Но когда они вылезли наружу, их глазам предстало страшное зрелище. Вероятно, от случайно оброненной искры сухая, как трут, трава вспыхнула, и огонь метнулся по ней, выжигая зловещие черные пятна.
— Пожар! Бежим скорее! — не своим голосом закричал Эрик и бросился прочь, тогда как Дункан сорвал с себя рубашку и принялся хлопать по земле. Воды не было, но он слышал, что это тоже довольно действенный способ.
Эрик бежал что есть мочи, бежал за помощью. Он много раз слышал, что причиной опустошительных лесных пожаров чаще всего бывает не молния, а спички в руках беспечного или глупого человека.
Мальчик помнил слова отца: ель высотой пятьдесят футов растет не одну сотню лет. За это время на ранчо сменится несколько поколений людей. Однако огонь может смести с лица земли десятки таких деревьев буквально в течение часа.
Эрику повезло: на окраине луга он встретил Джозефа Иверса, да еще верхом на лошади.
— Дедушка! Лес горит! — издали закричал мальчик и только тогда сообразил, что Дункана нет рядом.
— Где?! — Иверс подхватил внука в седло.
— Я покажу. Вон там!
Не было времени созывать людей; Джозеф решил, что в случае чего отправит Эрика за помощью на лошади. Мальчишки ездили верхом с малолетства, выучившись этому искусству гораздо раньше, чем в свое время — их отцы.
Поляна была совершенно черной, и таким же черным было лицо Дункана. Однако он почти справился с огнем. От его рубашки остались одни обгорелые лохмотья, а на руках кое-где багровели ожоги.
Спрыгнув с коня, Джозеф затушил остатки пожара, а потом повернулся к мальчику.
— Ты чуть не спалил лес, щенок!
Ответом был не испуганный, а твердый взгляд темных глаз. Мальчишка сжал челюсти и даже не вздрогнул.
Внезапно Иверс окончательно понял, что выращивает на ранчо волчонка, который со временем возненавидит его пуще всех и сделает все, чтобы загрызть. Никто толком не знал, признает ли он в Дункане своего сына, но сейчас Джозеф разглядел нечто другое: этот мальчишка никогда не видел и не увидит в нем отца. Иверс зашел в тупик в отношениях с Эвиан, но то, что ждало его с этим парнишкой, было еще хуже.
Когда и как он превратился в размазню? Отчего устыдился признать, что его жена, жена Железного Джо, родила ребенка от другого мужчины, и не вышвырнул его на улицу? Прежде он всегда жил и действовал, как хотел, пусть даже это задевало интересы других людей.
Он схватил Дункана за шиворот, а тот пинался, извивался и кусался, совсем как его мать, когда она впервые очутилась в «Райской стране». Мальчику удалось вырваться, и, будучи вне себя от злобы, Джозеф Иверс бросился за ним.
Он не знал, чего хочет. Наказать Дункана или, может быть… убить?
Он совсем забыл о присутствии Эрика, который смотрел на все это, замерев от испуга. Мальчик чувствовал, что происходит или может произойти что-то непонятное, неожиданное и ужасное, и решил, что надо позвать других взрослых.
Прибежав домой, он страшно обрадовался, увидев отца. Отец (как, впрочем, и мама) обладал потрясающим умением решать все проблемы. Выслушав сбивчивые объяснения Эрика, Арни потемнел лицом. Обычно он был спокоен, что бы ни случилось, но сейчас его губы задергались, а в глазах отразилась тревога.
Велев сыну оставаться на месте, он бросился в лес. Арни знал это место — и лощину, и каменистый кряж. Видел он и пещеру. Он так хорошо изучил все вокруг, что многое мог найти, наверное, с закрытыми глазами.
Позднее Арни не мог вспомнить, что заставило его в последнюю секунду метнуться в дом и взять винтовку.
Он бежал так быстро, как только мог, задыхаясь от волнения и нестерпимого зноя.
— Отпустите Дункана! — закричал он, увидев, как руки Джозефа вцепились в тонкую шею мальчишки. — Вы же его задушите!
Иверс повернулся. Его лицо было искажено злобой, тогда как ребенок уже не мог сопротивляться и только хрипел.
— Что тебе здесь надо?
— Опомнитесь!
Арни бросился к нему, и Иверс выхватил револьвер.
— Иди к Надин, к ее юбкам, на пастбище, к скотине! Не вмешивайся, иначе я всажу в тебя пулю!
Арни отшатнулся.
Когда-то Зана решила, что Джозеф Иверс достоин стать хозяином этих владений. Он был начисто лишен воображения, действовал прямолинейно и жестоко, а если ставил перед собой цель, то упорно стремился ее достичь.
«Тот, кто хочет выжить, должен учиться жестокосердию», — Арни не раз слышал эти слова, и он знал, что мир устроен именно так. Но сам он всегда стремился поступать иначе.
Теперь он увидел, что Джозеф Иверс презирал его все это время. Да, он ценил его, как ценят хорошую рабочую лошадь, ценят, тем не менее, понимая, что она никогда не станет горячим скакуном.
Арни не мог ничего забыть, он жил с пятном в душе и знал, что ему некого в этом винить, кроме себя. И все-таки вместе с желанием спасти Дункана в нем вспыхнуло нечто другое — жажда мести.
— Отпусти ребенка!
— Я сказал убирайся!
Арни вскинул некогда принадлежавшую Зане винтовку и выстрелил. По кронам пронесся ветер. С высоких веток вспорхнули птицы. Испуганно отпрянула и заржала лошадь. Мир на мгновение застыл, а потом будто рассыпался на сотни осколков.
На выжженную траву упали два тела. Джозеф Иверс был мертв, а Дункан не мог ни дышать, ни плакать. Внезапно Арни почувствовал, что и сам задыхается, потому что забыл вздохнуть. Плечо онемело от отдачи, а палец все еще чувствовал натяжение спускового крючка.
Отшвырнув винтовку, он бросился к ребенку, и тот ухватился за него, как падающий в пропасть хватается за единственную опору.
— Идем. Идем! — прошептал Арии. — Не оглядывайся. Ни о чем не думай!
Он не помнил, как добрался до усадьбы. Он очнулся, лишь увидев стоявшую возле ограды Эвиан.
Она приложила руку ко лбу и словно чего-то ждала. Горячий ветер развевал подол ее простого ситцевого платья и теребил пряди волос, выбившиеся из гладкой прически. Арни видел высокий чистый лоб, густые, но строгие и ровные брови, удивительно четкую линию губ, темные глаза, в глубине которых, несмотря на все испытания, всегда жили надежда и упорство. Он мысленно возблагодарил Господа за то, что это была именно она, а не Надин.
Между тем Эвиан приблизилась к сыну, который все еще не пришел в себя и испуганно жался к Арни. Женщина заглянула в распахнутые от ужаса глаза ребенка, увидела зловещие следы на его шее, ожоги на руках и перевела взгляд на Арни.
— Послушай! — ему казалось, что он кричит, но на самом деле его голос сбился на шепот. — Произошло нечто ужасное. Я… я убил его! Из винтовки Заны! Предсказание сбылось. Где… Надин?!
— Она в прачечной с Энни и Хейди. Эрика я отправила в дом.
