Читаем без скачивания Баран и новые ворота - Дарья Калинина

По пути подруги досконально обсудили, как они будут искать директора. У Юли сохранились снимки, где она стоит во Дворце бракосочетания с букетом цветов в обнимку с Засурой в строгом костюме с цветком в петлице, а на ней надето свадебное платье. Свадьба была ее собственная, а директор был свидетелем, так что все правдоподобно. Но непосвященному могло показаться, что перед ними молодые – муж и жена.

Эту фотографию подруги и принялись тыкать под нос кому не лень. На почте, на которую они делали главную ставку, их разочаровали. Там такого человека не помнили. В трех магазинах села – винном, продуктовом и промтоварном – Засуру тоже не видели. Оставалось опросить местных жителей. Увы, все оказалось безрезультатно. Все местные бабки охотно хватали фотографию, сочувственно качали головами, мол, у такой молодой и красивой женщины такой старый и страшный муж.

– Богатый, должно быть, – догадывались они, но это было и все, что они могли сказать по поводу Засуры.

Пришлось подругам тащиться на другой берег Онеги, в те две деревеньки, которые составляли основание онежского треугольника. Кстати, мобильная связь здесь и в самом деле не работала. Юля несколько раз пыталась дозвониться со своего мобильника и с мобильника Марго, но ничего не получалось.

В деревеньках, как и предсказывала Инна, жило всего несколько человек. В одной – трое рыбаков, забравшихся в глушь отдохнуть от цивилизации, – те в телефоне не нуждались. А в другой жили дачники. Четыре вполне приличных семейства, в одном доме имелся телефон, но за последнее время им никто из посторонних не пользовался.

– Попробуйте спросить у Данилы, – когда девушки уже собрались уходить, сказал один из мужчин. – У него хозяйство крепкое, телефон тоже должен быть.

– Кто такой? – поинтересовались девушки.

– Местный предприниматель, – пояснил дачник. – Живет в нескольких километрах от нас, но дружу не с ним. Ведет он себя словно барин, смотрит на нас с удивлением, мол, почему перед ним шапки не ломаем.

– И чем он занимается?

– Шут его знает. Одни говорят, что водку делает, а другие – что растворитель. Во всяком случае, больше ни у кого на много километров в округе телефона нет.

До дома Данилы вела широкая асфальтовая дорога, что среди болот было равнозначно чуду. По ней то и дело сновали груженные фирменными картонными коробками грузовики. На всех коробках была надпись: «Онеgа» именно в таком виде. Три первые буквы русские, а две последние латинские. Дорога упиралась в массивные ворота, за которыми виднелся дом. Впрочем, домом эту махину можно было назвать с трудом. Сооружение напоминало то ли завод, то ли средневековый замок, почему-то выстроенный из красного кирпича завода «Большевик».

Перед домом металось несколько ротвейлеров, чем-то напоминавших миниатюрные танки. На всех псах были надеты ошейники с шипами. Кроме того, у дома бродили с усталым видом несколько молодых людей с автоматами. Забор поверху был обтянут колючей проволокой, отбивавшей всякую охоту перелезть через него.

– И как нам туда проникнуть? – упавшим голосом спросила Инна, отлипнув от малюсенькой щелочки в заборе, единственной, которую подругам удалось найти. – Этот дом честного русского предпринимателя напоминает мне Средние века, когда каждый феодал самостоятельно охранял свой замок от врагов. Даже ров имеется.

Ров и в самом деле был. Конечно, не ров, а дренажная канава, но настолько глубокая и широкая, и в ней было так много воды, что сходство было налицо.

– Он охраняется лучше, чем Монетный двор, – согласилась Юля.

– От кого же он прячется? – задумалась Инна. – Если от братвы, то можно рискнуть.

– Опять? – заныла Юля.

– Нужно же нам выяснить, не отсюда ли звонил Засура.

Подруги уселись в машину, подняли стекла и подрулили к воротам. После этого Юля нажала на гудок. Окрестности огласил пронзительный вой, на который хором откликнулся десяток мощных собачьих глоток. Ворота немедленно распахнулись, и подруги въехали во двор.

– Выходите из машины с поднятыми руками, – последовал приказ.

Увидев несколько автоматных дул, направленных на них, и собачьи клыки, с которых обильно стекала слюна в предвкушении вкусного обеда, подруги поспешно подчинились.

– Мы из милиции, – закричала Инна. – Из Питера. Нам нужно задать вам несколько вопросов про одного человека, который скрывается в ваших местах.

– И что он сделал? – раздался голос с крыльца.

Все, кто были во дворе, повернулись на властный голос, словно по команде. На высоком крыльце стоял мужчина лет тридцати с небольшим. У него были атлетические плечи, высокий рост и цвет лица человека, который много времени проводит на свежем воздухе и имеет отменное здоровье. Волосы у него были аккуратно подстрижены, а одет он был по-домашнему: в кашемировый свитер и светлые джинсы.

– Если он не заплатил государству какой-то налог, то говорю сразу: искать его не буду, – сказал мужчина, который чувствовал себя хозяином положения.

– Вы Данила? – уточнила Инна.

Но мужчина не ответил, так как в этот момент увидел Юлю и, казалось, окаменел.

– Опустите руки, – выдавил он из себя. – И проходите в дом, будьте моими гостями.

Словно по команде все собаки и охранники дружно заулыбались. Девушки подошли к хозяину и протянули ему красные корочки, сделанные им умельцем Мишей.

– Не хочу смотреть, все равно это фальшивка, – сказал хозяин.

– Почему? – обиделась Инна.

– Потому что в милиции не могут служить красавицы вроде вашей подруги, – пояснил ей Данила.

Инна, которая в глубине души считала себя значительно привлекательней Юли, всерьез обиделась, но в дом прошла. В доме девушки залюбовались узорным паркетом, мебелью из карельской березы и превосходными коврами, в которых варьировал один и тот же орнамент. Этот же узор повторялся и на занавесях на окнах. Обои в комнате глубокого синего цвета создавали утонченный фон для мебели из карельской березы.

Девушки, заметив пару уютных мягких кресел, уселись в них. Хозяин устроился напротив них и, не сводя глаз с Юли, спросил:

– Так кого вы ищете?

– Вы Данила? – в который раз задала Инна свой вопрос мужчине, не сводящего глаз с ее подруги.

– Верно, – рассеянно кивнул мужчина.

– Вот его, – сказала Инна, облегченно вздыхая, и протянула фотографию.

– Это ваш муж, – удивился хозяин, глядя на Юлю. – Жаль, что у вас так плохо со вкусом.

Юля опешила, но все-таки сказала:

– Он очень богат.

– Вот что, девушки, – вдруг разозлился хозяин дома, – выбирайте, либо я запираю вас в холодный подвал, где мы держим готовую продукцию, либо вы говорите мне правду. Кто вы, откуда и почему интересуетесь этим человеком? Кто он вам?

– Вы правы, мы не из милиции, – начала Юля. – Но вчера вечером он звонил ко мне домой и умолял о встрече. Мы с подругой согласились и приехали к назначенному времени и месту. Мы ничего не перепутали, но его там не было. И тогда мы решили поискать его. Так как он должен был откуда-то звонить, то мы обыскали все окрестности и наконец нам сказали, что телефон есть только у вас. Это правда?

– Да, – кивнул хозяин. – Дальше. О чем вы собирались говорить с этим человеком? У него проблемы?

– А вы откуда знаете? – оживилась Инна. – Вы его видели?

– Иначе он не стал бы прятаться в такой глуши, – охотно пояснил Данила. – Но вы не ответили.

– Это он нам должен был сказать правду, его подозревают в двух убийствах и одном ограблении.

– Но кто вы ему? Почему вас волнует его судьба?

– Я его жена, – нагло соврала Юля, тихо ненавидя Инку, выбравшую именно эту фотографию. – И меня тревожит судьба мужа.

– Понятно, – сказал Данила. – Я вас предупреждал насчет подвала? Вот и не обижайтесь.

Он щелкнул пальцами, и в дверях нарисовались два охранника.

– Вниз их, – приказал Данила.

Не успели девушки и глазом моргнуть, как оказались в подвале. Как и обещал Данила, тут было прохладно, даже весьма и весьма. Первые четверть часа разгоряченные гневом подруги не обращали внимания на климат, обсуждая, что, оказывается, медведи в России еще не перевелись. Но затем холод стал пронимать подруг до костей.

– Что они тут хранят? – стуча зубами от холода, спросила Инна.

– Посмотри, – равнодушно предложила Юля, которая, в отличие от сопротивляющейся холоду подруги, решила гордо замерзнуть и заболеть – почему-то она была уверена, что заставит мучиться угрызениями совести наглого хама, отправившего их в ледник. И подумать только, а вначале прикидывался таким милым!

– Водка! – радостно воскликнула Инна. – Слушай, мы спасены!

Юля тоже несколько оживилась. После Грузии и обилия ароматных, но чуточку кислых вин из погреба Ивана Алексеевича мысль о простой, без всяких выкрутасов водке обдала жаром.

– А мы не отравимся? – на всякий случай спросила она.