В Сан Франциско мы покинули вокзал, и Габриель подозвал жестом такси. Шофёра он попросил высадить нас в нескольких улицах от дома моего дедушки.
Заплатив водителю, мы вышли из машины. На тротуаре я повернулась к Габриелю.
- Дойдешь отсюда пешком? - обеспокоенно спросил он.
Чтобы его успокоить, я кивнула.
- Хорошо, - пробормотал он, хотел еще что-то сказать, но передумал. Съежившись от холодного ветра, я обхватила себя руками.
Он добавил:
- Не забывай, я наблюдаю за тобой издалека. С тобой ничего не случится, обещаю.
Я снова кивнула. Видимо Габриель верил в то, что говорил. Ашер утверждал то же самое. Я попрощалась с ним и направилась в кафе, в котором мы часто завтракали с дедушкой.
Габриель предложил мне, чтобы я оттуда позвонила Франку и попросила его забрать меня. Было бы менее подозрительно, если б я притворилась, что приехала в кафе на автобусе. Мне и так много чего предстояло объяснить.
В кафе я спросила, могу ли позвонить дедушке. Должно быть, я выглядела достойной сожаления, потому что официантка, довольно часто обслуживавшая нас здесь, тут же протянула мне беспроводной телефон.
- Алло?
Франк взял трубку после первого же гудка, как будто уже ждал моего звонка.
- Франк, я в кафе у тебя за углом. Можешь забрать меня?
- Сейчас буду, - ответил он и положил трубку.
Выйдя на улицу, я села на край тротуара в ожидании дедушки. Не прошло и пяти минут, как его грузовик остановился рядом со мной. Дедушка обошел капот и так крепко прижал меня к себе, что чуть не сломал мне ребра.
Где-то поблизости за нами наблюдал Габриель. Насколько я знала дедушку, минимум один из его людей делал сейчас то же самое.
Франк отпустил меня и посмотрел мне в глаза.
- Где же ты была? - спросил он, озабоченно сморщив лоб.
- Защитники, - лишь сказала я.
- О, Реми, - хрипло прошептал Франк.
Габриель сказал, что дедушка мне поверит, если я расскажу, что мне удалось уйти от защитников. Без понятия, откуда Габриель это знал, но он оказался прав.
Казалось, Франк сразу же понял, что мне пришлось пережить, хотя по мне этого и не было заметно. Он снова заключил меня в объятия, так что у меня перехватило дыхание. Какое-то время он держал меня так, несмотря на то, что я не обняла его в ответ.
***
Допрос продолжался часами. Доротея, ее муж, и другие люди, которых я никогда не видела, присоединились к нам в гостиной Франка. Они задавали один вопрос за другим. Я старалась придерживаться правды насколько это было возможно, не считая того факта, что Ашера и Габриеля я полностью вывела из игры.
Я гуляла, на меня неожиданно напали и ударили по голове. Я пришла в себя в тюрьме, не имея ни малейшего понятия, как меня нашли защитники. Они пытали меня. Я применила против них мои способности, после чего сбежала, спасая свою жизнь. Добравшись до города, я тут же позвонила дедушке. Что стало с защитниками, мне не было известно. После того как я описала Ксавьера и Марка, дедушке сразу же стало ясно о ком шла речь.
- Они живут в городе, - сказал он. - Мы наблюдаем за ними уже несколько месяцев, но ничто не указывало на то, что они знают, что мы здесь живем.
- Я думаю, что на их совести Иветт. - Я рассказала, что они нанесли мне такие же порезы, как и ей. Взгляд Франка обратился на мою невредимую кожу, и я объяснила:
- Как только я была более-менее в безопасности, я исцелила себя.
Кто-то сказал, что было бы лучше, поместить меня где-нибудь в другом месте. Было ведь неизвестно, следовал ли за мной кто-то до «Пункта вдохновения». Было возможно, что они только того и ждали, чтобы встретить меня одну.
К моему удивлению Франк настаивал на том, чтобы я и дальше жила у него. При этом Габриель и я ожидали, что он отвезёт меня в Пацифику. Но так дом будет охраняться ещё лучше, а я ещё сильнее ограничена в свободе.
- Но с этих пор ты больше не будешь шататься одна, - предупредил он меня. - Я надеюсь ты понимаешь, каким опасным было бы твоё возвращение в Нью Йорк. Подумай, что случилось бы, если бы рядом был один из твоих друзей.
Тень упала на его лицо, а перед моим внутренним взором появился образ Ашера, на которого было направлено оружие.
- Я останусь в Сан Франциско, - сказала я невыразительно.
- Хорошо. - Франк удовлетворённо кивнул. - Тогда всё это по крайней мере привело к чему-то хорошему. - Он повернулся к мужчинам, которые как раз обсуждали, когда кто будет охранять дом.
Я потирала руки, задаваясь вопросом, могу ли сейчас улизнуть в постель. Я хотела свернуться калачиком и проспать тысячу лет, чтобы забыть обо всём.
Однако я боялась, что сон будет невозможен. Я представляла себя лица Лауры и Люси, в то время как мой отец рассказывал им, что я больше не вернусь. Смогут ли они когда-нибудь простить меня?
Тёплая рука убрала мне с лица прядь волос. Доротея селя рядом со мной на диван. Она похлопала меня по руке.
- Я так рада, что ты теперь в безопасности, Реми.
Тогда нас уже двое.
***
Дни проходили как в тумане.
Я послушалась моего деда и никуда не ходила в одиночку. Как можно чаще я оставалась в моей комнате. Я ошиблась, когда думала, что больше не смогу спать. Сон был между тем самым лучшим, что у меня получалось делать. За задёрнутой занавесью я пряталась в кровати, в то время как проходили дни и ночи.
Франк несколько раз на день заглядывал ко мне. Он пытался уговорить меня поехать в Пацифику и навестить Эрин, а когда ему не удалось, он привёз её сюда, чтобы посмотреть, сможет ли она выманить меня из комнаты.
Я приняла душ и присоединилась к ним за кухонным столом, но Эрин тщетно пыталась вовлечь меня в разговор. В конце концов, я заперлась ещё на одну неделю в моей комнате, а Эрин больше не приезжала.
Франк, казалось, тоже постепенно терял терпение, и по нему было видно, что ему действовала на нервы моя апатия, но почему-то мне между тем стало всё равно. Я потеряла счёт времени.
Потом, однажды ночью я проснулась от кошмара, в котором Люси выследили защитники и начали её пытать. Они хотели заставить её исцелить их. Её крики ещё разносились в воздухе, как я внезапно отчётливо услышала голос Ашера.
«Я люблю тебя, mo cridhe.» С его именем на губах я, задыхаясь, проснулась. Мой тихий голос отдавался эхом в комнате. Ашер был мёртв. Почему это не шло мне в голову?
Я попыталась снова заснуть, но мне не посчастливилось воспользоваться этим убежищем. Вдалеке тикали часы. Скорее всего мой дед тоже уже отошёл ко сну. Когда я больше не смогла выносить тишину, я встала и оделась.
Люди Франка охраняли дом, но во время обеда, на который я однажды заставила себя спуститься вниз, я услышала, как они разговаривали о том, где любят больше всего стоять на карауле. О Ксавьере и Марке они тоже обменивались мнениями. Оба защитника залегли на дно, а Франк приказал своим людям разыскать их.
