руководить.
— Осторожно подбираем все свитки и собираемся на поляне.
— А как же магический прорыв? — Ивис перевел глаза на лишенную иллюзии и опустошенную территорию, на которой теперь до горизонта виднелась уже привычная пожухлая трава и ни одного деревца. — Мы так его и оставим?
— Ты сын мага, с просыпающимся даром! Или забыл? — Айлон перешел на шепот. — Выбирай обувь по размеру, а магию по силе! Не бойся, я вызвал несколько магов на подмогу. Справятся они с прорывом без тебя.
И развернулся к нам спиной. «Он все понял. Он знает! Он знает!» — стучало у меня в голове, пока я с невозмутимым выражением лица подбирала обрывки бумаги.
Выбора не было. Хоть и не хотелось, нужно было идти на поляну, о которой говорил Айлон. Я и так для простой девицы веду себя слишком раскованно. И я, оставив Ивиса наедине с его мыслями, двинулась следом за своими соперницами, стягивающимися к небольшой просеке.
На небо выкатилась Феотрания, заливая лес своим потусторонним светло-фиолетовым свечением. Непривычный глазу оттенок выделял большой круг, очищенный от травы. В его центре возвышалась стопка бумаг.
Вокруг стопки на равном отдалении друг от друга прямо на траве устроились участницы отбора. Я неслышно подошла ближе теплой компании и, увидев Хенну, устроилась между ней и Бесталл. Хенна приободряюще улыбнулась. Бесталл, наоборот, сделала вид, что первый раз меня видит.
— Итак, теперь все в сборе! — тень Айлона скользнула перед моими глазами. — Приступим!
Айлон зашел в центр полукруга, к сложенным в небрежную стопку свиткам. Он подхватил самый верхний и поднес его к глазам.
— Текст написан на незнакомом вам диалекте. Раззадорьте свой дар, пусть он откроется вам во всю свою силу! — тон Айлона все меньше напоминал тон главы службы безопасности и все больше походил на призывы коуча. — И когда это случится, вы сможете понять смысл написанного.
На поляне воцарилась тишина. Нарушал ее лишь шорох бумаги, раздаваемой Айлоном каждой участнице отбора.
Я развернула доставшийся мне смятый свиток. Черные чернила на желтоватом фоне размашисто распростерлись на всю строку. Отдельные черные линии обрывались, образуя на своих кончиках завитки.
Я перебегала глазами от строчки к строчке, от завитка к завитку. С таким же успехом можно был разглядывать корейское письмо или арабскую вязь: смысл запечатленного послания оставался скрытым, сколько бы усилий понять его я ни прикладывала. Но сдаваться я не собиралась и продолжала впиваться глазами в текст.
— Все получили свой свиток? — Айлон снова остановил взгляд на моем лице, и вместо тревоги меня затопила злость.
— Первые три участницы, правильно выполнившие перевод, зачисляются в группу разведчиц.
Черные линии, сколько бы я их ни гипнотизировала взглядом, понятнее не становились.
Вздохнув, я склонилась над развернутым манускриптом. Демонстрировать свое фиаско оказалось стыдно и неловко.
— Толье Айлон инт Вентори, я прочитала! — вскочила хрупкая фигурка в отдалении.
— И я! — мелькнула ярко-сиреневая голова Хрисанны. До чего же странный спутник на небе. Луна никогда бы не смогла отражать такой фиолетовый цвет. Мои размышления прервала возня в толпе.
— И я все перевела! — плотненькая девица шустро вскочила следом за худышками.
Кандидатов в разведчицы оказалось неожиданно много. Небольшая группка в серых костюмах, подкрашенных Феотранией, столпилась вокруг Айлона.
«Не быть мне разведчицей», — вздохнула я. Впрочем, оно и к лучшему. Буду соревноваться в конкурсе для лучниц. Зря, что ли, Массиус меня научил стрелять?
— Не верю, что можно самим в один миг перевести всю эту абракадабру! — Хенна резко отшвырнула от себя свиток. Мой взгляд зацепился не на легкую бумагу, спланировавшую прямо в небольшую лужу, а на непривычно загрубевшую кожу рук соседки по комнате. И как вчера ничего не заметила?
«Наверное, из сельской местности, — проявила я дедуктивные способности. — Огород, домашний скот и прочие заботы портят внешний вид, и не только рук».
Громкий голос главы службы безопасности прервал мои наблюдения.
— Лучшими переводчиками становятся, — Айлон сделал паузу, — Хрисанна, Ангелика, Зиленда. — Для вас отбор закончился, вы зачислены на отделение разведывательной деятельности. Всех остальных ждут дальнейшие испытания.
И, повернувшись спиной поляне, направился вглубь леса.
— И это все? Весь отбор? — от удивления, как быстро прошло испытание, у меня похолодело в груди. — Стрелять тоже так будем?
— Угу, — невесело подтвердила Хенна. — Без права на ошибку.
Нервозность Хенны передалась и мне. Сердце само пустилось в суетливую пляску. Одновременно хотелось и сидеть, и ходить. И воздухом дышать. И не дышать. Да что же это такое со мной?
Глава 28. О навязчивом преследователе и хорошем маникюре
Сиреневый свет, льющийся с неба, становится жиже. Словно кто-то невидимый неторопливо перекрывает небесный кран. Последние лучи падают на траву и растворяются во мраке надвигающейся ночи.
Воздух пахнет одновременно сыростью и пылью. Как такое может быть? Я медленно встаю из полукруга девиц, в полуобморочном состоянии продолжающих высматривать смысл посланий на бумаге.
«Вот что бывает, когда нет ЕГЭ и прочих нервотрепок», — злорадствую я, еще раз пробегая взглядом по головам своих соперниц. И тут же гашу в себе это чувство. Нет моей заслуги в том, что я родилась на Земле, ходила в школу, сдавала экзамены. Успешно и не очень. Вот ни малейшей моей заслуги в этом нет. Так же и эти девицы не виноваты, что оказались в этом мире, где не принято девочек учить и испытывать их нервную систему экзаменами.
С мыслью, что им сейчас тяжелее, чем мне, и надо бы утешить хотя бы соседок по комнате, направляюсь к другой группе девчат. Тоже проигравшей и быстро сдавшейся. Но дойти до цели не успеваю. Ночной запах леса перешибает странную смесь ароматов, летающих в воздухе, и, не отдавая себе отчета, я делаю несколько шагов вглубь леса. А потом еще и еще.
Опомнилась я от грубого толчка в спину.
— Что ты задумала? — зашипел в ухо знакомый мне голос. Едва его услышав, я сорвалась с места, но далеко не убежала. Ноги превратились в ватные, и я безмолвно рухнула прямо на торчащий из почвы корень.
Прежде чем мысль «Что со мной?» успела метеоритом пронестись в голове, я уже знала ответ. Магия. Айлон инт Вентори опять применил магию. Поэтому я ушла в лес. Поэтому не могу закричать и убежать.
— В какую игру ты играешь? — ярость Айлона выглядела настоящей. И я решила не скрывать свой страх. Пусть видит, что напугал девицу до полусмерти. Может, совесть взыграет и отпустит?
Совесть у Айлона не взыграла. Наивно было на это рассчитывать. Вцепившись взглядом в мое лицо, он еще раз тряханул меня.
