— Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.
— И я.
«Потому что если мы встретимся, одному из нас придётся умереть».
ИНТЕРЛЮДИЯ
Рыжеволосый мужчина лет тридцати пяти как магнит притягивал взгляды зрителей. Совсем не широкоплечий — напротив, для своего почти двухметрового роста он казался непропорционально худым. Складывалось впечатление, будто на сцене обветшалого театра, чьи двери сегодня были закрыты для случайных посетителей, стоял какой-то дистрофик, которого любой из присутствующих в зале людей перешибёт одним плевком. Но плевать в него никто не собирался.
— Раньше мы регулярно проводили такие встречи! — без предисловий начал мужчина. Его поставленный низкий голос распространялся по всему залу. — По вопросам, важным и не очень. Для обсуждения или осуждения чьих-либо действий. Может, не все из нас были друзьями, но по крайней мере между банд было налажено взаимодействие!
Выступающий обвёл зрителей пронзительным взглядом карих глаз. Каждый из присутствующих был силён. Иначе и быть не могло — слабаки не смогли бы возглавить преступные группировки.
Не все лица были знакомы Кириллу. За год, прошедший с последней встречи, образовалось немало новых банд, ещё не успевших заявить о себе достаточно громко, чтобы он обратил на них внимание. Однако прозвища тех, кто занимал первый ряд, он знал хорошо. Некоторых — даже слишком.
Карп внимательно смотрел на Кирилла единственным глазом. На месте второго тускло переливался стеклянный протез, зрачок которого постоянно был направлен куда-то в сторону. Многих подобный взгляд заставлял чувствовать себя не в своей тарелке. Кирилл к их числу не относился. Тем более, что это увечье Карпу нанёс он сам.
Грузный Броненосец рассматривал свои ногти с таким видом, будто происходящее его совершенно не интересовало. Редкая мутация наделила его необычной стихией: в бою он покрывался хитиновыми пластинами, за что и получил своё прозвище. Между ними всегда был нейтралитет: группировка Броненосца орудовала в отдалении от Кирилла, поэтому их интересы никогда не соприкасались.
Болото была единственной девушкой, сумевшей возглавить банду. Впрочем, это неудивительно. Вся её группировка состояла исключительно из женщин. Она накручивала короткий локон на палец и с интересом наблюдала за Кириллом, ожидая, что он скажет. По крайней мере, он думал, что её интересовали его слова, а не сам Кирилл.
Для того, чтобы сесть, Быку пришлось выломать подлокотник. Он был слишком огромен, чтобы разместиться на одном кресле. Под свободным серым свитером, ткани которого хватило бы, наверное, на средних размеров палатку, бугрилась неестественно развитая мускулатура. На его фоне все остальные казались худосочными детьми.
В углу сидел Карло, не мигая разлядывающий Кирилла. Причина его недоброжелательности была очевидна. Вместо обеих рук на коленях Карло размещались деревянные протезы — оставленный на прошлой встрече прощальный подарок Кирилла.
— Но мы прекратили наши встречи. Перестали взаимодействовать, сосредоточившись исключительно на делах собственных банд — и вот к чему это привело. СЗГ решили уничтожить нас поодиночке! — Кирилл с силой опустил кулак на тумбу, за которой стоял. Жалобный скрип треснувшего дела эхом распространился по помещению. — Сначала они напали на одну из моих баз. Уже тогда мы должны были встретиться, чтобы обсудить ответные действия, но и тогда наше собрание бесцеремонно сорвали!
Кирилл рукой указал в дальний угол зала. Зрители обернулись. Там, покрытый незажившими синяками, сидел Дым. Его банда была совсем небольшой и не могла поспорить с гегемонами преступного мира — он, по сути, был в ней единственным дикарём.
— Банда Дыма, на территории которого мы собирались в прошлом, была полностью уничтожена!
Кирилл замолчал. В театре воцарилась гнетущая тишина. Все знали о том, что произошло. Знали — и боялись стать следующими, кто пострадает от действий СЗГ.
— Что ты предлагаешь, Скрипач? — не выдержала, наконец, Болото. — Нам всем нужно тщательно приготовиться, чтобы защитить свои банды. Зачем ты собрал нас?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кирилл повернул голову к ней. Он заговорил, глядя в мутно-зелёного цвета глаза девушки, но слова обращались ко всем:
— Я предлагаю ответить. Предлагаю отомстить. Предлагаю доказать, что нас лучше не трогать! — Он обвёл взглядом зал. — Но поодиночке нам с ними не справиться. Мы должны сплотиться и решительно пресечь действия СЗГ!
Распаляясь всё больше, Кирилл принялся расхаживать по сцене, делясь с присутствующими своими мыслями:
— Основная опасность СЗГ идёт от их элементалей. Их много и они достаточно сильны, чтобы угрожать нашей с вами безопасности. — Кирилл замер. — Но если нам удастся от них избавиться, мы лишим СЗГ их главного оружия против банд. — Кирилл посмотрел на Дыма. Тот решительно кивнул в ответ, поддерживая его слова. Скрипач недобро улыбнулся:
— И я знаю, с кого мы начнём.
ГЛАВА 19
Не прошло и недели, как Игоря выписали из больницы. Всего спустя несколько дней после разговора с Мерцаловым врач снял с него гипс, заменив его на какой-то медицинский жгут. Не слишком объёмный, он позволял обуть кроссовки и практически не мешался при ходьбе. Напоследок получив рекомендацию не перегружать травмированную ногу, Игорь покинул свою палату. Он хотел было навестить остальных пациентов, но Илью выписали на день раньше, а Филиппа лечили где-то в другом месте. В каком именно, врач сообщать отказался. В общем, из медицинской части Игорь выходил в смешанных чувствах.
С одной стороны, он радовался тому, что его наконец выписали. Ему совсем не улыбалось провести следующие недели в палате с тяжёлым — и, как оказалось, ненужным — гипсом на ноге. С другой — он не знал, куда делись Илья и Филипп. А ещё — не знал, чем заняться. На работу он должен был прийти лишь спустя день после выхода из больницы, и так получилось, что сегодня он был совершенно свободен.
Его одежда была безнадёжно испорчена, но об этом позаботились. Любезная медсестра принесла в палату два пакета: в одном обнаружился свёрток с новыми джинсами, джемпером и белыми кроссовками. В другом лежали вещи Игоря. Их было немного: всего лишь телефон, ключи от квартиры и та связка ключей, которую ему дал Филипп. Игорь задумчиво посмотрел на них. Кажется, он нашёл, чем занять сегодняшний день.
Добравшись до своей квартиры, он с удовольствием принял душ. За время его отсутствия в комнатах скопилось приличное количество пыли, однако Игорь решил отложить уборку на потом. Все его мысли были заняты ключами от машины Филиппа. Наскоро одевшись, он вызвал такси до «LB».
Двухэтажное здание представляло собой жалкое зрелище. Никто и не подумал заняться его ремонтом, и теперь последствия схватки элементалей мог наблюдать любой прохожий. Разбитые окна с почерневшей и оплавившейся рамой. Неведомо кем выломанная дверь. Вроде бы не такие значительные повреждения, но тем не менее здание выглядело так, будто давно было заброшено. О подобных строениях говорят, что в них обитают призраки прошлого, поэтому лучше обходить их стороной. Игорь миновал здание.
Автомобиль обнаружился на том же месте, где его оставили. У Игоря были здоровые опасения, что СЗГ заберут машину с собой. Возможно, будь она припаркована у «LB», именно так бы и произошло, но никто не стал обшаривать двор удалённого на приличное расстояние дома. Вероятно, поэтому машину никто и не тронул.
Сидеть в праворульном автомобиле было непривычно; Игорь не сразу нашёл замок зажигания. Повернув ключ, он услышал, как громко зарычал застоявшийся мотор. Одновременно с этим загорелся экран навигации.
«Проложить маршрут до дома?»
Подумав, Игорь нажал на сенсорном дисплее кнопку «Да». В конце концов, будет гораздо лучше, если машина будет дожидаться хозяина возле его дома. Отжав педаль сцепления, Игорь включил первую передачу и медленно тронулся с места.
Ещё не выехав со двора, Лазарев начал понимать, почему Кратов был таким агрессивным водителем. Габариты транспорта были интуитивно понятными, рулевое управление — точным, а двигатель отзывался на малейшее нажатие педали газа. Машина словно сама провоцировала на быструю езду. И, выехав на широкую магистраль, Игорь поддался.
