притворяться болезным, чтобы избегать неприятных разговоров. Именно поэтому он и заподозрил неладное.
А когда советник привёл его в свои апартаменты, где вальяжно сидел какой-то мужчина, Эрнест всё понял. В течение следующего часа этот человек расписывал, каким прекрасным форт станет при правлении отпрыска Людмилы Михайловны. Речи Макеева были слаще мёда, так что Эрнеста в какой-то момент чуть не стошнило, но пустить слюну он успел. Эрнест улыбнулся. Можно сказать, что он полностью вжился в роль. Но шутки в сторону…
Макеев решился предупредить его об опасности, и, если он не сделал этого раньше, значит, за ним следили. Но в коридоре, кроме нас, никого не было… Эрнест задумался. Стоило ли ему ввязываться во всё это? Он приехал сюда получить свою долю, не больше. Вопрос заключался в том, выполнит ли свои обещания этот Макаров. И вообще, кто он такой?
Эрнест закрыл глаза и потёр указательным пальцем висок. Артефакт с даром «связи» первого уровня. Негусто, конечно, но у других родственников и того не было. Со связью в этом мире всё сложно. Собственно, это был ещё один звоночек. Макеев знал, что он обладал подобным даром. Может, поэтому он меня вызвал? Если так, то слежка могла вестись и сейчас. Он тут же убрал палец от виска.
— Эрнест Павлович, в чём дело? — на той стороне раздался голос заспанной графини. — Вы отдаёте себе отчёт о том, сколько сейчас времени?
— Отдаю, Анна Степановна, — спокойным голосом сказал он. — Много времени это не займёт. Я хотел узнать, а вы знакомы с человеком по фамилии Макаров?
— Макаров? — Анна насторожилась. — Эрнест Павлович, я слушаю…
Разговор оказался весьма познавательным. Оказалось, что Макаров — беглый преступник, который сейчас заправлял в Улан-Удэ. Теперь всё встало на свои места. Эрнест хмыкнул. Вот почему этот негодяй так старательно избегал упоминания армии, которой сам же и управлял. Более того, Эрнест понял, что Макаров угрожал ему напрямую, говоря про казни остальных родственников.
— Он не оставит в живых никого, — торопливым голосом сказала Анна.
Девушка старалась одеться как можно быстрее. Если Макаров здесь, то может случиться беда. Она прекрасно помнила, что случилось с Дмитрием и какими силами обладал противник. Когда она предупредила о тенях Эрнеста, тот замер, стараясь вглядеться в каждую тень в апартаментах. Вот почему Макеев так себя вёл. Смерть в буквальном смысле ходила за ним по пятам, а значит, она могла быть где угодно, даже здесь.
— Медальки… — Эрнест сделал глупое лицо и улыбнулся, на всякий случай.
— Медальки? — удивилась Анна. — О чём вы?
— Не берите в голову, графиня, — он не стал раскрывать деталей сделки с Макаровым. — Просто постарайтесь сделать так, чтобы наш род завтра не прекратил своё существование…
— Постараюсь, — сказала Анна, и связь оборвалась.
Эрнест откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул. Он не знал, правильно ли поступал, переходя на сторону графини и Михаила. Что, если им не удастся победить и Макаров одержит верх? Может, предупредить Анну, что буду голосовать за Ивана? А к чёрту! Завтра всё решу…
(Дорога на Улан-Удэ)
Мне понадобилось намного больше времени для формирования первых отрядов. Великого архимага пришлось проверять долго. Батор Есугеевич Тайшин — потомок знатного монгольского рода. Казалось бы, что он здесь забыл? Ответ нашёлся сразу: второй сын, которому ничего не светило на родине. Наёмник, который хотел вернуться на родину, как говорится, на коне. А по факту чуть не сыграл в ящик.
Долгие годы он вместе с товарищами занимался охотой, пока команда не распалась. За свои сорок лет он таки смог добраться до невероятных высот. Он и правда мог вернуться на родину, вот только зачем? Чтобы пойти в услужение собственному брату за миску похлёбки? А оно ему надо? С тех пор много воды утекло, вот он и остановился в Улан-Баторе. Здешних земель хватало, чтобы прекрасно себя чувствовать. У него было всё: деньги, женщины и связи, а потом туда пришли китайцы и власть сменилась… А за китайцами пришли наёмники и остатки монгольской армии. Уходить из поселения было особо некуда, вот он и решил, что лучше будет командиром отряда, чем станет бесцельно скитаться по местным горам.
В целом так себе история. Я бы назвал его потерянным человеком, который и сам не знал, что для него будет лучше. Он долгие годы плыл по течению, но надо отдать ему должное, опыта у него был вагон и маленькая тележка. А ещё он немного приободрился, когда я назначил его генералом. Не знаю, правильно ли я сделал. Время покажет, к тому же других, кому я бы мог поручить управление настолько разношёрстным народом, я не видел.
Проблему с солдатами я всё-таки решил. Как только назначил генерала, приказал ему выбрать командиров, а те, в свою очередь, должны были выбрать себе бойцов. В каждой группе должно было находиться не больше шести человек, включая командира. Как только они были сформированы, пошла проверка с моей стороны.
Каждому из них я задавал всего лишь несколько вопросов, которые максимально раскрывали натуру человека. В основном солдаты были воодушевлены моей речью и искренне хотели вступить в мои ряды. Но были и такие, кто задумал меня прикончить. Их я отправлял в лес, где без посторонних глаз убивал «волшебными нитями». Подонки мне были не нужны, а с оставшимися мы, пожалуй, попробуем сварить кашу.
Гнать вперёд лошадей я всё же не решился. Броню, артефакты и оружие получили только генерал и командиры. Им же было приказано пресекать все попытки дезертирства.
Всё это время Валерия просто наблюдала за моими действиями, изредка комментируя их в том плане, что я делаю большую ошибку. Я же радовался как ребёнок. Армия собиралась по кусочкам, что может быть прикольнее? И главное, всё это бесплатно! Вернее, цена у неё была, только по счетам платил не я. Да и предъявлять мне счёт уже поздно. Я ничего не отдам.
А вот когда мы загрузились в транспорт, Валерии стало не до шуток. Она и правда думала, что я всё это время блефовал.
— Дима! Одумайся! — она вновь преградила мне путь. — Ты понимаешь, что там тысячи солдат, с пушками, броневиками и танками? Как ты собираешься с ними воевать? Они же от вас мокрого места не оставят. Давай отправимся к моему отцу, он поможет тебе организовать осаду!
— Валерия, — я усмехнулся, — Ты, должно быть, так ничего и не поняла. Всё, что ты здесь видела, для меня лишь забава. За то недолгое время, что мы не виделись, я стал намного сильнее.
