границ не чувствуют.
Начальник сб еще с дедом моим знаком был. Всю жизнь у них какие-то свои терки были, из тех, что вполне реальны между бандитом и ментом, который его пасет.
А закончилось все вот так. Странно.
В машине я оказываюсь один, а вот в самолете, частном джете, который, как оказалось, дал погонять наш сосед по поселку, Миша Ростов, в свое время охеренно поднявшийся на крипте и теперь плотно оседлавший передовые айти-технологии, со мной летят сам начальник сб, Дмитрий Петрович, и четверо его парней.
На мой ледяной вопросительный взгляд, этот старый жучара только простодушно разводит руками:
— Ну что поделать, Александр Андреевич, служба такая.
И после этого с выражением на лице занимает соседнее со мной кресло.
Словно с няньками лечу.
Но никуда не денешься.
Касьяна я знаю неплохо. Пересекались на общих тусовках, еще когда я учился в универе. Я, конечно, не одной компании с ним был, я старше, у меня другая тема, но… Я знал, кто он, он знал, кто я. И потом несколько раз сталкивались, помогали друг другу по мелочи в делах.
Я предпочитаю сохранять связи, тем более, такие. Кто знает, когда это пригодится.
Вот кто знал, что в этот раз?
В “Бизоне” я появляюсь через полтора часа после звонка его владельца.
Чего мне это стоило, тема отдельная, за которую я еще спрошу у младшего засранца. Ох, повеселится он!
Полет занял мало времени, а дорога от аэропорта до клуба — и того меньше, с мигалками и по встречке. Отлично просто.
Я прохожу через вип-вход, осматриваюсь, прикидывая, где искать моего блудного братишку и мою маленькую добычу.
Им, кстати, сильно повезло: в дороге я слегка остыл, и теперь надеюсь обойтись без тяжких телесных.
Брат, все же, родная кровь… Только это его, поганца, и спасает.
В клубе у Касьяна… Ну, как и в любом другом, я существенных отличий не вижу, и понять, почему это заведение считается одним из лучших на русском юге, не могу.
Все то же, что и везде: мелькание светомузыки, куча тел на танцполе, блестки гоу-гоу. Пожалуй, ди-джей только отличается в лучшую сторону. Музыка качает, да.
Щурюсь на ди-джейский пульт. Достойно вполне.
— Быстро ты, — голос Касьяна раздается совсем близко.
Поворачиваюсь, протягиваю руку, здороваясь.
— Твой мелкий устроил тут веселье мне, — Касьян вытаскивает сигарету, предлагает мне, щурится, прикуривая.
Затягиваюсь, успокаивая нервы.
Веселье, значит…
— Девочкой его тут заинтересовались… — продолжает Касьян, — он расстроился. Обновил мне интерьер. Отвлек меня от важного дела.
Он кивает на угловую випку, где, развалившись, сидит мелкий, а рядом с ним…
Я ощущаю, как мой огранизм делает стойку, словно у хорошего охотничьего пса.
Лика сидит, скромно сложив руки на коленях.
Темное платье с круглым воротничком из белого кружева, словно ошейник. Белые волосы перекинуты на одно плечо, жгутиком свернуты. Ноги скрещены, спина прямая.
Взгляд не оторвать. Чистое незамутненное порно самой высшей категории.
И с ней рядом другая девочка, на которую я едва ли смотрю, машинально отмечая, что она чуть похожа мастью на мою добычу.
Тоже светлая и хрупкая. И еще что-то общее есть у девчонок. Какой-то нераспознаваемый четко, но легко считываемый на уровне инстинктов вайб, заставляющий возвращаться взглядом снова и снова, изучать, рассматривать. И хотеть.
Девчонки болтают, улыбаются друг другу, Сава, равнодушно закинув голову на спинку дивана и демнострируя татуированную шею, выдувает кальянный дым.
— Вот как? Твоя, значит, девочка? — раздается голос Касьяна, и я кошусь на него недовольно.
Глазастый.
А затем соображаю, что смотрит он на соседку моей Лики. И понимаю, как я выгляжу со стороны, наверно. Если так же дико, как он, с таким же голодным звериным выражением в глазах, то понятно, почему так бездарно палюсь.
Я-то был полностью уверен, что контролирую себя. А тут сюрприз, мать его.
— Это не важно, — все равно продолжаю я упорствовать и держать лицо. — Пришли счет, хорошо? И за моральный ущерб тоже. Я так понимаю, что тебя от серьезного занятия отвлекли…
Даю понять, что не только я тут палюсь своим звериным интересом.
Касьян усмехается, тушит сигарету, кивает.
— Забирай своих.
— За мой долг, — говорю я.
— Разберемся, — он идет в випке первым, а затем притормаживает и тихо предлагает, — если надо, вип-кабинет в твоем распоряжении.
Киваю.
Пригодится, да.
По мере того, как мы приближаемся к вип-зоне, народ рассасывается в разные стороны, опасаясь задерживаться на нашем пути.
Начальник сб идет четко в паре метров от меня, его люди вообще профессионально теряются в пространстве.
Я смотрю то на Саву, уже увидевшего меня и теперь радостно скалящего слегка покоцанную физиономию.
То на Лику, проследившую за взглядом Савы, тормознувшую на моем лице. И ее глаза, расширившиеся в ужасе — отдельный вид кайфа для меня.
Охренеть, как торкает.
Ощущаю, как весь мой боевой настрой трансформируется в нечто иное. Да, випка пригодится.
— Привет, братишка, — радуется непонятно чему Сава. Судя по глазам, нажратый. И потому отрубивший последние мозги и инстинкт самосохранения за ненадобностью.
— Взять, — командую я Дмитрию Петровичу, не отводя взгляда от брата. Краем глаза отмечаю, как испуг на лице Лики сменяется тревожностью. Боится, что я Саве плохо сделаю? Он ей нравится? Ну, блять…
К Саве тут же подходят двое из сопровождающих меня людей, профессионально скручивают.
Он пытается трепыхаться, но у этих ребят опыт серьезный. В том числе, и в усмирении одного буйного засранца.
— В поезд его. — Продолжаю я раздавать указания. Рядом со мной Касьян падает на диван и сгребает по-собственнически в объятия соседку моей Лики. Та выглядит напуганным напряженным мышонком. Забавно, насколько у нас с Касьяном вкусы похожи, оказывается. Хотя, моя — не мышонок. Ромашка, скорее. Вот сегодня я ее лепестки и помну.
— Бра-а-ат?! — вопли Савы мешают сосредоточиться, и я, чуть поморщившись. повышаю голос.
— Купить сидячий. Прямо до нас. Связи лишить. Денег не давать.
— Двое суток пилить, так-то… — осторожно влезает Дмитрий Петрович, — спину и
