ступает тип лет тридцати в шёлковом домашнем халате:
— Господин Ржевский, пожалуйста, задержитесь на секунду!
— Шесть с половиной, — мгновенно реагирует Наджиб речью Залива. — На половину очка ниже меня-нынешней рангом.
Понятно. Тоже специалист по чужим мыслям и скорее всего — хозяин пленного.
Интересно, кто его навёл? Кто доложил о происходящем?
Амулет, о котором толковала Мадина, и сработать ещё не должен был успеть, и среагировали бы на него иначе — не появлением в халате странного хлыща, явно пившего поутру кофе в кресле.
Егорычева. Вот же… нехорошая. Оглядевшись по сторонам, вижу по ней — её рук дело.
Зря стерву пожалел, подумав, что слабый пол. А с другой стороны, валить бабу? Ещё и школьницу?
М-да уж, хороших решений не было, пожалуй.
Настроение слегка поднимается оттого, что удержался от сквернословия: значит, курсом самоулучшения следую успешно.
— Дим, этот извращенец — племянник вашего императора, — спокойно продолжает менталистка. — Это о его рейдерской компании я упоминала, они мои единственные коллеги в вашем городе.
— Помню. Понял. Спасибо.
Ух ты. Так вот кто на мой участок нацелился.
Языка Залива тип не понимает, видно по нему.
К своей просьбе задержаться он попытался добавить ментальное принуждение, которое на мне предсказуемо не сработало — вот и стоит озадаченный, видимо, бросая каст за кастом.
Которые не проходят.
— А почему он извращенец? — спрашиваю по-японски.
Наджиб, как окзалось, за ночь этот язык тоже понимать начала, плюс-минус. Грамматические формы специально употребляю попроще, как и лексику.
Шу обозначает свой интерес, демонстрируя, что слушает.
— Шёлк же, — брови подопечной возмущённо ползут вверх. — У нас есть две вещи, разрешённые женщинам, но запрещённые мужчинам: одежда из чистого шёлка и украшения из золота.
— Ну, он не у вас, а тут. — Японского тип тоже не понимает, я специально проверил.
Прочесть из нас троих может только Норимацу, но на неё он как раз и внимания не обращает: напряжённо переводит взгляд с меня на Наджиб, даже губу закусил.
— Не могу я задержаться, — вежливо перехожу на русский, обходя владельца шёлкового халата по дуге в сторону выхода с территории. — Дело срочное.
Живую поклажу добросовестно тащу на плече.
— Я бы очень вас попросил! — лицо племянника императора затвердевает.
— Сколько угодно, — разрешаю. — Просить — это сколько угодно.
И топаю дальше. Свою линию в переговорах можно гнуть разными способами.
— Стоп. Вы знаете, с кем сейчас разговариваете?! — он догоняет меня, старательно семеня по каменной мостовой тапочками без задников. — Вы…
— Так, подержи. — Передаю Мадине тело, сбрасывая его с плеча и перебивая самоуверенного типа.
Менталистка может усилиться через этот свой буст и в состоянии держать такой вес хоть на вытянутых руках, она сильная.
А я пока на шёлкового вручную наеду, оно порой результату только способствует. Особенно если стороны переговоров не планируют переходить к протоколу согласований.
— Ё*нулся? — неподдельно удивляется подопечная почему-то по-русски, делая быстрый шаг назад.
При этом и не думает принимать у меня груз — руки прячет за спину.
Чёрт. Выходит несколько неловко.
Пленный со всего размаху падает на камни, прикладываясь в том числе головой.
— Ладно, — закусываю нижнюю губу, озадаченно глядя под ноги. — Бывает.
А что здесь ещё сказать. Ничего подобающего в голову не приходит: одноклассники, видимо, признали типа в халате и толпой ломанулись следом.
Стоят вон рядом, внимательно ловят каждое слово.
— Господин Рже… — договорить у хлыща не выходит.
Делаю шаг вплотную, одну ладонь бросаю ему на подбородок и захлопываю чужой рот:
— Помолчите.
Второй рукой, прихватив за пояс халата, перебрасываю уже его через плечо:
— Если вы хотите переговоров, то поедете со мной. Безопасность и неприкосновенность гарантирую, Слово Ржевского.
Толпа учеников начинает гудеть десятком шёпотов, как растревоженный пчелиной улей. Суть можно передать короткой фразой:
— Ржевский, что ты творишь?!
Видимо, только мой Род не испытывает пиетета перед любыми чинами.
— Напор и манёвр, — отмахиваюсь от одноклассников, после чего опять меняю язык. — Мадина, можешь пока понести своего коллегу? Ты сильная, я знаю, а у меня руки заняты.
— ЖЕНСКИЙ ХОР ТЕБЯ ЗАЖДАЛСЯ! — Она с мрачным видом направляется ко мне, и не думая подымать второе тело с земли. — А НУ ИДИ СЮДА, Я ТЕБЕ КОЕ-ЧТО ПОПУЛЯРНО РАСТОЛКУЮ!
— Эй, стоп! — вскидываю руки в защитном жесте.
С неё станется.
Второй менталист тарахтит головой о камни.
— Чёрт, напугала. — Отскакиваю на всякий случай ещё на один шаг и повторно смотрю под ноги.
Снова озадаченно.
— Ладно, на разных плечах их понесу, — нахожу единственно возможное решение. — Только не нервничай! — прошу подопечную, потому что выражения её глаз реально опасаюсь.
Шу с нечитаемым лицом хлопает несколько раз в ладоши:
— Ржевский-сан, вы меня второй день восхищаете.
— Чем же? — интересуюсь, с кряхтением возгромождая на себя оба тела.
Так, на плечи их, допустим, положил. Но тапочки слетели и сейчас сиротливо лежат без хозяина.
Плюнуть и бросить? Или?..
— Мадина, а хоть тапки его можешь взять?! — шестое чувство вовремя подсказывает бросить после просьбы взгляд на Наджиб. — ПОНЯЛ! НЕ НАДО! ПУСТЬ ЛЕЖАТ!
Ничего не понимаю.
Чего она так взъелась? Можно подумать, я её прошу меня прямо тут обслужить, как профессионалки Норимацу.
Владелец шёлкового халата, в отличие от коллеги-подчинённого, слабо шевелится, пытаясь протестовать. Из его рассечённой головы мне на ногу падает капелька крови.
Ладно. Дома извинюсь и поясню, что не специально. А одежде моей уже всё равно хуже не будет — одни обгорелые лохмотья после боя.
Чёрт, одни убытки второй день, хоть бы груз порталом поскорее пошёл.
Интерлюдия
За некоторое время до этого. Разговор двух неустановленных абонентов. Содержание беседы защищено от прослушивания специальным протоколом магосети Дома Воронцовых.
— Вы на связи?!
— Да, Ваше Сиятельство. Внимательно вас слушаю.
— Всё пропало! Клиент уезжает!
— Можете пояснить спокойно?
— Мой человек в Первом Императорском сейчас мониторит картинку! Информацию пересылает мне!
— СТОП. Ваше Сиятельство, немедленно успокойтесь! Я гораздо быстрее уясню, что происходит, если вы прекратите истерику!
— Ржевский неизвестно за что ударил вашего специалиста. Тот потерял сознание. Ржевский взял его на плечо и сейчас тащит на выход!
— ЧТО-О-О?!
— Да! Я понятия не имею, что делать!
— Ваше Сиятельство, боюсь, мы вынуждены будем разорвать контракт. — Собеседник торопливо отставляет кофе на блюдце и принимается лихорадочно перебирать портальные свитки на письменном столе кабинета. — Где же он был… был же у меня и в Первый Лицей… Идиот! Это я не вам. Я же могу на маяк навестись, если он, как вы говорите, на плече у Ржевского.
— Вы ку…
Разговор прерывается из-за исчезновения одного из собеседников.
Шу Норимацу, клан Ивасаки, группа Мицубиси.
Что какой-то результат их с партнёром обязательно ждёт, она окончательно
