Йонас нервно взглянул на пламя, адская клетка охватила их с волшебницей, и этот человек тоже, ещё более опасный, чем обыкновенная магия, настоящее оружие.
Каян сделал шаг ближе, сжимая кулаки.
- Держись подальше от Йонаса, урод, - прорычала Лис, делая вперёд решительный и бесстрашный шаг и закрывая Йонаса. – Мы справимся. Мы справлялись и с кое-чем похуже!
Сердце Йонаса наполнилось теплотой. Он внезапно понял, что не может оторвать взгляд от этой свирепой, потрясающей воительницы, что следовала за каждым его шагом. Эта замечательная девушка любит его.
Но сердце наполнилось тяжестью, когда он понял, что забыл о ней при виде Клео, когда почти пал к ногам Золотой Принцессы, как умолял о поцелуи.
Он был слишком слеп, чтобы понять, что уже получил самое большое сокровище.
Йонас повернулся к Каяну, глядя прямо в его янтарные глаза.
- Ты слышал Лис. Убирайся. У меня нет твоего шара, но если бы был, я б с удовольствием засунул его тебе прямо в задницу!
Каян рассматривал его с пугающей улыбкой.
- Ты либо слишком смел, либо слишком глуп, мальчик.
Йонас посмотрел уже на Каяна с Люцией.
- Хватит. Убери свою магию. Я не могу тебе помочь, - он бросил на Люцию уничтожающий взгляд. – И вы не можете мне помочь.
Каян всё ещё смотрел на Йонаса так пристально, что казалось, будто этот человек пытался прочесть его мысли. Но после выражение его лица смягчилось на мгновение, он нахмурился и склонил голову.
- Я чувствую магию тут, - сказал он, - чистую стихийную магию.
Каян посмотрел на Оливию, и его янтарные глаза вдруг стали ярко-синими.
- Хранительница!
Оливия сделала шаг назад, покачав головой.
- Держись подальше от меня!
- Как ты смеешь мне противостоять? – пламя скатилось по руке Каяна, такое яркое, как и его глаза. – Ты думаешь, что можешь скрыть свою сущность? Что Тимофей тебе приказал? Застать меня врасплох? Обмануть? Поймать?
Оливия повернулась, чтобы столкнуться с ошеломлённым взглядом Йонаса.
- Это правда? – спросила она. – Ты хранительница?!
-Мне жаль, Йонас. Я не могу… - её голос дрожал, она покачала головой. – Тимофей был неправ, когда послал меня.
Круг огня вспыхнул ярче, поднялся выше, выше самых старых митиканских деревьев.
- Ты хочешь помочь своему старейшине вновь упрятать меня в тюрьму? – прорычал Каян. – У тебя ничего не получится, и я с удовольствием посмотрю, как ты сгоришь!
Йонас едва слышал, жар становился слишком сильным, чтобы терпеть.
- Оливия, что происходит? – спросил он. – Кто он?
Смугловатый цвет лица Оливии стал мертвенным, пепельным.
- Прости. Мне жаль, что я не так сильна, как была Федра.
Йонас собирался ответить, когда внезапно контур Оливии стал мерцать, и вдруг что-то изменилось. Её одежда упала комками на землю, и она превратилась в золотого ястреба, расправила свои крылья и взмыла в небо мимо кольца огня.
- Трусиха! – проревел Каян.
- Каян, - тихо промолвила Люция, схватив его за руку. – Нам надо уйти. Она ушла, и тут нет Родичей. Мы ещё найдём…
Но он не слышал, даже не посмотрел на неё. Вместо этого Каян оторвал свой взгляд от небес и посмотрел на Йонаса так, что он, пошатнувшись, отступил на шаг.
Как и Йонас, Ник отчаянно осмотрел огненный круг.
- Мы должны выбраться отсюда, - сказал он.
Лис мрачно кивнула.
- Должен быть способ.
- Ты помогал бессмертной в её порывах, - обратился Каян к Йонасу, отстранившись к Люции. – Ты хочешь заключить меня в ловушку?! Ты хочешь меня навечно лишить свободы, и смирённый бессмертный должен подчиниться?!
- Я не хочу с тобой драться, кем бы ты ни был, - Йонас поднял руки, капитулируя, чувствуя, что тепло пламени стало сильнее. – Честно. Не знаю, что она…
- Не лги! – Каян вскинул руки и с могущественным толчком послал взрыв магию пламени прямо к Йонасу.
- Нет! – закричала Лисандра, и она столкнула Йонаса с пути, сбивая его с ног. Копьё пламени поразило её прямо в сердце.
А потом он пропал.
Она упала на колени, хватая ртом воздух.
Йонас схватил её, пытаясь понять, что случилось.
- Лис! Ты в порядке? Лис, пожалуйста! Ответь мне!
Её лицо было влажным от пота, дыхание стало слабым, но гремело вздохами, и она всё ещё смогла улыбнуться ему.
- Ты был на моём пути, ты, зараза.
Волна слепой ярости и чистого облегчения накатилась на него, и Йонас улыбнулся ей.
- Ты знаешь, как я сильно тебя люблю, Лисандра Барбас?
- Что? – она моргнула. – Ты любишь меня?
- Да.
- А Клео?
Он усмехнулся.
- Что – Клео?
- Николо, - голос Люции звучал тихо, но твёрдо, она словно пыталась унять последствия гнева Каяна. – Оттащи Йонаса от неё, прежде чем не стало слишком поздно.
Йонас посмотрел на неё.
- Ты и твой друг должны уйти. Немедленно! Слышишь? Подойти ближе, и я убью и тебя, и его!
Ненависть, прежде мерцающая в глазах Люции, исчезла, оставив только грусть и мрачность.
- Я не хотела, чтобы это случилось. Ты не поверишь, но мне жаль. Николо, немедленно!
Без единого слова Ник схватил Йонаса и оттащил от Лисандры.
Йонас попытался вырваться.
- Что ты делаешь? Пусти меня!
- Йонас? – Лис потянулась к нему, улыбка заиграла на её губах. – Я люблю…
Её сладкие слова пропали в тишине гнезда пламени, и взрыв разорвал её грудь, протекая лавой по каждому дюйму её тела.
- Нет! – Йонас оттолкнул Ника и бросился к Лисандре, которая растворялась в одно мгновение в пылающую колону янтарного огня.
Пламя рванулось вверх, превращаясь с тёмно-оранжевого и жёлтого в ярко-синий оттенок, как и глаза Каяна.
Звук криков Лисандры врезался в душу Йонаса, и в одно мгновение пламя разрушилось, как стекло, и осколки синего кристалла разлетались вокруг.
Не оставив ничего.
С воплем Йонас смял горку земли, глядя на пустое место, где мгновение назад была Лисандра.
Он остался неподвижным, слёзы жгли глаза, и он не заметил, когда круг огня исчез, не видел, как Люция и Каян покинули заброшенный рынок, оставив Йонаса и Ника там наедине друг с другом.
Глава 19
Феликс
Крешия
Феликс проснулся с мыслью, что что-то было не так. И если б он не знал, что это было…
Он попытался игнорировать это, потому что жизнь прежде никогда не была лучше. Он вернул доверие короля Гая. Он покинул берега Митики и увидел прекрасную крешийскую Империю. И великолепная принцесса разделила с ним даже не одну, а семь ночей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
