остановило его когда-то от попытки завести с Васей отношения сразу после школы.
Слишком много было на кону — их семьи, которые дружат годами. Общие друзья и сама их дружба. Неудача могла разрушить всё.
В восемнадцать Элиас смотрел вокруг себя и видел словно кондитерскую, в которой было много разных, сладких, шикарных, вкусных женщин. Он предпочел разнообразие и первое время даже не жалел.
Вася была рядом, все так же ходила с ним в кино и болтала. Элиас всегда мог позвонить ей, когда уставал от своей распутной жизни. Даже убедил себя, что она ему как сестра.
А потом появился Сережа…. И сразу стало понятно, что чувства к Васе у него совсем не братские были. Ревновал и злился.
Потом отпустил, перегорел, привык и опять вернулся к мыслям о дружбе. Терять Лапушку совсем не хотелось и довольствоваться приходилось тем, что дают.
В собственных отношениях Элиас все больше испытывал разочарование, женщины в его жизни хоть и были яркими, знойными красотками, но ни одна из них не стала его родственной душой. Он всегда велся на обертку, а то, что внутри не цепляло.
Чужие жены, искательницы приключений в барах, любительницы сайтов знакомств и одноразовых свиданий. Со временем Элиас понял, как жестко сам себя обманул. Все чаще хотелось остановиться и найти ту самую, одну. Чтобы как у отца, как у брата.
И теперь у него все будет.
— Устала, — Вася сонно уложила свою темную голову на его плечо и зевнула, — если усну, то до номера лучше нести на ручках.
— Без проблем, — Элиас развернулся так, чтобы Лапушке было удобно дремать и начал поглаживать по руке. Трогать девушку хотелось постоянно.
Глаза сомкнулись и в голове сплыла пьяная Василисина попытка соблазнения. Ему было не до смеха. Привыкший к полной вседозволенности с женщинами, отказывать той самой желанной было смерти подобно. Все тело каменело от прикосновения нежных пальчиков и губ. К тому же оказалось, то этот милый ротик знает очень грязные комплименты и словечки.
Элиас был настолько в ступоре, что малышка практически скрутила его и уложила в кровать, прижав его к матрасу. Хорошо, что был трезв, иначе ни одного шанса не было у Васи.
Через час автобус мягко затормозил у отеля и Элиас аккуратно поднял ценную ношу на руки. Чтобы не разбудили, быстро шмыгнул со своей добычей в холл отеля и поднялся вприпрыжку на второй этаж. Ключ от номера, хранящийся в заднем кармане, доставал как фокусник — незаметно, тихо и без лишних телодвижений.
Дверь пикнула, скрипнула и открылась. Свет зажегся автоматически, но Элиас тут же приглушил его свободной рукой и ногой закрыл за собой дверь.
Спящую Васю уложил на кровать и, чтобы не сбежала, к двери придвинул тяжеленный комод. Удовлетворенный полностью картиной перед своими глазами побежал в душ. Быстро ополоснувшись, обернул бедра белым махровым полотенцем и заглянул в номер.
Примятая кровать пустовала, номер тоже. Комод оставался на месте, но на всякий случай Элиас попробовал его подвинуть.
— Тяжело, — констатировал он и так понятный факт и обернулся.
Смеющаяся Василиса стояла в дверях на балкон и, сложив ручки на груди, топала ступней по глянцевому полу номера.
— Можно спросить, Элли? — Откашлялась она и изобразила на лице саму серьезность, — это ты боишься, что я сбегу или что сам можешь испугаться, когда я на тебя накинусь снова и отрезаешь себе пути к отступлению?
— Второе, — кивнул он и оперся о комод бедрами. Начал сверлить маленькую заразу глазами. Красивая Вася. А после расставания с Сережей так вообще сумасводящая. Этот клещ из нее пять лет жизнь тянул, не иначе, — подумала?
— Я спала, вообще-то, — девушка усмехнулась и прошла в комнату.
— Тогда придется думать тут, — уверенно заявил он, проводя ладонью по влажным волосам, а потом по груди.
Василиса покраснела и потупила глазки в пол. Сама наивность, можно сказать. Угу, он бы поверил, наверное…. Если бы другую Васю не видел.
— Черт, — наигранно охнул, срывая с себя полотенце и бросая на пол, — надо же, как получилось.
— Ох, — Лапушка округлила глазки и осмотрела его сверху донизу, — это вообще законно? А если ты этой битой ударишь? Человек ведь может и пострадать.
Шутница какая. Всегда пользуется юмором, как защитой. На самом деле волнуется очень.
Элиас медленно подошел и опустил ладони на ее плечи, погладил нежную кожу.
— Вась, если хочешь уйти…
— Ну да, — она сглотнула и закивала, посмотрев через его плечо на комод, подперший дверь, — ты очень хочешь отпустить.
— Не хочу, — без всяких сожалений сознался он и потянулся за поцелуем. Сперва просто пробуя вкус губ.
— И я не хочу, — руки Василисы обняли мужскую шею и их тела столкнулись, — ты же мой, Элли? Насовсем?
— Насовсем, — он сжал ладонями тонкую талию и заставил пятиться к кровати.
Происходившее дальше было достойно самых откровенных фильмов для взрослых. Горизонтальные, а так вертикальные поверхности осваивались с большим энтузиазмом. Из всей мебели натиска не выдержал только кофейный столик. Можно сказать, пал смертью храбрых, сложив ножки под натиском шведского молодчика.
Василиса рассмеялась, потирая ушибленное плечо и порадовалась, что столик деревянный, а не из стекла.
— Мне кажется, персонал догадался, почему он сломался, — уже лежа в постели и лениво поглаживая Элиаса по груди, Василиса придирчиво осматривала порядком потрёпанный номер, — надо было у меня. Там мебель хотя бы дешевле.
— Тогда вообще все пришлось бы оплачивать, — хмыкнул довольный Эк. Намекая, что и качество у нее соответствующее, — а тут только столик.
— Продуманный ты.
— Угум, повезло тебе, — Василиса получила поцелуй в опухшие губы.
— Родителям скажем или потом? — Сев на кровати, девушка натянула на грудь простынь, — я только недавно рассталась и все такое. А тут мы вот так сразу. Как-то очень ветрено выгляжу, ты не думаешь?
— Ммм... И сколько будем скрывать? Неделю, месяц, год, когда дети в школу пойдут, скажем? А бабушки невечные, Вася. Пожалей их счастливую старость. Дай дожить спокойно.
— Манипулятор, — Вася нахмурилась, — просто мне нужно какое-то время, чтобы привыкнуть. Ну знаешь — ты, я, мы вместе.
— Много времени все равно нет. Надеюсь, ты не забыла, что о нашей помолвке объявили по телевидению? Тренер уже спрашивал насчёт подарка на свадьбу.
— Заварили мы кашу, — Вася спрятала лицо в ладонях и в номере повисло затяжное молчание.
— Лапуль, я же не просто так сюда ехал? — послышалось совсем рядом.
— Ты о чем это? — ладошки Васи осторожно поехали вниз.
— Хочу, чтобы это было правдой, — Элиас разжал кулак, на котором в самом центре лежало колечко, — я очень долго ждал, Лапуль, — пять лет...
