вами. Этот вероломный обманул нас, хотя только нашей храбрости обязан взятием вашего города, он, однако, отказался разделить с нами плоды этого завоевания. Это принудило нас посетить вас вторично. Жалеем вас, да делать нечего. Впрочем, мы льстим себя надеждой, что вы будете довольны нашей умеренностью и правдивостью. Обещаем вам оставить город ваш без малейшего насилия или беспорядка, как скоро заплатите нам пять миллионов. Больше не хотим требовать. Если же вы не примете такого умеренного требования — то ожидайте всевозможного несчастия, которое в таком случае должны приписать единственно себе и генералу Пуантису, имя которого дозволяем покрыть всевозможными позорными названиями и проклятиями».
Так флибустьер затмил Короля-Солнце Людовика XIV.
Возвращались они в Санто-Доминго в тревожном настроении. Чем ответят на их непослушание французские власти? А ответ действительно был ошеломляющим. Де Граммону предложили пост губернатора южной части Санто-Доминго, аде Граафу — должность начальника полиции.
Понять решение французских властей нетрудно. У них не было никаких возможностей обуздать силой этих головорезов и их прославленных командиров. А почетные посты заставят поневоле обратиться к мирной деятельности. Тем более что за время их отсутствия испанские корабли, не считаясь с мирным соглашением, ограбили нескольких французских купцов и уничтожили суда. Следовательно, поход Граммона вполне мог сойти за ответный удар.
Граммон не стал отказываться от почетного поста, только просил чуть повременить, ибо ему еще требуется закончить некоторые дела.
Он снарядил свой корабль и со ста восемьюдесятью верными флибустьерами вышел в открытое море. Куда они направлялись? К какому острову сокровищ? На какие райские берега? Это так и осталось тайной.
С той поры о доблестном Граммоне и его команде не было никаких сведений. Возможно, это самый романтический уход пирата в неведомое.
СЕКРЕТ УСПЕХА
Военные подвиги моряков-разбойников порой выглядят фантастично. Нив одной армии мира не нашлось бы тогда безрассудного полководца, рискнувшего бросить, как бывало у флибустьеров, немногочисленный отряд на укрепление. Считается, что те, кто атакует укрепленные позиции, должны иметь значительный численный перевес и хорошее вооружение. Только в XVIII веке Суворов отважился опровергнуть такой канон, да и то в специфичных условиях неожиданного нападения (его «быстрота и натиск» точно отвечают принципам пиратского боя). В чем же тут дело? В сверхчеловеческих способностях разбойников?
Вообще-то это были, конечно, отборные головорезы. Но есть и более важное обстоятельство. Особенности огнестрельного оружия в те времена не позволяли быстро вести огонь. Приходилось постоянно отвлекаться, забивая заряд, подсыпая порох, зажигая фитиль. Чтобы все эти операции проходили четко, автоматически, практиковалось наступление шеренгами, плотными рядами, с остановками для залпов. Сплоченные цепи — плечо к плечу — придавали уверенности, мешали отбежать в сторону, спрятаться, выйти из боя. Большинство солдат были подневольными или пленными, и такая тактика вполне оправдывалась. Однако плотные ряды было очень удобно сметать картечью или «прореживать» выстрелами из пистолетов и ружей. Пираты шли на штурм врассыпную, каждый умело прятался, двигался перебежками. Попасть в него было нелегко. Да и бить по единичным целям нецелесообразно.
С ядрами или картечью пиратская тактика ведения боя была в ту пору чрезвычайно эффективна. Каждый из нападающих знал, что за ним наблюдают товарищи и от его действий зависит размер награды. У них в полной мере осуществлялся принцип: «Один за всех и все за одного».
ЗЛОДЕЙ СРЕДИ ЗЛОДЕЕВ
Олоне
Суть пиратства, его особенности, общий дух времени по-разному воплощаются в судьбах некоторых конкретных людей. Очень показателен в этом отношении пример Жана-Давида Но, который прославился под именем Франсуа Олоне.
Он начинал как буканьер. Не имея средств для самостоятельного охотничьего промысла, три года отработал слугой и коптильщиком. Приобретя оружие, занялся охотой на буйволов. В это время происходили все более жестокие и частые стычки с испанцами. Жизнь в лесах стала слишком опасной.
Олоне ушел к флибустьерам. В первых же сражениях он показал себя мужественным воином и надежным товарищем. В одном из нападений был убит их капитан. Команда избрала на его место Олоне. И не ошиблась. Им удалось благополучно ограбить несколько кораблей.
Олоне имел каперскую грамоту, отдавал часть добычи во французскую казну и пользовался уважением губернатора Тортуги. Когда его корабль во время шторма разбился о скалы, ему был предоставлен новый.
Олоне прославился даже среди пиратов своей жестокостью. Рассказывали, что однажды, захватив корабль, он уселся на палубе у отверстия люка и приказал пленникам, томившимся в трюме, подниматься по одному. Как только голова испанца появлялась над палубой, он срезал ее саблей. Лизнув кровь на лезвии, сравнивал ее вкус с предыдущей «пробой». А затем отсекал очередную голову.
Как знать, не исключено, что таким образом Олоне укреплял свой авторитет. Но скорее всего сказывались уроки жестокости, усвоенные им во время буканьерской юности.
Как свидетельствовал Эксквемелин: «Охотники — люди весьма жадные, к слугам они совершенно беспощадны». Однажды буканьер так исколотил слугу, что тот свалился замертво. Хозяин ушел. Когда слуга очнулся, то увидел, что брошен в лесу без пищи и оружия. Ноги его были разбиты так, что он два дня не мог подняться, лежал без воды и еды. С ним была собака. Затем они двинулись по лесу. Им повезло: удалось поймать поросенка. Его нельзя было не только поджарить, но даже разрезать. Пришлось рвать его руками и есть сырое мясо. Подобным образом они кормились более года, пока не встретили группу буканьеров.
Поначалу бравые охотники испугались «дикого человека» и готовы были его застрелить. Он рассказал им свою историю и добавил, что если они хотят вернуть его прежнему хозяину, то лучше уж ему остаться в лесу. Охотники пообещали выкупить его. Он остался с ними, только не мог привыкнуть к вареному или жареному мясу: ел сырое…
Конечно, какие бы страдания ни перенес Олоне, это никак не оправдывает его зверства. Они даже для «пиратского дела» были вредны. Слухи о его бесчинствах распространились среди испанцев, которые теперь готовы были сражаться до последней капли крови, лишь бы не попасть в руки к этому мучителю. Для него самого плен означал бы не просто смерть, но смерть после страшных пыток. И все-таки он не мог отказать себе в удовольствии поглумиться над ненавистными испанцами. Возможно, тут сказывались и религиозные взгляды. Олоне относился к тем французам, которые не признавали власть папы Римского, а испанцы были правоверными католиками.
После первых успехов Олоне постигла неудача: близ испанского берега Кампече во время шторма его корабль затонул. Пираты высадились на сушу, где их
