выдерживать его взгляд. Но сейчас было в разы сложнее.
— Хорошо, — почти что шепотом произнес магистр, и я осмелилась поднять глаза. Лицо его было спокойным, а взгляд больше не казался таким тяжелым. — Я надавил на тебя. — Он шагнул ко мне так быстро, что я не успела отшатнуться, взял за руку. — Прости.
Это что, мои чары на него внезапно подействовали? Или эффект зелья? Почему его настроение изменилось и голос стал мягче, будто он обратился к ребенку?..
Видно, он заметил замешательство на моем лице, потому в следующий миг отпустил руку, отвел взгляд, но ненадолго. Вновь взглянул и спросил:
— Что вы здесь делаете, Мира?
Я так растерялась от холодности, скользнувшей в его голосе, что не сразу сообразила, что он имеет в виду.
— Вы сами меня сюда привели.
— Что вы делаете в академии? — четче вопросил он. — Для какой цели вы решили поступить?
Так вот оно что… Это допрос.
Но он ведет к правде, а я не хочу... Не хочу говорить, что главная причина, по которой я все еще топчу землю, а не разрезаю хвостом воды моря, — это он.
— Всю жизнь мечтала стать стражем... Это плохо?
Казалось неразумным продолжать скрываться, врать, раз он узнал, что я русалка. Но разве он сам вчера не сказал, чтобы я дала знать, если решусь все рассказать? А я пока не решилась. Меня не покидала мысль, что если я откроюсь, скажу вслух то, о чем он уже знает, то непременно вернусь домой. Потому что русалок никто не любит. Для людей мы не лучше сирен или то же самое, что и сирены, хотя это вранье, написанное в их учебниках. Нас боятся, о нас слагают несуразные легенды, и редко встретишь даже таких моряков, которые видят разницу между русалкой и сиреной.
Несколько секунд магистр буравил меня задумчивым взглядом, а потом неожиданно усмехнулся.
— Плохо лишь то, что вы не умеете лгать. — На его лицо наползла слишком мягкая улыбка, при виде которой у меня внутри все ухнуло. — Хотел бы я узнать больше, но вижу, что вы этого не желаете. Мне остается только наблюдать. Это интересно, но ужасно тяжело, поскольку я весьма… заинтригован.
Чем это, любопытно?
И хотя мне самой хотелось многое узнать, вслух я произнесла совершенно иное:
— Вы говорили, чтобы я дала знать, когда захочу все рассказать. А узнали сами практически обо всем. Возможно, даже больше, чем говорите...
Магистр согласно наклонил голову, и, клянусь, его темные глаза слегка блеснули, точно его забавляло, что я знаю о нем гораздо меньше, чем он обо мне.
— Это оказалось сложнее, чем я думал. Знать правду и ждать, когда вы решитесь. Я нетерпелив. По отношению к вам.
По спине пробежала дрожь от неожиданного откровения, облаченного в слова. Он не лукавил — отчего-то я знала это наверняка. Голос прозвучал неподдельно искренне.
— Полагаю, вы ничем не заняты и никуда не торопитесь, — не дав мне возможности собраться с мыслями, продолжил мужчина. — Могу я рассчитывать на вашу компанию? Хочу показать вам одно место, которое поможет вам… лучше понять меня.
Он посмотрел ожидающе, и у меня в груди что-то сжалось. Я не могла отвернуться. Я… словно попала в ловушку.
— Как вы это делаете?
— Что делаю? — он слегка изумился, но я была уверена, что не из-за моего вопроса, а из-за того, что я поняла, что что-то не так.
— Вы… очаровываете.
— Принимаю это как большой комплимент, — улыбнулся он.
Я же нахмурилась и крепко сжала кулаки в попытке избавиться от наваждения.
— Вы делали то же самое в облике жеребца. Вы колдуете.
Уголки его губ опустились, но взгляд оставался веселым.
— Больше не посмею. Я не думал, что это сработает. Ведь вы и сами… пытались околдовать.
— Я случайно.
Мои слова вызвали у истинного смех, но мне по-прежнему было не по себе из-за ощущения его магии. Зачем он это делал? Из любопытства или с какой-то целью, как делала это я?..
Озвучить эти вопросы не успела: мужчина отошел, прикрыл глаза. Тело его вдруг начало расти, шириться… Волосы удлинились, а черное снаряжение слилось с кожей, превратилось в сверкающую в лучах солнца шерсть. Он терял человеческий облик. Это произошло всего за пару секунд. Раз, два — и вот передо мной вновь стоит пугающих размеров черный жеребец.
— Значит, ворон — не единственное, во что вы умеете обращаться, — заключила я, поймав все такой же будоражащий кровь взгляд бездонных глаз.
Он склонил голову и опустился на переднюю ногу. Помедлив всего мгновение, я подобрала сапоги, натянула на ноги и взобралась на широкую гладкую спину. Чуть не пискнула от страха, когда он резко поднялся. Воздух выбило из легких, и я вцепилась в короткую гриву одеревеневшими пальцами.
Я успела пожалеть, что согласилась на это. Хотя сомневалась, что согласилась по своей воле. Казалось, что он сейчас сорвется на бег, потому прижалась к мускулистой шее и зажмурилась. Но мои страхи не оправдались: магистр в облике скакуна предпочел передвигаться шагом, а не галопом или рысью.
Несмотря на опасения, прогулка оказалась приятной. Вскоре я открыла глаза, но от шеи не отлипла. Дорога была знакомой. Из леса мы вышли на тропу, и магистр свернул в сторону столицы, а через некоторое время на другую тропинку, но не на ту, по которой я вместе с Филей добиралась до домика тети.
Я догадывалась, куда именно приведет нас эта дорога.
Вернее, чувствовала… Чувствовала, что море близко. Его волны доносились до моего сознания, волнения трогали сердце, и в воздухе витал запах соли, который вряд ли учуял бы человек с такого расстояния.
В груди вдруг сжалось от тоски. Надеюсь, мы там не задержимся. Иначе я не выдержу — нырну в море. Хоть я и лишена на время возможности дышать под водой, а ноги мои не так сильны, как хвост, я бы все равно это сделала.
К счастью или, быть может, к сожалению, до моря мы не дошли. Магистр свернул с тропы в густой лес, целенаправленно куда-то шагая по устланной желто-оранжевыми листьями земле. И совсем скоро замер.
Здесь не было ничего, кроме деревьев с пожелтевшими кронами и кустов, источающих запахи свежей зелени. Но я знала, что это не так.
Моя мысль подтвердилась, когда из-за дерева выступила стройная фигура, плечи и
