С одной стороны, эта надпись подтверждает, что передавались ключи именно от храма, с другой – попытку легализации формальной преемственности Ватиканом статуса Иерусалимского храма. И наиболее интересным является понятие «четвертого храма». Почему четвертого? Общепринятым мнением является признание существования двух иерусалимских храмов. Хотя, к примеру, в «Песни о Роланде» Соломонов храм фигурирует уже спустя шесть веков после его разрушения, т. е. третий храм. В любом случае, текст, написанный художником на арке, не подразумевает разночтений – речь идет о четвертом храме Соломона. Стало быть, третий либо уже был разрушен, либо существовал параллельно римскому. Сам же римский в этой ситуации позиционировался как четвертый, главный храм христианства.
Где же были реальные храмы главных богов христианства? Надо полагать, что именно Иерусалим был тем самым городом, который всегда был священным городом европейцев, в котором находился дом Бога, назывался ли этот город Иерусалимом, Саленом, Троей или как-то иначе.
Если вспомнить историю Трои, то большая вероятность того, что Иерусалим, если это был с Троей один и тот же город, все же был домом богини – в контексте христианства Девы Марии. В пользу этого говорит одна интересная деталь: фактически сразу после взятия Иерусалима крестоносцами, с 1101 г., Иерусалимом, фактически, правили королевы. При этом они имели по несколько браков для сохранения и укрепления власти. Первой была Мелисенда, второй – королева с весьма примечательным именем Сибилла – стоит вспомнить сибилл, древних пророчиц.
Власть в европейских странах в позднем Средневековье передавалась преимущественно по мужской линии, и тот факт, что конкретно в Иерусалиме было иначе, указывает на то, что в Иерусалиме, вероятно, передача власти по женской линии происходила в соблюдение более древних традиций. В Испании, и это сохранилось в мифологии и басков, и галлов, центральную роль играла именно богиня. Однако же Иерусалимский храм должен был быть все же храмом Христа, поскольку именно в нем должен был находиться священный артефакт, имеющий, опять же, множество названий – ковчега Завета, вероятно, Палладиума, Грааля. Поэтому возможно, что речь идет об одном и том же храме.
И в этом контексте Крестовые походы на Иерусалим могут иметь еще одну, скрытую, мотивацию – Римская церковь могла просто уничтожать «конкурента». То же самое она сделала позже, разрушив еще один оплот христианства – Византию.
До какого момента Иерусалим находился и описывался в Европе? Считается, что в 1191 г. он вновь попал под власть мусульман, а в 1192 г. был заключен позорный мир Ричарда Львиное Сердце с Саладином о проходе паломников в Иерусалим. И, как бы, эта дата уже достаточно надежно определяет, что как минимум с этого момента второй Иерусалим существовал, точнее, был создан на месте арабской крепости Эль-Кудс. Что ж, возможно, но в отношении дальнейших событий можно обнаружить странное совпадение дат.
В 1209 г. был начат один их самых позорных походов крестоносцев, Альбигойский, направленный на этническое уничтожение жителей юга Франции, тех самых мест, которые мы относим и к Руссильону, и к Иудее, и к Иерусалиму, и к Трое. Закончился он 12 апреля 1229 г. подписанием мирного договора, т. е. фактическим выигрышем Церкви, и – потрясающее совпадение! – в том же году нам сообщается о взятии Иерусалима крестоносцами. Можно было бы посчитать это лишь совпадением… но даты повторяются и далее: последний оплот катаров, Монсегюр, пал 16 марта 1244 г., и в том же 1244 г., хотя считается в августе, пал и ближневосточный Иерусалим – от остатков войск туркменского завоевателя Джелал-Ад-Дина, и был уже безнадежно утерян для христиан.
Удивительно, не правда ли? Даты основных событий Альбигойского крестового похода совпадают с датами, связанными с Иерусалимом.
Понятно, что это совпадение дат подтверждает версию Отто Рана об идентичности Монсегюра и Иерусалима и говорит о том, что одной из основных целей Альбигойского крестового похода было именно взятие, а скорее, даже уничтожение Иерусалима и всей близлежащей территории. Одновременно создавался миф о существовании Иерусалима на Ближнем Востоке. В огромной степени этому способствовало распространение там мусульманства, которое послужило связующим и переходным звеном, поскольку мусульмане располагались на двух противоположных сторонах Средиземного моря: на западной – в Испании, и на восточной – на Ближнем Востоке. Так и появились восточные Левант, Палестина, Израиль и остальные, почти зеркально отображенные относительно Средиземного моря, страны. Конечно же, сыграли роль и климатические условия ближневосточного Леванта – в силу того, что фактически речь идет о пустынях и полупустынях, в этом регионе не было густой заселенности, а потому создание новой «истории» не составляло большого труда.
Именно в период борьбы с катарами в 1231 г. Папа Римский, Григорий IX, запретил мирянам читать Библию. Под мирянами понимаются, конечно же, не крестьяне, которые были безграмотны, а знать. И зачем же знати запрещать читать священную книгу? Чтобы ереси в ней не нахватались? Увольте, Библия, по утверждению Церкви, является божественной книгой, а потому ересей в ней быть не может, да и у еретиков, тех же катаров, к примеру, были свои собственные священные тексты. Так зачем? Здесь следует вспомнить, что Библия – в первую очередь все же книга историческая, и, думается, что именно здесь кроется ответ на этот вопрос: видимо, в те времена общие знания европейцев позволяли им идентифицировать себя и свои земли с библейскими.
Поэтому Церкви необходимо было стереть даже память о том, что на самом деле основные библейские события происходили в Европе, и первым источником, напоминающим об этом, была, разумеется, Библия.
Практически одновременно, в 1202–1204 гг., были уничтожены и письменные источники, и артефакты, имеющиеся в Византии, и, начиная с 1209 г., на юге Франции, в Пиренеях. Позже, во времена Ренессанса и прочих Великих эпох XV в., не только уничтожались остатки информации и ее носители – жители указанных областей, но создавалась новая история, новые парадигмы.
Но вернемся к расположению Иерусалима. Несмотря на то, что Церковь в течение столетий проводила акцию по уничтожению памяти, а, соответственно, уничтожались и изменялись не только письменные источники, включая карты, менялись и реальные географические названия. В этих условиях назвать точное местоположение мы не сможем, но вот определить область, где он находился, все же попробуем.
Итак, мы полагаем, что Иерусалим располагался в юго-восточной части Пиренеев по следующим причинам:
1. По многим источникам, Иерусалим с одной стороны находился в горной местности, с другой – был неподалеку от моря.
2. Чуть выше этой области находится город Канны, отождествляемый с Канной Галилейской. Там же расположен и Сен-Назер – городов с таким названием множество, но, учитывая его местоположение, по существу, неважно, когда именно он так назван. В указанной области находится Пик Дель Приора, Пик де’Салинес, а у испанцев, напомним, Иерусалим звучит с «Н» на конце.
3. Эта область соприкасается или совпадает с европейской Троадой. И это неслучайно – мы полагаем, что речь на самом деле идет об одном и том же как минимум артефакте, Святом Граале, и как максимум – городе-святилище.
4. В Средние века эта была область распространения катаризма. А он, в свою очередь, был связан с легендами о Граале, символе Иерусалима. Крепость Монсегюр, указанная на современных картах, совершенно не соответствует ни описанию найденного Отто Раном замка, ни описанию Иерусалима, последний должен находиться южнее, в самих Пиренеях.
Именно эта область являлась целью и Крестовых походов, и действий инквизиции, и это немаловажная информация.
Тамплиеры
Этот орден сложно обойти, когда речь идет о местоположении и истории Иерусалима. Орден был создан неформально в 1118 г. после Первого крестового похода, официально он был утвержден в 1128 г. на соборе в Труа.
И вот ведь что удивительно – жители Лангедока-Руссильона, Испании и Португалии сразу стали дарить рыцарям земли, замки, оружие. Исследователей это ставит в тупик: может быть, это объясняется популярностью ордена? Но орден был еще слишком молод для этого.
В 1133 г. испанский король Альфонсо I,[159] умирая, завещал свои земли орденам тамплиеров и госпитальеров. Совершенно необъяснимый поступок, если верить существующей официальной истории Иерусалима. Этому факту предлагаются иные объяснения: мол, король понимал, что такое завещание не пройдет, но для того, чтобы привлечь тамплиеров на свою сторону в борьбе с сарацинами, он сделал такой жест доброй воли – несбыточное обещание. Плохое объяснение, но других-то, собственно, не предлагается.
Но неужели европейские благодетели храмовников не знали об их основной задаче? А что было основной задачей тамплиеров? Защита подступов к храму Соломона и самого храма. В Иерусалиме, разумеется. Но тогда, зачем им испанские земли, и что они сами делали в Испании и Руссильоне, если они, согласно данной ими клятве, должны были защищать дороги, ведущие в Иерусалим? Они что, дезертировали? Или Альфонсо не знал об их основном предназначении?
