Читаем без скачивания Наследник Магнитной горы - Илона Волынская

– Ей ничего не сделают, – торопливо сказал он. – Люди думают, ты, Черный, на нее порчу навел, дочку мис-не загубить хотел.

Донгар не двигался и не отвечал – не отрывая глаз, он смотрел на руку молодого воина. Невольным движением тот все тер и тер коснувшуюся черного шамана ладонь о штаны – будто дотронулся до чего заразного.

Тогда Хакмар сам протянул руку и крепко стиснул безвольные пальцы Донгара.

– Мы те, кто мы есть, и мы никому ничего плохого не сделали, – твердо сказал он. – Хотя иногда – очень хочется, – добавил он и стремительно обернулся к сгрудившейся за его спиной молчаливой толпе. Окинул людей долгим взглядом. – Ну и ждите теперь ваших обожаемых ведьм – посмотрим, как они вам помогут! – дрожащим от обиды голосом выкрикнул он, отвернулся и быстро повел покорного Донгара к стене.

Не глядя на замерших часовых, они миновали ворота, так же молча подошли к основательно груженным оленям. Вскочили им на спины – и вскоре два удаляющихся силуэта на белом полотне дороги растаяли в густой темноте Ночи.

Воевода и шаман, так и оставшиеся стоять под танцующим в чаше Огоньком над воротами, переглянулись.

– Как думаешь – выберутся? – грызя ус, выдохнул воевода.

– Духи знают, я – нет, – развел руками шаман. – Одно скажу: ежели пропадут эти двое – всему Сивиру пропадать.

– Почему знаешь? – буркнул воин.

– Чувствую – время хоть и не мое, но шаман, однако, – с достоинством ответствовал Белый.

– Шама-ан! – презрительно протянул воевода. – Ты чем про весь Сивир, лучше б про крепость нашу чувствовал!

– А это и крепости касается, – невозмутимо сообщил шаман, продолжая до рези в глазах вглядываться в темноту, словно надеялся разогнать ее взглядом.

Створка ворот приоткрылась – и оттуда выглянула растерянная физиономия племянника. Бочком-бочком молодой воин выбрался через узкую воротную щель и, не глядя старикам в глаза, протянул туго свернутый берестяной свиток.

– Из Храма, дядя… Только что ветром надуло… – пробормотал он.

Старик–воевода одарил племянника долгим взглядом – эх, и зачем было его учить-стараться, если на деле он не умнее остальных оказался! – и принял свиток с Храмовой печатью. Развернул и долго-долго, будто оцепенев, глядел в написанное.

– Ну что там? – не сдержав любопытства, вытянул шею племянник.

– Великий Храм пишет, что нашел оружие против мэнквов, – глухим, сдавленным голосом, мало соответствующим вроде бы радостному известию, выдавил воевода. – Что начинает операцию по зачистке наших лесов от тварей Нижнего мира… Вот-вот начнет! А потому нам надлежит… не тратя времени на сборы, немедленно бежать, поскольку наша крепость попадает… под территорию зачистки… и неизбежно будет уничтожена.

– Но… Как же так… – пробормотал шаман. – Нам нужно время… Мы ж без припасов погибнем в тайге! И куда мы пойдем? Как можно такое?

– Им все можно! Они – Храм! – воевода сорвался на крик. – Прав был наш мастер! – брызгая слюной, выкрикнул он. – Вот она – помощь! Дождались!

– Накликал, Черный, – стискивая кулаки, ненавидяще выдавил племянник.

– Чурбак! – накинулся на него дядя. – Он не накликивал – он предупреждал!

– Надо вернуть ребят, – торопливо сказал шаман. – Их же накроет эта… зачистка!

– Точно, вернуть! – вскинулся воевода. – Может, они что-нибудь придумают! – И, крича: – Мастер Хакмар! Мастер! Верни-ись! – бегом рванул по отпечатавшимся в свежем снежке следам оленей.

Задыхаясь, старик бежал, бежал… остановился. Следы двух оленей сворачивали к лесу… и обрывались. У кромки деревьев остался лишь взрыхленный снег с отпечатками копыт и человечьих сапог, небольшого – мальчишечьего – размера. И больше ничего – только обычные птичьи черточки на снегу да следы лисьих лап. Будто мальчишки и их рогатые скакуны паром истаяли в холодном морозном воздухе.

Свиток 31

В котором герои пускаются на поиски источника всех мэнквов и находят его

– Ты не беспокойся, – роясь в притороченном к седлу мешке, сквозь зажатые в зубах поводья прошамкал Хакмар. Одной рукой он на ощупь шарил в мешке, другая была занята вынутым из чехла луком. Одним глазом парень косил на одну обочину, другим – на другую, чтобы не пропустить появления мэнквов. При этом еще старался хоть как-то поглядывать на совсем поникшего в седле Донгара. В общем, нехватка третьего глаза и двух-трех дополнительных рук ощущалась остро. – О, положили-таки! Все-таки голова воевода, хоть и гад, вроде наших змеев.

– Он не гад, – безучастным, неживым голосом откликнулся Донгар.

– Угу, он добрый и милый человек – использовал нас, а потом отправил мэнквам на съедение, – разворачивая на коленях свиток бересты, буркнул в ответ Хакмар. – Но карту все-таки не забыл! Надо подумать, как нам до ледяного города добраться… – Он повел пальцем по карте – не так уж и далеко! Хакмар на мгновение задумался – похоже, это тот самый ледяной город, над которым он пролетал на Акбузате. И где его… хм… скажем так, неудачно укачало – прямо внутренним Огнем на ледяные башни. Донгару рассказывать не стал – тот и так сидел мрачный, как глубинные пещеры. Но до другого города им по кишащему мэнквами лесу все равно не добраться. И до этого-то – как повезет. – Огонь свой я теперь на кого попало не выплескиваю, меч – спрячу, начну работать кузнецом – кто там поймет, что я Черный, а не Белый! – с бодростью, какой на самом деле не испытывал, продолжал вещать Хакмар. – Ты Ночь перетерпишь, а День придет – шаманить сможешь, будем и тебя за Белого выдавать…

– А потом заметят, как я зелья в другую сторону мешаю, – тем же безучастным тоном отозвался Донгар. – Или еще раньше про тебя подумают – чего это южный кузнец на севере делает. И снова мы с тобой побежим: из одного города – в другой, до самого Океана. Всю жизнь бегать станем.

– Ну… – Хакмар задумался и уже неуверенно предложил: – Может, это… К господину Советнику подадимся? Мой отец говорил… – И осекся. Уже мастером стал, да еще Черным – а все делает, как сказал отец!

Донгар мотнул тощей косой:

– Не станет господин Советник с Храмом ссориться: да еще за-ради кого – за-ради Черных!

– Не станет, – уныло согласился Хакмар. У господина Советника своих дел вдосталь, да и не пристало политику ссориться с голубоволосыми из-за каких-то мальчишек. Даже если они – черный шаман да черный кузнец. Тем более если они черный шаман и черный кузнец! Отец вот не стал же. – Ну, не знаю… – еще мрачнее пробурчал Хакмар. – Не нравится – оставайся тут! Критиковать каждый может!

– Да. Так и сделаю, однако, – останавливая своего оленя, вдруг сказал Донгар и принялся торопливо отвязывать от седла один из мешков. – Травки шаманские да бубен оставлю – не нужны они тебе. А еду забирай – я себе поймаю, – он протянул мешок Хакмару, нетерпеливо ожидая, пока тот возьмет. Хакмар не шевелился, тогда Донгар перегнулся со спины оленя и просто положил туго набитый мешок на землю. Помолчал и наконец выдохнул: – Прощай, однако, Хакмар. Добрый тебе путь, – дернул своего оленя за повод, разворачивая его прямо к встающей от обочины стене леса.

«Ну и скачи отсюда, – устало подумал Хакмар. – Надоел. И Дня не прошло, как из стойбища, а тонкую натуру из себя строит!» Хакмар некоторое время мрачно глядел, как плохо различимый в Ночном мраке всадник на олене неспешно едет к деревьям. Сейчас исчезнет за стволами – и из его жизни навсегда. Там его мэнкв живо оприходует, и останется Хакмар снова один-единственный Черный на весь Сивир. Хакмар резко ударил пятками своего оленя. Донгара он догнал у самых деревьев и крепко ухватил его скакуна за узду.

– Я опять тебя не понял, – раздраженно сказал он. – Ты куда едешь – мэнквов искать? Подкормить решил зверюшек?

– Ну… да, однако, – засмущался Донгар, пряча глаза.

– Что «да, однако»? – окончательно разозлился Хакмар. – Подкормить?

– Не-е… – кажется, совершенно не заметив иронии – куда ему, стойбищному, он и слова-то такого не знает! – наивно протянул Донгар. – Искать. – И прежде, чем окончательно ошалевший Хакмар сумел переварить это бесподобное заявление, зачастил: – Дырка, через которую они из подземного мира лезут, – в Нижнем мире она далеко была, много-много до нее ехали, на олене, на мэнкве скакали. Там далеко – тут близко, совсем рядом должна быть. Воины из крепости в лес не ходят, дороги держатся, вот никто ту дырку пока и не заметил. А она есть – пойду, сразу найду.

– Мэнква ты сразу найдешь. Голодного, – в тон ему подхватил Хакмар.

– А я вороном перекинусь!

– Тогда себе башку об окрестные сосны разобьешь! Зачем она тебе сдалась – дырка эта? Заткнуть хочешь, что ли?

Улыбка словно прорезала запавшие щеки Донгара:

– Ой, умный ты, Хакмар, сам все понял! Слыхал, что нижний шаман говорил: из одного леса все мэнквы к нам ушли, теперь из других идут. Никак с ними не справиться. Если дыру не закрыть, новые появляться будут.