Читаем без скачивания Сага о копье: Омнибус. Том II - Маргарет Уэйс

Но кендер больше не слушал. Вцепившись в шелк маленькими лапками и мягко ударяясь при каждом шаге о бедро хромого мага, он раздумывал о том, удастся ли ему освободиться от заклятия, сняв с пальца кольцо, или нет. В прошлый раз, имея дело с волшебным украшением, он просто не смог его снять. Что, если и это кольцо такое же? У него лапки чесались немедленно попробовать. Неужели из-за этого кольца он навсегда останется белой мышью?

При мысли о такой незавидной участи кендер ухватил зубами кольцо, все еще удерживающееся на его передней лапке, и едва не сорвал его, чувствуя настоятельную потребность немедленно развеять свои опасения.

Однако другая мысль вынудила его умерить пыл. Как он будет выглядеть, если неожиданно вывалится из шелкового мешка прямо под ноги магу? Нет, как ни хочется ему снова обрести первоначальный облик, с этим придется обождать.

Оставаясь мышью, он так или иначе попадет туда, куда ведут Карамона. Если ничего другого придумать не удастся, то он отправится с Карамоном в прошлое в качестве ручного грызуна. В конце концов, все могло быть гораздо хуже…

Но как ему выбраться из мешка?

Сердце кендера ушло в пятки. Конечно, если он превратится в себя прежнего, то проблема решится сама собой. Но тогда его немедленно обнаружат и отправят домой. С другой стороны, если он останется мышью, то дело действительно кончится тем, что некий Файкус будет кормить его в клетке кукурузными зернами!

Кендер со стоном спрятал нос между лапами. Это была самая худшая из переделок, в какую он когда-либо попадал, включая тот случай с двумя магами, застигшими его за похищением их мамонта. В довершение всех бед его начало подташнивать от постоянного болтания, да и запах в мешке стоял такой, что впору было помереть от удушья.

«Самая главная моя ошибка заключалась в том, — мрачно подумал кендер, — что я обратился с молитвой к Фисбену. Может быть, он на самом деле и есть Паладайн, но я больше чем уверен, что этот чокнутый маг устроил все ради смеха».

Размышляя о Фисбене, Тас понял, как ему порой не хватает сумасшедшего старика, однако мысли эти не принесли ему облегчения. Кендер отогнал воспоминания и попробовал еще раз сосредоточиться на действительности.

Некоторое время Тас болтался в шелковой утробе мешка, как вдруг его неожиданно осенила замечательная идея.

— Ну и дурак же я! — сознался он вполголоса. — Не кендер, а безмозглая дверная ручка, как выразился бы старина Флинт! Сейчас я мышь, а мыши действуют зубами!

И Тас поспешно куснул шелковую ткань. Однако у него ничего не получилось — острые резцы скользили по гладкой плотной материи, — и кендер снова отчаялся.

— Попробуй перегрызть шов, дубина! — опять обругал себя Тас и вонзил зубы в строчку, скреплявшую ткань.

Нить тут же поддалась его острым зубам, и кендер торопливо перекусил ее в нескольких местах. Сквозь прореху в мешке он разглядел что-то красное, несомненно — мантию Юстариуса.

Глотнув свежего воздуха (и что только держал в мешке этот маг!), Тассельхоф так взбодрился, что принялся тут кисе расширять отверстие и едва не переборщил. Если бы он сделал дырку чуть больше, то вывалился бы наружу, а к этому кендер еще не был готов. Он не собирался покидать своей шелковой темницы до тех пор, пока они не придут туда, куда надо. Между тем Тас чувствовал, что ждать осталось недолго. Судя по всему, маг и Карамон поднимались по каким-то лестницам, причем гигант с непривычки одышливо пыхтел. Даже у мага слегка отяжелело дыхание.

— Почему бы тебе не доставить нас в лабораторию магическим способом? — спросил Карамон, отдуваясь.

— Нельзя, — с благоговением в голосе ответил Юстариус. — Я чувствую, как самый воздух потрескивает и дрожит — столь могущественны силы, которые призвал Пар-Салиан. Даже ничтожнейшим заклинанием я не осмелюсь помешать их работе!

Услышав это, Тас зябко поежился в своей белой меховой шубке. Он был уверен, что Карамон чувствует примерно то же. Гигант беспокойно кашлянул, но по-прежнему продолжал карабкаться по ступеням вслед за своим провожатым, Неожиданно Юстариус остановился.

— Мы уже пришли? — с наигранной невозмутимостью спросил Карамон.

— Да, — прошептал красный маг, и кендер навострил уши, чтобы не пропустить ни слова. — Мы поднимемся по этой лестнице, а когда достигнем двери на верхней площадке, я открою ее и ты войдешь. Не говори ничего! Ты можешь помешать Пар-Салиану, можешь отвлечь его внимание, и тогда… Я не знаю, что будет тогда. Для того чтобы подготовить это заклятие, требуется несколько дней.

— Ты хочешь сказать, что он уже несколько дней назад знал, что это заклятие может ему понадобиться? — удивленно переспросил Карамон.

— Тихо! — властно шепнул Юстариус. — Конечно, он знал, что оно может понадобиться. Он обязан был учесть все. Хорошо, что он предусмотрел и это, — ведь никто из нас не подозревал, насколько далеко может зайти твой брат!

Тас услышал чей-то глубокий вздох. Когда Юстариус снова заговорил, его голос казался намного спокойнее.

— Я повторяю: когда мы поднимемся к двери, не говори ни слова! Понятно?

— Да, — подавленно сказал Карамон.

— Точно и быстро исполняй все, что прикажет тебе Пар-Салиан. Не задавай вопросов —. просто подчиняйся. Ты сделаешь это?

— Да.

На этот раз ответ Карамона прозвучал еще более смиренно, и кендер уловил в его голосе дрожь.

«Он боится, — понял Тас. — Бедный Карамон! Почему они с ним так поступают?

Не понимаю… Здесь явно затевается что-то такое, чего простым глазом не разглядеть. Ладно, пора решаться. Ничего страшного, если я слегка отвлеку внимание Пар-Салиана. Приходится идти на риск. Во что бы то ни стало я должен отправиться в прошлое вместе с Карамоном! Без меня ему не справиться. К тому же… — Кендер вздохнул. — Путешествие в прошлое! Это, должно быть, так интересно!..»

— Очень хорошо… — Юстариус колебался. И Тас почувствовал, что тело мага напряглось. — Тогда простимся здесь, Карамон. Да пребудет с тобою милость богов! То, на что ты решился, небезопасно для всех нас. Ты даже представить себе не можешь, насколько велика опасность…

Последние слова маг произнес так тихо, что Тас едва их расслышал, а расслышав — навострил уши пуще прежнего. Но красный маг только вздохнул.

— Хочется верить, что твой брат достоин этого риска.

— Он достоин, — твердо ответил Карамон. — Вот увидите.

— Я буду молиться Гилеану, чтобы это оказалось так… Ты готов?

— Да.

Тас услышал негромкий шорох ткани, словно маг кивнул под капюшоном головой. Затем Юстариус пошел вверх по ступенькам, и кендер просунул голову в дыру, чтобы рассмотреть в полумраке лестницу. Он знал, что его распоряжении будут считанные секунды.

Между тем лестница закончилась и перешла в просторную каменную площадку.

«Пора!» — подумал кендер.

Снова послышался шелест ткани — это маг поднял руку. Скрипнула дверная петля.

Тас быстро перекусил оставшиеся стежки. Он слышал шаги Карамона, слышал, как запела петля закрывающейся двери. Наконец ткань поддалась, и кендер вывалился из мешка. В полете Он успел подумать о том, правда или нет, что мыши падают на лапы, как и кошки. (Однажды Тас сбросил кота с крыши своего дома — просто для того, чтобы убедиться, не врет ли одна старая пословица. Она не врала.) В следующее мгновение он ударился о каменный пол и опрометью бросился вперед. Дверь уже закрылась, и Юстариус, отвернувшись, смотрел в другую сторону. Не медля ни секунды, кендер, сплющив свое маленькое тельце, протиснулся в щель под дверью. Оказавшись в комнате, он метнулся под первый попавшийся книжный шкаф.

Там он замер и, переводя дыхание, прислушался. Что, если Юстариус заметил его отсутствие? Станет ли маг возвращаться и разыскивать его?

«Ну-ка прекрати, — остановил Тас сам себя. — Юстариус понятия не имеет, в каком месте я выбрался из мешка. Соваться сюда он не посмеет — испугается помешать заклинанию».

Вскоре крошечное сердечко кендера успокоилось настолько, что он стал различать за шумом крови в ушах и кое-какие другие звуки. Увы, то, что он услышал, ничем не могло ему помочь. До Таса доносилось только негромкое бормотание, словно кто-то зубрил роль для уличной пьески, да шумное дыхание Карамона, который никак не мог отдышаться после подъема по крутым лестницам.

Огромные кожаные башмаки гиганта чуть слышно поскрипывали, когда он переступал с ноги на ногу.

И это все.

«Мне нужно взглянуть, — подумал Тас. — Иначе я так и не узнаю, что здесь происходит».

Выбравшись из-под шкафа, кендер принялся исследовать необычное пространство, в котором он очутился. Это было царство крошек, царство свалявшейся в клубки и валики пыли, царство сухой хвои и пепла, высушенных розовых лепестков и увядших листьев чая. Весь этот мусор вдруг оказался миром, над которым, словно горы или деревья в лесу, нависала огромных размеров мебель.