подхватила меня под локоть. – Какие у тебя ручки тонкие и нежные. Ты что, не работал никогда?
– Работал! Просто я рыбак, а для этого дела силы много не требуется.
Сейчас я не лгала. Я действительно иногда ловила с отцом и Ормом форель в горных реках.
– Рыбак… рыбачонок! – прыснула Бетти.
– Рыбачишка.
– Но такой миленький! Сладкий пирожок!
Подружки загомонили, как стая сорок. Дай им волю, и за щеки трепать начнут от умиления.
– Рыбачонок надумал сегодня поймать самую жирненькую рыбешку!
Снова хохот. Да что ж это такое! Здесь все такие веселые, что ли? Искателям стоит у них поучиться радоваться жизни.
– Значит, слушай сюда, юный друг…
– Сейчас Бетти научит его плохому, – погрозила пальцем рыжая.
Но Бетти увлеченно продолжала:
– Лишиться невинности на маковом поле в эту ночь – добрый знак. Сам Отец Равнин благословит союз юноши и девушки, которые решат уединиться для… ну, для этого самого.
Горло перехватило, и я раскрыла рот, чувствуя, как щеки заливает румянец.
– Даже если родители против их брака, то после венчания на маковом поле уже ничего не смогут поделать. Потому что считается, что сам великий Отец благословил союз двух любящих сердец.
Ну, Ренн!.. Попадись только мне! Почему умолчал об этой маленькой, но важной детали? Не хотел смущать разум юной девы?
– Прекрасная традиция… – пробормотала я, пряча глаза.
– Девочки, кто идет с рыбачонком в маковое поле? – крикнула Бетти. – Занимайте очередь! Чур, я первая!
Я отшатнулась от нее так, что наступила на ногу бедной рыжуле.
– Да пошутила я, пошутила! Не пугайся.
– Правильно, нечего его пугать. Он и так, того и гляди, сбежит от нас, как заяц.
Я думала, что у меня лопнут уши, пока доберемся до места. Девчонки никак не желали оставить меня в покое, подначивали, смеялись, пытались выведать обо мне больше. Но все это было без злобы или желания уязвить. В какой-то момент мне даже стало стыдно за обман: обличье Орвина показалось им таким привлекательным, что девушки соревновались друг с другом за право шагать рядом со мной.
– Эй, смотрите! – воскликнула Бетти и ткнула пальцем. – Маки!
Впереди, за полосой выжженной солнцем травы, до самой линии горизонта – я все еще не могла привыкнуть к таким просторам – раскинулось алое море. Повинуясь дыханию ветра, оно колыхалось, словно живое.
Как красиво…
Левее расположился палаточный городок. Цветные шатры выросли посреди степи, как грибы, и я слышала отголоски музыки, возбужденный гомон и взрывы хохота.
– Гулять будут всю ночь! – Бетти ткнула меня локтем под ребра. – А тебя, рыбачок, папа не заругает?
Я пробурчала что-то неразборчивое, но, несмотря на смущение, внутри екало от предвкушения. Это будет что-то… неизвестное, но явно очень и очень хорошее. От этих мыслей даже кровь забурлила в венах.
Все оказалось совсем не страшно, зря нас пугают старейшины. Дети равнин выглядят вполне дружелюбно и умеют веселиться.
Решено! Сегодня я забуду обо всем и отдамся этому веселью, буду танцевать у костров, собирать букеты из маков и пить хмель прямо из котлов.
Ох… А если Ренн уже там?
– Чего, уже слюнки пускаешь? – хитро сощурилась рыженькая. – Сразу видно, что ты дальше своей деревни нигде не бывал.
Я согласно закивала и ускорила шаг. Меня тянуло вперед, как на аркане – будто звала сама степь.
Глава 26. Друзья
Реннейр
В котелке над костром варили деревенский сбитень. Напиток этот, сладкий от меда и пряный от луговых трав, пришел в Лестру из восточных земель два столетия назад да так и прижился. Крепкий мужик в переднике разливал всем охочим бесплатное питье, орудуя огромным половником. Черенок его был перевязан розовой лентой с бантом, что смотрелось весьма комично в руках здоровяка. Мы расположились аккурат возле этого котла, и Варди, кося глазами, рассказывал:
– Мне нужны деньги. Много денег, серебро, золото… – наемник плеснул в себя еще один глоток хмельного пойла. – Чтобы заплатить виру за убийство, вернуться в родные земли и жить спокойно. С проклятой меткой я не могу там появляться, ведь отследят, сволочи. А снять ее не так-то просто…
Я слышал эту историю добрую сотню раз, но друг каждый раз рассказывал ее как будто впервые. Он убил какого-то важного человека, но вместо казни родственники погибшего затребовали неподъемную плату. Несколько лет Варди безуспешно искал колдуна, что избавил бы его от клейма – особой магической отметины, которая сразу выдаст Варди, ступи он на земли севера. В итоге судьба закинула его в Лестру.
– Ваш тухлый Запад не сравнится с северными островами, – Варди снисходительно ухмыльнулся, и на лице его расцвело почти мечтательное выражение. – Когда заработаю достаточно, вернусь в родные фьорды и заплачу откуп, пусть подавятся, – он смачно сплюнул. – Ты ведь никогда не видел, как горит небо зимой? Северные огни прекрасны, Зверь. Я бы все отдал, чтобы туда вернуться.
– Знаю, Варди. Я все знаю, – остановил я пьяный треп.
Это был один из редких дней, когда я мог позволить себе небольшую передышку. Лорд отбыл на свадьбу одного из вассалов, и ко мне у него пока не было поручений, значит, можно послать всех в Бездну. Тем более сегодня один из самых громких праздников – праздник Маков. Чванливые аристократы называли его развлечение для деревенщин, зато сами крестьяне и простые горожане не упускали возможности как следует развлечься.
Пронзительно гудели рожки, полыхали костры среди разноцветья, ноздри щекотали ароматы мяса и рыбы. Признаться, я поддался уговорам северянина, хотя еще лет десять назад меня не надо было тащить на аркане – сам бежал. Но в последнее время шумные увеселения не привлекали.
Увязнув в мыслях, я не сразу понял, что Варди обращается ко мне:
– Ты заметил, как на тебя поглядывает вон та девица в красном платье и с большими сиськами? Да не в ту сторону смотришь, дурень!
И правда. На меня беззастенчиво таращилась девчонка с двумя толстыми косами, оплетенными полевыми цветами. На разрумянившемся лице блуждала хмельная улыбка, в позе читалась уверенность в собственной красоте.
Поболтав в кружке напиток, я перевел взгляд на северянина.
– Да плевать.
– Что, даже не познакомишься? – косматые брови взлетели на лоб. – Ты сегодня слишком серьезен, друг мой. А между тем у нас праздник! Эти сочные девки так и хотят затащить кого-нибудь в маковое поле и порезвиться вдоволь. Неужто не используешь шанс?
За что у нас любили праздник Маков, так это за возможность поразвратничать, не опасаясь наказания. Бывало, что наутро маковые поля оказывались вытоптаны едва ли не подчистую. Вот и сегодня хмель лился рекой, молодежь обменивалась
