нырнуть на дно фонтана, чтобы ответственно «перебинтовать» раненую материю.
Конкретно в этом бесчинстве даже тварей изнанки обвинить было нельзя. Думал ли магистр, что когда-нибудь устроит разрыв собственноручно?
– Подождите… Вика.
Я смыла с ладони кровь, обтерла кожу о юбку. Обнаружила с удивлением, что рана, саднившая и коловшая меня сотней лезвий, сама собой затянулась. Она тоже оказалась «изнаночной». Боль еще ощущалась, но теперь, выходит, была фантомной.
Перепуганный водитель вояжера предусмотрительно уехал. По тихим улочкам расстилалась темнота. Вечер в Либтоуне пах совсем не так, как в Анжаре: дым и смог вместо глубокого цветочного букета. Сил пускаться в обратный путь не было никаких.
– Здесь рядом есть гостиницы?
Я знала, что есть. Однажды Кристиан снял роскошный номер в «Полночи Либтоуна». Написал мне письмо, в котором велел прогулять дежурство и приехать к нему что-то праздновать.
Я тогда была «послушной лисичкой». Вейрон умудрялся подавлять во мне любые сомнения, как и лишние желания, и глупые мысли. Это был первый и последний прогул дежурства в жизни Алиссы Лонгвуд.
– Представьте себе, как будет выглядеть, если я приведу юную девушку в такой час… И с нас капает.
Райс перешагнул через каменный бортик и подал мне мокрую руку. «Капает» еще слабо сказано.
– Попросимся на ночлег в Либтоунскую академию?
– Нет ни малейшего желания туда возвращаться, – Райс брезгливо передернул плечами, стряхивая с плаща воду. Дико и яростно, как мокрый черный волк, застигнутый ливнем врасплох. – Их «защитные экраны» не стоят и гхаррова копыта…
Он огляделся и, выбрав направление, уверенно пошел вперед. Я устало поплелась следом, на ходу выжимая розовую ткань.
– Вы когда-нибудь летали ночью… Вика?
Только сейчас заметила, что мы приближаемся к воздушной гавани. Если в Тарлине это не самое приятное, шумное и многолюдное место располагалось на окраине, то в Либтоуне занимало самый центр города. Маги-дельцы, спешившие на встречи, берегли каждую минуту.
– Вы хотите полететь сейчас? Но куда? – я послушно забралась на приставную ступеньку, соединявшую трап и воздушную «набережную».
– Туда, куда не ходят вояжеры и куда можно добраться только небесным судном, – Райс закружил в ладонях золотистый вихрь и осторожно обернул им меня. – Кому, как не королевскому мастеру проклятий, знать тайны специального отдела дворцовой библиотеки…
Золотой «кокон», что прозрачной шалью оплел мои плечи, защищал от воздействия темного топлива. На мой взгляд, это было несколько… кхм… излишней предосторожностью после прогулки по изнанке. Видит Варх, с мраком у нас теперь отношения теснее некуда.
Пару минут спустя полупустое судно накренилось, и тросы, сдерживавшие подъемные чары, отщелкнулись. С гулким свистом корабль взмыл вверх, вжимая пассажиров в неудобные лавки. Райс выбрал место у поручня на верхней палубе, и я не посмела ему возразить.
– А теперь рассказывайте.
Райс откинулся на деревянную спинку и принялся лениво выуживать порцию бытовых плетений. Они у магистра выходили изрядно корявыми и не спешили сушить нашу одежду. До чего «приспособленный» к холостяцкой жизни мужчина!
– Мм?
– У вас кровь на платье. Лицо белое, – скупо пояснил магистр. – И вид такой, словно довелось увидеть двадцать призраков разом.
А я-то думала, я хорошо справляюсь с запоздалой истерикой… Звездносвод был сегодня отменно черен, что наполняло воспоминаниями о покинутой изнанке.
– Мне хватило увидеть вас, – пробубнила, вставая с лавки. Отвернулась к темной ночи и крепко ухватилась за перила.
Рядом с моей рукой тут же легла чужая, готовая вырвать этот поручень с корнями.
– Я вас так пугаю?
– Когда лежите мертвый на алтаре – особенно, – сердито раздула ноздри и повернулась к магистру. – Вы что, совсем ни гхарра не помните? Ни тварей, ни щупалец, ни храма с «подношением»?
Он молча тряхнул головой и ухватил поручень с другой стороны. Может, напугать планировал. Еще бы: мрачный носатый маг сверлит тебя черным взглядом, заливает изнаночной бездной! Но мне, ей Варху, так полет на верхней палубе показался даже более безопасным.
– Может, и слава богам, что не помните, – покивала задумчиво. – Сир… Кейр… а «услуга и обещание» это очень много?
– Что вы натворили, Вика?
Его трескучий тон пробрал до мурашек, и я судорожно набрала воздуха.
– Я сделала ставку. Но не знаю, большую или маленькую.
– Пошли на сделку с Мраком? – голос затрещал сильнее, как поленья в жарком камине. Но от него веяло холодом.
– Не знаю, с кем. Оно не представилось.
– Вы спятили?
«После такого? Да вполне возможно!»
– Я в некотором роде… выкупила вашу темную душу, сир Райс. Уверена, она не такая и черная, как они шептались, – поправилась спешно, сбегая от взгляда-лезвия. – И не факт, что она теперь насовсем моя. Мне никаких документов не выдавали и…
«И в коробку с ленточкой не упаковывали». Разрешили забрать в комплекте с телом – и то слава Имире. Могли ведь и в пузырек какой-нибудь засунуть?
Сейчас, когда прогулка по изнанке осталась лишь в воспоминаниях, вложение казалось мне очень даже выгодным.
– Что вы отдали взамен? – сжатые добела кулаки проехались по поручню, зажимая меня с двух сторон.
– Ничего ценного… сущие мелочи…
Вид у Райса был такой, словно он бы предпочел быть сброшенным с воздушного судна прямо в Эшерское море, над которым мы пролетали. С охотой отправился бы кормить акул и гигантских каракатиц. А не выслушивать мои неловкие оправдания, что для меня его мрачная жизнь и беспокойная душа что-то значат.
– Ви-и-ика! – голос громыхнул одновременно с тряской.
Это не судно попало в энергетический вихрь, и не темное топливо взорвалось… Это Райс решил вытрясти из меня остатки разума.
– Слушайте, вы там лежали, будто мертвый, ясно?! – рявкнула ему в лицо. – Весь в черных жилах и лентах. И те, с щупальцами, шептались про грехи рода, про двенадцать жизней…
– Что? Вы? Отдали?
Он смотрел ровно туда, где под юбкой нервно въедались в кожу хавранские кружева, прося пощады.
– Ничего такого не отдавала! – отлепила поясницу от поручня, когда меня внезапно стиснули две клешни. И ладно бы до нас допрыгнула каракатица… но нет. – Прядь волос, несколько капель крови… какую-то услугу… мелочи, какие есть только у живых.
– Мелочи?!
– И не нужно на меня рычать. Я не эта ваша… изнаночная нечисть…
– Я бы вас с радостью отправил обратно в болото!
– А вы засуньте меня в разрыв материи? – предложила с вызовом. – Того и гляди у меня появится любимый маршрут для романтических прогулок по изнанке!
– Они не предполагались романтическими…
– И слава гхаррам! – фыркнула в вархов нос, усердно сопевший. Я тоже пыхтела ему в унисон. Может, даже погромче.
– Чего вы так сопите? – не удержался Райс.
– Жалею, что раз и навсегда от вас не отвязалась. Остались бы жить
