Кейси царапала ногтями стену, отталкиваясь каждый раз, когда Ник толкался в нее. При каждом ее движении он входил все глубже, оказываясь именно там, где ей было нужно. Он урчал, и это был самый удивительный звук, который она слышала за долгое время. В нем было так много от дикого животного, что она чувствовала дрожь в спине.
Ник обнимал ее одной рукой. Другой он беспрерывно гладил ее ноги, спину, ягодицы, прежде чем наконец нащупал ее пульсирующий клитор.
— Кончи для меня, Кейси. Кончи для меня и знай, что все в порядке, и на сей раз не убегай от меня. Ты почти разбила мое сердце. Я схожу из-за тебя с ума.
Он ворчал с дикой страстью, ритм его движений становился все более хаотичным. Его палец, вращавшийся внутри нее, крутился до тех пор, пока ей не пришлось прикусить язык настолько сильно, что у нее искры посыпались из глаз, потому что она кончила. Ник толкнулся в ней еще раз и тоже кончил. Он так сильно обнимал ее, что она почти хрипела. Кейси услышала свой мягкий смех, ее влагалище продолжало слегка сжиматься вокруг его пениса, пока она не почувствовала, что в ней больше нет ничего, кроме теплой крови и мягких костей.
Если бы она не опиралась руками на стену, они бы наверняка тут же упали на пол.
Прозвучал звонок телефона, и ей пришлось успокоить дыхание, прежде чем ответить:
— Да?
Она все еще дрожала от нервного возбуждения.
— Гм… мы готовы. И вы. Я надеюсь, что вы, — Энни замолчала, а затем фыркнула и пробормотала: — сделали, что хотели.
— Если я покраснею еще немного, я сгорю, — сказала она Нику. Затем надела свои трусики.
Он ничего не сказал, просто потянул ее за кончики волос, так что она была вынуждена шагнуть к нему, и ее юбка снова сползла — сначала на бедра, а затем на колени.
— Не убегай, — прошептал он, целуя ее. — Не убегай.
Ник наблюдал за ней, когда ждал своей очереди. Два ярких пятна все еще цвели на ее бледных щеках, из-за чего карамель веснушек на носу выделялась намного сильнее, чем раньше. Он должен был избавиться от бушующих у него в голове мыслей.
Она отчаянно нуждалась в нем — он понял это настолько отчетливо, что это было похоже на удар. То, как она выгнулась навстречу его желанию, предоставила себя ему. То, какие звуки издавало ее тело. Царапанье ее ногтей о стену. Сильные и длительные судороги ее промежности, когда она кончила.
Ему нравилось, как она целовала его.
Ее запах все еще заполнял его нос, и если бы он глубоко вдохнул, он мог бы почувствовать их общий запах. Он источал явный аромат секса. И это означало, что она также пахла сексом.
Он поймал взгляд ее умных карих глаз, все еще искрящихся от возбуждения и оргазма. Боже мой, может ли быть женщина насколько великолепной? Ее волосы были в прекрасном диком беспорядке, и он помнил, как они щекотали его подбородок, когда она двигалась под ним, помнил ее оргазм.
Он поднял палец и провел им по лицу, наблюдая за ней, вдыхая ее запах. Она покраснела, улыбнулась и ненадолго отвела взгляд. Затем назвала имя следующего холостяка, который должен был выйти на сцену, и быстро оглянулась, кусая губу.
Ее твердые соски выпирали из-под тонкого материала ее блузки. Он видел, как они пронизывают ткань, даже несмотря на лифчик. Они были такими твердыми, что в его сознании внезапно возникли картинки, как он водит вокруг них языком, прежде чем укусить за кончик.
У тебя вот-вот возникнет эрекция, гений…
Она наконец назвала его имя, и Ник поднялся на ноги, ощущая, что они внезапно стали тяжелыми и оцепеневшими. Сначала он не очень хорошо понимал, что она говорит, но затем ее слова пробились наконец в его сознание.
— Ник — реставратор. Его рост 192 сантиметра, вес 90 килограммов. У него великолепные голубые глаза…
Она покраснела, и он почти остановился, идя по сцене. Он чувствовал себя идиотом, но делал это по причине, которую Энни долгое время вдалбливала ему в голову. Что ее подруга просто замечательная, что для нее это очень важно, что это сделает ее очень счастливой, и…
— Он занимается тем, что берет не слишком красивые вещи и делает их замечательными.
Она улыбнулась ему, и его живот сжался. Пятеро других парней достигли намного большего, чем он. Один был доктором, второй нейрохирургом, были еще поверенный, пожарный и дантист.
Я переделываю мебель. Иногда здания. Иногда предметы искусства, но…
Сейчас он подведет ее. Он не сможет собрать столько же денег, сколько эти парни. Ник чувствовал себя настоящим кретином, и все, что он мог сделать, — не дать себе сбежать.
Он хотел сделать ее счастливой.
Он сжал кулаки, чтобы сохранять спокойствие. Ему необходимо было все обдумать. Должен же быть способ сделать все как следует.
Глава 7
Мысли о продаже его с аукциона другой женщине даже на одну ночь было достаточно, чтобы у нее закружилась голова.
— Ты должна преодолеть это, ты ненормальная, — Кейси сунула ключ в замок.
Было начало четвертого, а она не ела целый день. Энни и все остальные пообедали в отеле, а затем Энни отправилась на работу в книжный магазин. Кейси снова ощутила благодарность, что страховка жизни Брендана давала ей возможность выполнять эту благотворительную работу. Она хотела работать, но теперь не была уверена, что это будет так просто.
У нее была мечта — открыть антикварный магазин или просто магазин подержанных товаров. Когда она обдумывала это, внутренний голос в ее голове заметил, что потом Ник может реставрировать вещи, и вы будете жить долго и счаст…
— Заткнись.
Она вытащила из холодильника контейнер с пастой и поставила его в духовку. Вымыла руки и начала делать салат. Ее живот сердито урчал от голода.
Она должна была продать его с аукциона. Это делалось в благотворительных целях. Кейси втянула ноздрями воздух и закатила глаза.
— Ты свихнулась, — сказала она себе.
Она сидела перед телевизором, смотрела дневное ток-шоу и ела лапшу и салат. Ее тело все еще вздрагивало всякий раз, когда она вспоминала о том, как он прижался к ней сзади, задрал юбку и трахнул ее, прижимая к грубым блокам из шлакобетона.
Кейси долгое время простояла под горячим душем, а затем надела узкие брючки и толстые шерстяные носки. Осенняя погода становилась все холоднее, в доме было уже 19 градусов. Ее любимый темно-синий пуловер окутал ее теплом от шеи до середины бедер. Она подумала, что соленая карамель и горячий шоколад — это то, что отлично подходит для такой холодной погоды.
Со взбитыми сливками.
Она сделала первый солено-сладкий глоток, когда в дверь позвонили. Кейси открыла.
