Когда контрнаступление Роммеля было остановлено на линии Эль-Газалы (это произошло в начале февраля 1942 года), германо-итальянские войска в Триполитании оказались примерно в том же положении, в котором находилась незадолго до этого британская 8-я армия в районе Бенгази. Продолжительность периода времени, в течение которого противник мог находиться в состоянии ошеломления после нашего успешного удара, зависела от того, как у него обстояли дела с пополнением и снабжением. Неблагоприятный для ведения активных боевых действий сезон заканчивался, а британские тылы все ближе подтягивались к боевым частям. Первым делом следовало привести в порядок гавани Бенгази и Дерны. Что касается Бенгази, то первые суда смогли разгрузиться там уже через несколько дней после того, как мы захватили этот порт. Нам очень повезло – немецкое военное имущество, находившееся на старых временных складах, оказалось нетронутым. Оно стало добавкой к тому, что доставлялось морем.
Несмотря на эту неожиданно благоприятную ситуацию, возникла настоятельная необходимость ускорить завершение подготовки к нанесению воздушного удара по Мальте. Ее затягивание ввиду положения в Африке заставляло меня нервничать, но в связи с нашими успехами я решил, что еще одна небольшая отсрочка оправдает себя.
На совещании, проводившемся в штабе 2-й авиагруппы на Сицилии, я убедил самого себя в том, что все поняли подробные инструкции, связанные с нанесением удара по Мальте. Проинспектировав боевые части, я убедился, что люди уверены в себе и рвутся в бой. Согласно приказу основной смысл действий 2-й авиагруппы должен был состоять в том, чтобы застать врасплох и нейтрализовать истребительную авиацию противника или, по крайней мере, сковать ее до такой степени, чтобы она не могла сорвать готовящийся бомбовый удар. Мы должны были атаковать три аэродрома противника ударами, следующими один за другим с короткими промежутками – тяжелыми бомбами, легкими осколочными бомбами и пулеметным огнем. Цель этих ударов состояла в том, чтобы уничтожить самолеты противника на земле и по крайней мере на некоторое время вывести из строя взлетно-посадочные полосы.
Последующие бомбовые удары должны были наноситься по аэродромам, портовым сооружениям и кораблям – бомбить сам город мы не собирались. Предполагалось, что налеты в дневное время будут массированными и непрерывными. При этом мы рассчитывали, что наши бомбардировщики будут настолько плотно прикрыты истребительной авиацией, что она сможет удержать британские истребители на безопасном расстоянии от наших бомбовозов, обратить их в бегство и преследовать до тех пор, пока они не будут уничтожены.
В ночное время планировалось использование одиночных самолетов для проведения беспокоящих рейдов, которые создавали бы помехи расчистке обломков и ремонтным работам. Еще одной частью нашего замысла было потопление немногих находящихся в порту транспортных судов противника прямо в гавани атаками пикирующих бомбардировщиков, а также блокирование входа в гавань путем сброса мин.
Этот план ставил перед всеми участниками операции нелегкие задачи, но они были решены, причем со сравнительно небольшими потерями. Было несколько факторов, которые еще больше осложнили проведение и без того непростой операции против острова-крепости. По периметру аэродромов и гавани имелись естественные укрытия в виде ниш в скалах, где можно было разместить самолеты и склады военного имущества. Эти укрытия не могли быть полностью разрушены даже с помощью самых тяжелых бомб замедленного действия. Даже применение сверхмощных боеприпасов, доставляемых к цели истребителями-бомбардировщиками, не дало ожидаемого эффекта. Только прицельные и массированные атаки с применением бомб малого калибра (с контактным взрывателем) обещали дать неплохие результаты. Сильная, концентрированная британская противовоздушная оборона на побережье острова, действовавшая при поддержке зенитных орудий кораблей, защищающих гавань, вела такой заградительный огонь, что пробиться сквозь него могли только настоящие храбрецы, да и то ценой немалых потерь.
В действиях пикирующих бомбардировщиков было два момента, когда эти машины становлюсь наиболее уязвимы – это начало атаки и выход из пике. Для осуществления этих маневров летчикам приходилось сбрасывать скорость и ломать строй. Уменьшить потери в эти моменты можно было только за счет применения истребителей, пикирующих вместе с бомбардировщиками, а также поставив перед частью истребительной авиации конкретную задачу прикрытия бомбардировщиков в момент выхода из пике. Должен признать, что пилоты британских истребителей проявили храбрость и летное мастерство, особенно ярко проявившееся в те моменты, когда им приходилось пикировать с большой высоты (10-12 тысяч метров) прямо сквозь плотный строй немецких бомбардировщиков. Надо также отдать должное организации разгрузочных работ в порту. За невероятно короткое время суда и танкеры, находившиеся в гавани, были разгружены, а грузы распределены по подземным, неуязвимым для бомб складам, расположенным вдоль причалов.
2-я авиагруппа, базировавшаяся в Мессине, прекрасно спланировала и провела свою атаку. Особая заслуга в этом принадлежала умному и изобретательному начальнику штаба, маршалу авиации Дейчману.
Паузы в нанесении воздушных ударов по Мальте были вызваны отвлечением сил авиации на операции против морских конвоев противника, потопление которых было необходимым условием успеха в действиях против острова. В тяжелых стычках эти конвои, за исключением небольшого количества судов, были уничтожены.
К выполнению основной части операции мы приступили 2 апреля 1942 года, а 10 мая у меня были все основания считать, что поставленная задача выполнена. Благодаря этому успеху мы обеспечили свое доминирование на морских и воздушных коммуникациях от Италии до Африки. После нанесения по Мальте удара с воздуха можно было бы легко захватить остров. То, что это не было сделано, является грубой ошибкой германо-итальянского командования, последствия которой проявились позднее. Тот факт, что в ходе операции удары наносились только по военным объектам, является заслугой люфтваффе – британская сторона признала это.
После успешной операции против Мальты Верховное командование сочло, что ситуация в Средиземноморье существенно улучшилась, и перебросила большую часть наших ВВС на Восточный фронт. Разумеется, в Средиземноморье были оставлены значительные силы, чтобы, не обращаясь за помощью к командованию ВВС в Африке, можно было присматривать за Мальтой, сдерживать действия транспортных судов противника и защищать наши собственные коммуникации. Однако со временем стало ясно, что этих сил недостаточно для того, чтобы нейтрализовать остров-крепость или отрезать ее от источников снабжения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
