Компьютер, пребывавший в stand by, вновь высветил страницу, посвященную Майе. Меган еще раз внимательно рассмотрела текст под фотографией дочери. Подписи не было. Впрочем, лишь немногие оставляли на этом сайте свои имена. Для многих это было слишком рискованно. Снова взглянула на фото.
Сердце ее едва не остановилось.
Пока она рассматривала страницу, кто-то, из глубин космоса, набирал еще одну надпись для Майи. Слово за словом появлялись на экране в реальном времени, прямо на глазах Меган:
«Наконец-то... ты... будешь... с... папой!»
Меган схватила телефон, руки у нее дрожали, глаза застилали слезы, отчего она почти не видела кнопок на трубке. С трудом набрала номер.
— Джимпо!!! — закричала она в трубку. — Скажи мне сейчас же, что я должна сделать, чтобы стереть это проклятое письмо?
— Док, что-то случилось?!
— СЕЙЧАС ЖЕ!
Хакер поспешно продиктовал ей последовательность действий. Не спрашивая никаких объяснений. Сам тон Меган был таков, что он понял: сейчас ее лучше ни о чем не спрашивать.
Мать очистила почтовый ящик дочери.
Майя не должна была получить доступ к этому ужасному некрологу.
Меган откинулась на спинку кресла и зарыдала.
ГЛАВА 43
31 октября
Пятница
4:00
Сколько Майя ни пыталась, заснуть никак не удавалось. Попробовала следовать испытанному ритуалу: одеяло на голову, руки на живот, под бок старого плюшевого медвежонка, без которого не засыпала. Но этой ночью даже старина Бабалу не помогал.
Она продолжала крутиться в простынях, терзаемая желанием разобраться в куче событий, свалившихся на нее. Она не могла влезть в голову Трента, чтобы расшифровать его поведение. Единственное, что она могла сделать, — заставить себя перестать думать о нем. И она переключилась на загадки, оставленные ей в наследство отцом.
Майя встала с кровати и под бешеный стук клавиш компьютера в комнате Меган прокралась в родительскую спальню. Взяла карту звездного неба с нанесенными на нее непонятными записями отца и тихо вернулась в свою комнату.
Зажгла фонарик и в его свете принялась изучать карту.
Занятие непосильное, ибо в астрономии она мало что соображала. Вдруг ее осенило: Google!!! Может, с его помощью будет легче разобраться. Она включила компьютер, вошла в поисковик и набрала «Пополь-Вух», странное имя, написанное на карте Дэвидом. И тотчас на экране появился длиннющий список самых невероятных ссылок. Упоминалась даже некая крутая музыкальная группа.
Майя потратила массу времени, прежде чем наткнулась на наиболее вероятное объяснение. Согласно Википедии, «Пополь-Вух» было собранием мифов и легенд, восходящих к одному из царств майя. Опять майя, подумала она, и опять Гватемала, последняя точка в путешествиях отца. В комментарии Википедии говорилось, что оригинал манускрипта был спасен священником по имени Франциско Хименес, который скопировал его и перевел на кастильский язык. Поэтому текст дожил до наших дней. В настоящее время манускрипт хранится в чикагской библиотеке Ньюбери, штат Иллинойс.
Блин! Ни на шаг к разгадке!
Расстроенная Майя в сердцах решила выключить компьютер и, по крайней мере на время, прекратить ломать голову над отцовскими загадками. Прежде чем вернуть карту на место, она последний раз поглядела на нее. Когда-то Майе нравилось рассматривать ее вместе с отцом, слушая его рассказы о тех или иных звездах и галактиках, и потом, живя в их загородном коттедже в Беркшире, отыскивать их на ночном небе. Дэвид подводил ее к своему старинному телескопу, наводил его на пояс Ориона или на созвездие Андромеды и продолжал рассказывать.
Майя вздохнула. До чего же ей не хватало отца! А этой ночью особенно.
Она принялась аккуратно складывать карту. Неожиданно из нее выпал зеленый листочек. Майя подняла его, повертела в руках — это был уверенный почерк ее отца.
Она собралась снова приклеить его к карте, когда заметила в нижнем углу странные черточки, складывающиеся в едва заметный рисунок. Майя приблизила к нему фонарик. И улыбнулась, поняв, о чем идет речь.
11
111
1111
11111
111111
1111111
Это была игра.
Их игра.
В тщетных попытках заставить дочь полюбить математику, Дэвид всякий раз превращал занятия с ней в игру с числами.
— Майя, быстро сюда! — приказывал он. — Ну-ка расшифровывай!
Поначалу от его головоломок у нее перегревались мозги, но она из кожи вон лезла, лишь бы доставить отцу удовольствие. Хотя, как могла, увиливала от приглашения поиграть. Она терпеть не могла математических игр, но не осмеливалась признаться: ей очень не хотелось увидеть разочарование в глазах Дэвида.
Если увильнуть не удавалось, она в вызывающей манере, какой дети порой придают вид высочайшей любезности, требовала поиграть в единственную игру, которую терпела и понимала: в ступенчатую пирамиду. Эта игра стала их тайным ритуалом.
Майя взяла бумагу и ручку, смахнула слезинки с ресниц и автоматически принялась заполнять левую часть пирамиды.
1х9+2=11
12x9+3 =111
123x9+4=1111
1234x9+5=11111
12345x9+6=111111
123456x9+7=1111111
Завершив свое занятие, она с удовлетворением окинула взглядом пирамиду, вспомнив слова Дэвида: математика полна сюрпризов, малышка, в числах, в их архитектуре скрыта красота Вселенной, великая гармония совершенства, вот так же совершенна и наша пирамида.
Удовлетворение, однако, очень скоро уступило место вопросам. Почему отец записал эту игру на карте? Несут ли его каракули какой-то смысл? И не есть ли это некое послание ей? Если да, то что он хотел ей этим сказать? Какое отношение имеет числовая пирамида к ее поискам неизвестно чего?
И Майю осенило. Это же очевидно! Майя — этот народ, столь сильно почитаемый отцом, строил великолепные пирамиды. Вот где надо искать, вот где путь к расшифровке секретов Дэвида, в этом она была уверена... Почти.
Да уж не схожу ли я с ума, испугалась она. Если он решил оставить мне послание, мог хотя бы дать более ясный ключ к разгадке. Нет, ей не удавалось постичь своего отца. Почему? Почему, предлагая ей разобраться в деле намного большем, чем ее возможности, усеивая путь замысловатыми заданиями, он не снабдил ее каким-нибудь простым инструментом, который облегчил бы ей задачу?
В какую игру хотел сыграть с ней ее оригинальный папа?
Годилось лишь одно объяснение: раз он так усложнил путь к сути этого запутанного дела, то наверняка потому, что опасался проникновения кого-то постороннего в его тайну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
