в этом сомневаюсь! – перебила Ирма.
– Просто продиктуй номер его телефона, прошу тебя, – медленно, почти по слогам произнесла я, чувствуя, как свободная рука сжимается в кулак.
– Нет, даже не думай об этом! – прокричала она в трубку. – Очнись, Полина! Ты не представляешь, против какой силы идёшь! Назови координаты, получи документы и улетай как можно дальше отсюда. Не хочешь на Маврикий, лети в другое место, только не в Америку. Главное – подальше от Российского Союза проводников. Согласна?
– Нет, – похоже, помощи от Ирмы я не дождусь. – Ты дашь мне его номер?
– Нет, – отрезала она и отключилась.
Я швырнула телефон в сумку. Остаётся надеяться, что смогу опередить Алекса. Сделала три глубоких вдоха и вернулась в больницу.
Бабуля стала ещё бледнее, кожа приобрела серый оттенок. Аппарат искусственной вентиляции лёгких поддерживал её дыхание. Почувствовала, как глаза снова защипало. Нет, нельзя при ней плакать.
Села рядом с койкой и рассказала, что смогла создать полный круг стихий сегодня утром. Говорить про вновь оживший тотем не стала.
Я решила передать бабуле все лучшие воспоминания. Как она учила меня собирать грибы и ягоды, отличать съедобные от ядовитых и внимательно смотреть под ноги. Как мужественно ела мои первые пироги, как заговаривала ободранные локти и колени, как учила сеять пшеницу и копать картошку, слушать пение птиц и говорить на языке животных…
– Помню и всегда буду помнить твой смех, – я положила ладонь на холодную бабушкину руку и только сейчас заметила фиолетовый свет. – Ты сильная, ты живая, ты самая лучшая из всех людей, которых я знаю. Ты будешь жить! Слышишь?! Ты должна жить ещё много лет!
Свечение окутало наши соединённые руки. Дух, почему я раньше не догадалась призвать его?!
– Дух, прошу, помоги прабабушке. Укрепи её тело и установи прочную связь с запертой душой.
Я стала представлять, как передаю бабуле жизненную энергию вместе с фиолетовым свечением.
Скоро тело прабабушки завернулось в плотный световой кокон. Кожа её рук стала теплее, с лица ушёл серый цвет, а дыхание выровнялось. Я обняла бабулю и так и осталась лежать, отдавая силу духа для её выздоровления. Остановилась, только когда почувствовала головокружение. Поблагодарила пятый элемент и отпустила его.
В палату вошёл врач. Глаза округлились, а брови взметнулись над переносицей, когда он проверил показания приборов.
– Похоже, ваша близость сотворила с Марикой Евсеевной чудо, – тихо проговорил он. – Это уже даже не вторая, а первая степень, – пробормотал доктор, что-то записывая в блокноте.
– Извините, э-э-э, – стараясь вспомнить имя врача, проговорила я. – Евгений Степанович, можно сегодня ночью остаться с бабулей? – рядом с окном стоял небольшой диван. Если поджать ноги, вполне можно уместиться.
– Да, конечно, если хотите.
– Спасибо, – я, пошатываясь, встала со стула.
– Что-то вы бледная, Полина, – сказал врач, отрывая взгляд от блокнота. – Похоже на низкий уровень гемоглобина…
– Это от природы, – я махнула рукой и вслед за доктором вышла из палаты.
Заказала в больничном кафе горячий шоколад и кусочек «Наполеона» – хотелось сладкого и побольше калорий. Дожевала торт, не чувствуя вкуса. Я вернулась в палату, легла на диван, свернулась клубком, натянув плед, оставленный медсестрой, и закрыла глаза.
Но сон не принёс покоя. Как только сознание отключилось, я встретилась с горящим взглядом фиолетовых глаз.
– Не смей тратить дух на неё! – выкрикнула Хельда. – Завтра понадобится вся твоя сила.
– Плевать хотела на то, что тебе понадобится, – устало произнесла я. – Если бабуля не доживёт до полнолуния, ты не увидишь моего мира.
– Оставь патетику для кого-нибудь другого, – процедила ведунья. – Если ты не выкинешь фокусов, то Марике ничего не грозит.
– Врачи говорят, что она может не протянуть ещё сутки, – отрезала я.
– Ладно, дело твоё, – сказала Хельда. – Но завтра ты должна быть в форме.
– Когда открывать круг? – я решила сосредоточиться на деле, чтобы не сказать лишнего.
– Ровно в полночь, – ответила ведунья. – От тебя требуется только вызвать стихии, разбудить тотем и открыть портал. Никакой самодеятельности, хорошо?
– Хорошо. А теперь оставь меня, пожалуйста, хочу поспать.
Хельда растворилась в воздухе, а я провалилась в темноту. Без сновидений.
Проснулась от шарканья и шума воды. Уборщица отжимала тряпку.
– Ой, простите, – прошептала она, когда я потянулась и сбросила плед. – Не хотела вас разбудить. Моя смена заканчивается через пятнадцать минут, а в палате неубрано…
– Ничего страшного, – прервала я оправдания. – Не подскажите, который час?
– Без четверти девять, – охотно ответила уборщица.
Ну здравствуй, новый дивный день. Я ещё раз потянулась и встала с дивана. Подождала, пока женщина закончит уборку, умылась, почистила зубы и попросила дежурную медсестру вызвать врача.
Сегодня пришёл не Евгений Степанович, а молодой, высокий и чересчур худой мужчина. Я попросила осмотреть бабулю и рассказать о её состоянии. Он мельком глянул на приборы, потом в свой ежедневник и буркнул: «кома второй степени». Развернулся и вышел из палаты не попрощавшись. Ну и манеры!
Я осторожно села на край койки.
– Бабулечка, милая, скоро всё закончится. Всё будет хорошо! Только потерпи немножко. Будь сильной! И ты ещё понянчишь праправнуков, я обещаю! Люблю тебя.
Поцеловала лоб прабабушки и вышла. Сегодня нет времени на слёзы. Эта ночь решит не только мою судьбу.
Глава 18. Портал
Не стала заходить в родительский дом, только окинула взглядом на прощание. Пусть прошлое останется в прошлом. Дом давно мёртв. Хватит питать иллюзии.
В деревню вернулась к полудню. Ярко светило апрельское солнце, вдалеке мычала корова, лаяли собаки, два раза прокричал петух. Жизнь шла своим чередом. Никто из местных даже не догадывался, какое ночью будет шоу!
Через двенадцать часов решится моя судьба. И не только моя, если подумать. Бабуля, Хельда, Алекс… А если ведунья окажется сильнее? Чем тогда её возвращение грозит нашему миру? Что она принесёт с собой?
Джинн встретила меня на пороге. Жалобно мяукнула и потёрлась о ноги.
– Прости, милая, что пришлось так надолго оставить тебя, – я присела на корточки и погладила кошку. – Джинн, если сегодня со мной что-то случится, тебе придётся найти новую хозяйку или хозяина, – она серьёзно смотрела в мои глаза. – В деревне тебя знают. Пойди к тому, кто больше приглянётся. Хорошо?
Кошка ещё раз потёрлась о ноги и убежала. Я пошла за ней. Покормила Джинн и сама пообедала, не чувствуя вкус еды. Прибралась в доме, чтобы немного отвлечься от потока дурных мыслей. И начала готовиться к ритуалу.
Промыла и очистила нужные кристаллы. Собрала атрибуты стихий и положила их в корзину. Потом добавила туда нож, медицинский спирт, перекись и бинт. Вдруг моя кровь снова кому-нибудь понадобится?
Позвонила
