрекаешь? Видно, знаешь сам,
Что скоро и тебя сдадут на мельницу,
В деревне умножать число кандальников.
20 Покамест любо и возможно, пей, да трать
Добро, да сына развращай хозяйского,
Прекраснейшего юношу! И день и ночь
Распутничайте, бражничайте, пьянствуйте,
Подружек покупайте, отпускайте их
На волю, параситам доставляйте корм,
Расходуйтесь на лакомства роскошные!
Не это ли хозяин поручил тебе,
Когда в чужие страны уезжал от нас?
Такой-то он порядок у тебя найдет?
Ты так-то понимаешь долг хорошего
Раба — добро хозяйское растрачивать
И сына развращать ему? Само собой,
Как развращенным не назвать его, когда
Такими он делами занимается?
30 А до сих пор из молодежи в Аттике
Он самый бережливый был, умеренный!
Теперь он тоже первый — на ином пути.
И ты учитель, ты наставник доблестный!
Транион
Тебе какое дело до меня, подлец?
Быков, что ль, на деревне нет, за кем тебе
Ходить? Скажи пожалуйста! Да, нравится
Кутить, любить, с любовницами путаться.
Своею я рискую, не твоей спиной.
Грумион
Что за слова нахальные!
Транион
А, чтоб тебя
Юпитер и все боги поразили! Фу!
Как завоняло чесноком и псиною! [225]
40 Уж подлинно, навоз мужицкий, хлев свиной
И помесь пса с козою!
Грумион
Так чего ж тебе?
Не всем же пахнуть мазями привозными,
Как ты пропах, да выше сесть хозяина,
Да наедаться блюдами отборными,
Как ты! Тебе — пусть рыба, дичь и горлинки,
А мне оставь мою приправу, лук, чеснок.
Ты счастлив, я несчастен — делать нечего.
50 Мое добро со мною, зло твое с тобой.
Транион
Я вижу, Грумион, ты мне завидуешь.
Мне хорошо, тебе же плохо. Так оно
И надо: мне — любить, тебе быков пасти,
Мне сладкой жизнью жить, тебе — убогою.
Грумион
Ох, решено — палач изрешетит тебя!
Распялив, поведут тебя по улице [226]
И до крови стрекалами истыкают,
Дай только старику вернуться нашему.
Транион
Как знать! Тебе бы раньше не попробовать.
Грумион
Мне не за что, а ты вот заслужил вполне.
Транион
60 Ты лучше поберег бы красноречие,
Не то тебе насыплю, так зачешешься.
Грумион
Гороху-то дадите, что ль, скоту на корм?
Не то давайте денег, да и ну вас тут!
И продолжайте дальше так, как начали:
Распутничайте, пейте, жрите, пьянствуйте,
Едою начиняйтесь, изводите скот.
Транион
Молчи и уходи в деревню. Мне уже
Пора идти в Пирей [227] за рыбой к вечеру.
Гороху принести велю кому-нибудь
К тебе в усадьбу завтра. Ну, еще чего?
Чего, колодник, на меня уставился?
Грумион
70 Тебе такое скоро будет прозвище.
Транион
Пусть скоро! Только шло бы, как сейчас, пока.
Грумион
Так, так. Но только знай одно: беда скорей
Приходит к нам, чем то, чего нам хочется.
Транион
Отстань! В деревню убирайся тотчас же
И впредь меня прошу я не задерживать.
(Уходит.)
Грумион
Ушел! А слов моих ничуть не слушает!
Бессмертные! Молю я вас о милости:
Верните поскорее господина к нам,
Покамест не погибли и земля и дом!
Три года, как отсюда уж уехал он,
80 И ежели не возвратится вскорости,
Остатков хватит нам на мало месяцев!
Теперь пойду в деревню. Вот господский сын
Идет. Распутник, был же славный юноша.
(Уходит.)
СЦЕНА ВТОРАЯ
Филолахет.
Филолахет
Давно уж и много случалось мне думать,
И много мне в голову мыслей приходит,
И в сердце (имею ли только я сердце?)
Обдумывал долго вопрос сам с собою:
Как только на свет человек появился,
Чему бы возможно его уподобить?
90 И это уж открыл я!
С рожденья похож человек на недавно
Отстроенный дом. Но вам кажется это
Неправдоподобным? Так я вам представлю
Доказательства, вас постараюсь уверить.
Конечно, со мной согласитесь сейчас же,
Слова мои выслушав, в том убежден я,
Не скажите сами об этом иначе,
А так, как говорю я.
Вот доводы, слушайте только. Хочу я,
100 Чтоб вместе со мною вы знали все дело.
Готово, отделано здание дома
Отлично, по линейке,
И хвалят все строителя, берут себе в пример его,
И сделать всяк себе готов такой же дом любой ценой.
Но плохой в дом жилец вселится: грязен сам
И ленив, слуги с ним вялые, грязные.
И дому вред наносится уж тем, что плох уход за ним.
И такой част конец! Буря вдруг налетит,
