когда Морис перелез через подоконник и спрыгнул на пол.
– Вы?! – произнесла нежная леди свистящим шёпотом. – Вы что здесь делаете?
– Ловлю убийцу, который охотится за вами, – ворчливо отозвался Морис, скрывая смущение, потому что оказаться с ней в одной комнате – это было испытание ещё похлеще, чем пробежка по карнизу, да и сразу было ясно, что ему тут не рады. – Тише, – приказал он леди и первым делом взял толстый шерстяной плащ, который лежал на скамье, – мы поймаем его на крючок, как рыбку. Готов поклясться, что сегодня же наш друг с арбалетными болтами со змейками явится по вашу душу. Наверное, все уже растрезвонили отсюда и до столицы, что я уехал, и вы теперь одна и без защиты. Он придёт вас убивать.
– На крючок? – переспросила она, глядя на него непонятным взглядом – вроде бы и спокойным, а вроде бы и нет.
– Угу, – кивнул Морис, скручивая плащ. – Поймаем его на живца. Спорим, он тоже полезет в окно? Я на его месте пришёл бы вас ухлопать именно так.
– На живца? – переспросила Маргарет, медленно поднимаясь с кровати.
Кстати, на девице была та самая ночная рубашка в кружевах, и Морис пожелал себе выдержки рядом с этой рубашкой и той, на которую рубашка была надета.
– Вы устроили вот это вот… сегодня… – леди Маргарет так же медленно подходила к нему, – устроили такое… чтобы все видели, что вы бросили меня? Беззащитную?
– Самое простое – сыграть на сплетниках, – подтвердил Морис. – Простите, что сразу вам не рассказал, но мне нужна была достоверность.
– Ах, достоверность? – она была уже рядом, и он не удержался – нырнул взглядом в вырез на рубашке.
Между прочим, это почти преступление – носить такую одежду, которая не прикрывает, а подчёркивает наготу… Куда только церковь смотрит…
Леди Маргарет влепила ему две пощёчины – одну за другой, да так ловко и быстро, что Морис не успел защититься.
– Это вам за достоверность! – объявила она. – А это – за живца! – она собиралась ударить его и в третий раз, но Морис не позволил.
Схватил её за руку и притиснул к себе, держа поперёк туловища. Плащ упал на пол, и они с леди благополучно на нём затоптались.
– Пустите! Животное! – она попыталась пнуть его, а когда не получилось – боднула, метя в лицо.
Только для этого ей надо было встать на цыпочки или подпрыгнуть, а так она только и смогла, что толкаться лбом в его грудь.
– Послушайте, леди, – сказал Морис и сам удивился – как хрипло теперь звучал его голос. – Давайте заключим перемирие хотя бы на эту ночь. Допускаю, что у вас есть все основания злиться на меня, но я действовал лишь в ваших интересах…
– В моих?! – тут же взвилась она.
Спасибо, что не закричала – говорила бешеным шёпотом, зато глазами так и сверкала.
– Это в моих интересах вы отправились домой к этой паршивке Анабель?! Чтобы надо мной потешалась вся округа? Знаете что, убирайтесь-ка вон! Никто не просил вас меня защищать! И не нужна мне ваша защита! Потому что от неё хочется почесаться, как от блошиного укуса!
– Сейчас поцелую, – пообещал ей Морис, ощущая всё её тонкое и манящее тело под рубашкой – как без рубашки.
– Что? – не поняла Маргарет.
– Не прекратите ругаться, я вас поцелую, – повторил он. – А потом привяжу, чтобы вы не мешали вас защищать. Вы же посчитали, что вправе привязывать меня, чтобы помочь мне против моей воли? Я всего лишь взял ваш метод на вооружение.
– А-а… – она уставилась на него, приоткрыв рот и словно позабыв слова.
– Чудесно, вот так и молчите, – попросил Морис, отодвигая её к стеночке и с сожалением выпуская из объятий. – И позвольте мне сделать то, зачем я сюда приехал.
Пока леди Маргарет стояла у стены, он поднял плащ, заново свернул его и подсунул под одеяло на её кровати, чтобы было похоже, будто кто-то лежит в постели. Потом приспустил полог и загасил свечу. Теперь комната освещалась только лишь луной, и Морис приоткрыл ставень, впустив побольше света, чтобы он падал на кровать.
– Сожалею, но поспать в мягкой постельке сегодня не удастся, – сказал он леди Маргарет. – Могу предложить только куртку, – он снял куртку и постелил её у стены, в самом тёмном углу. – Отправил бы вас спать в другую комнату, но лучше не надо. Будьте рядом со мной, мне так за вас спокойнее. Да и предатель – меньше знает, меньше болтает.
– Предатель? – ахнула девушка. – Что вы такое говорите?!
– Хотелось бы ошибаться, – сказал Морис и взял Маргарет за руку, почти насильно усаживая на куртку. – Но я прошу вас просто довериться мне.
Она собиралась сказать что-то убийственное, но он опередил:
– Как доверял мне ваш отец.
Говорить строптивая девица сразу передумала и уселась у стены, вытянув ноги и скрестив руки на груди. Довольно долго она молчала, а потом процедила сквозь зубы:
– Утром я надаю вам пощёчин и прогоню с позором, и не захочу вас больше видеть. Никогда.
– Договорились, – легко согласился Морис, садясь рядом с ней, и добавил: – Главное, постарайтесь дожить до утра, дорогая леди.
Она всхлипнула и затаилась в темноте, а Морис мысленно пожелал себе удачи.
Он приготовился просидеть в темноте и молчании всю ночь, но уже минут через десять леди Маргарет зашептала ему:
– Как леди Анабель отнеслась к вашему отъезду?
– С пониманием, – ответил Морис сдержанно, очень надеясь, что на этом беседа закончится.
Но надеялся он зря, потому что снова раздался язвительный шёпот:
– Да неужели? Сидит сейчас, наверное, слёзы льёт.
– Нет, она занята делом. Охраняет мою саблю.
– Как интересно! – всё так же шёпотом восхитилась леди. – А почему вы не взяли свою драгоценную саблю с собой? Шли ловить убийцу и даже не вооружились?
– Побоялся, что упаду, – буркнул Морис.
Несколько секунд благодатной тишины снова были прерваны шёпотом леди:
– Где упадёте?
– Не где, а откуда, – поправил её Морис, начиная закипать. – Со стены. В ров.
На этом можно было бы и остановиться, но леди заинтересовалась ещё
