Раздался голос Леонида:
– Что это?
Маша вздрогнула, изумленно посмотрела на парня, не сразу вернувшись в реальность.
– Черновик Глеба, – кашлянув, ответила она. – Видимо, он писал статью, книгу или сценарий для ролика.
– Он не был похож на автора, – сказал Леонид, отряхиваясь. – Кстати, где ты нашла эти бумаги?
Маша колебалась, подбирая слова. В помещение вошел Марк.
– Ты выпал из окна? – спросил он, оглядев парня и застегнув пальто.
– Чего? – буркнул тот.
– Откуда снег?
– С улицы. Ходил проверить, сильно ли засыпало наши труды. Стремно, что вчера напрасно надрывались.
Марк опешил, предположив:
– Ты взломал дверь?
– Зачем? – удивился Леонид. – Там не заперто.
Бортников заволновался, достал ключ, помрачнел, недоуменно произнес:
– Точно? Ты не путаешь?
У Маши пересохло в горле. В мыслях зародились подозрения и ужасные догадки: «Помимо нас, в здании кто-то есть. По ночам шумел не плохой ремонт, а реальный человек. Как он тут оказался? Что ему нужно?» Она в деталях поведала о столкновении с неизведанным. Парни бросились вниз, немного погодя подоспели со скверными новостями.
– Замок не взломали, даже не поцарапали, – сказал Леонид. – У чудилы, который бродит и кошмарит нас, есть отмычка или дубликат.
– Когда он объявился? Где прячется? – пробормотал Марк. – Мы бы с мужиками точно заметили, что здесь посторонний.
– Поймаем его и спросим, – заявил Леонид.
Вскоре к троице присоединились практически все студенты, кроме Эмилии и еще шестерых ребят. В толпе гуляли тревожные шепотки. Игорь качался на стуле, твердил про жестокого Юру и час расплаты, Яна и Динара соглашались с ним, призывали задобрить призрака. Ангелина верещала о безумном маньяке-шизофренике, который сверлил крохотные отверстия в стенах и шпионил за жертвами, сооружал ловушки, подавлял их волю. Злата спорила с ее доводами, требовала не стигматизировать психическое расстройство. Вика выступала за жесткие меры, предлагала вооружиться, схватить и проучить сталкера. Семен горел идеей создать взрывчатую смесь, выманить неизвестного грохотом и разрушениями. Михаил резко критиковал затею. Настя кричала, чтобы над убийцей Глеба провели самосуд. Женя рыскал в пакетах, ища, чем бы наполнить опустевшую флягу.
Кирилл стукнул по столу, чтобы привлечь внимание толпы, и, добившись тишины, объявил:
– Сперва мы должны понять, где скрывается «невидимка». Четвертый этаж точно завален? – менторским тоном произнес он и, когда Марк подтвердил, нахмурился: – Уверен? Не ври. Или вы с ним заодно?
– Сдурел? – выпалил Марк. – Если не веришь, иди. Там все заставлено мешками, перегородки сломаны, окна заколочены, постоянные сквозняки. Обвинение – полный бред. Я здесь чуть дольше вашего. Меня знакомили только со строителями. Скорее всего, они тоже не в курсе.
– Допустим, – насторожился Кирилл, словно надеялся на иной ответ. – Внизу слишком холодно для нормального проживания, остаются второй и третий этажи. Давайте разделимся.
– Все фильмы ужасов начинаются так же, – воскликнула Ангелина.
Вика прервала ее, сказав:
– Сталкер, кем бы он ни был, отлично затаился, выучил все ходы. Вряд ли он сдастся добровольно, вероятно, будет бегать по корпусу, в момент опасности удерет в лес. Как обмануть того, кто прекрасно ориентируется на территории? Застать врасплох, перехитрить, разрушить ожидания.
– Глупцы, примите неизбежное, – мрачно усмехнулся Игорь, вновь качнувшись. – Провалиться мне на этом месте, если я не прав.
Стул опрокинулся. Парень рухнул на пол, вскочил и замолк, сложив руки на груди.
– Чисто теоретически, где он оборудовал укрытие? – встрял Семен.
Все повернулись к Марку.
– Наверное, на третьем, – рассуждал вслух он. – Хотя там постоянно что-то ремонтируют, красят, а в комнатах пусто.
Маша представила планировку, вспомнила, как они бродили в темноте, подсвечивая дорогу фонариками на телефонах, выслеживали источник грохота, никого не обнаружив. «Что было необычным? – напряженно размышляла она. – Какая-нибудь приметная деталь, броский предмет…»
– Шкаф, – воскликнула она, – в пятой спальне.
– Ты о чем? – спросил Леонид.
– Туда легко залезет человек.
– Внутри пусто, – возразил Леонид. – Конечно, мы не обстукивали панели. Я не заметил зазоров и швов.
Ангелина воскликнула:
– В одном фильме был антикварный шифоньер. Из него убирали пару досок и находили потайной ход.
– Ты про «Хроники Нарнии»? – ухмыльнулся Женя. – Мы тоже попадем в волшебную страну?
Ангелина обиженно поджала губы. Леонид почесал подбородок, неожиданно поддержал и развил версию Маши, обосновав тем, что выкуривать непрошеного гостя из укрытия было проще, чем слоняться по зданию. Его доводы поддержали. Кирилл отнекивался до последнего, велел разбиться на отряды и обойти каждый угол, однако сдался под общим напором.
Парни сгребли сковородки, ножи, стеклянные бутылки, кастрюли, будто отправились готовить ужин, а не ловить незаконного жильца. Настя воинственно рвалась с ними, норовя прикончить убийцу, нервничала так сильно, что едва не упала в обморок. Вика снова предприняла необходимые меры, привела Лебедеву в чувства. Маша забеспокоилась о Марке и друзьях. Наступила тревожная неизвестность.
– Он крался, пока мы спали, – прошептала Ангелина, взъерошив волосы. – Вдруг аноним склонялся над нами, совершал всякие непристойности?
– Боже, ну у тебя и фантазия, – хмыкнула Вика. – Еще скажи, что он или она – вампир.
– Это многое объясняет, – ахнула та, поправив очки. – Бесшумно перемещается, становится невидимым, насылает негативные эмоции.
Вика перебила ее, проговорив:
– Злата, ты не могла выбрать тему для курсача? Вот, пожалуйста: «Творчество – патология или дар?»
– Неэтично разбрасываться диагнозами и медицинскими терминами, – осудила затею та, тряхнув дредами.
Притихшая Динара воспользовалась паузой и твердо произнесла:
– То, что вы приняли за сталкера, не из плоти и крови.
– Я тоже так считаю, – кивнула Яна, стиснув в ладонях шарфик. – Все мои близкие верят в паранормальное. Где бог, там и сатана. Жаль, наши ребята не справятся с полтергейстом.
– Если они погибнут, – отстраненно пролепетала Настя, – по кому вы будете скучать?
– В смысле? – удивилась Динара.
– Ну кто вам нравится? Есть такая игра «Поцеловать – жениться – убить», там нужно выбрать, что сделаешь с загаданными парнями. Давайте попробуем? Снимем негативную энергию.
– Подходящий момент, – усмехнулась Динара. – Они корчатся в муках, а мы составляем рейтинг.
Настя перепутала сарказм с искренним мнением, повеселела:
– Супер. Ты первая, – на пару секунд она задумалась, по-детски приложив палец ко рту, затем воскликнула: – Марк, Кирилл, Игорь. Повторяться запрещено.
– Я не буду в этом участвовать.
– Настя права, мы еще успеем порыдать, – с азартом сказала Вика.
Динара подарила Маше извиняющийся взгляд, без колебаний ответила:
– Бортникова прирежу, причем с особой жестокостью. За Гробаря выйду замуж: он стремный, но при деньгах и связях в прокуратуре. Кирилла, эм, – она скривилась, будто озвучивала что-то мерзкое, – поцелую. Фу, как же противно.
– Почему? – удивилась Настя. – Он симпатичный и умный, играет на гитаре.
– Ага, когда не разносит гадости, – ядовито процедила Динара и обратилась к Вике: – Твоя очередь. Рыжий, Миша, Леонид.
– Самое сложное решение в моей жизни, – хмыкнула та. – Женьку поцелую. Он, кстати, в этом хорош. Хм, колхозник или менеджер? Ладно, на роль мужа выберу Мишу. Он, когда не пьет, тихий и послушный. Леню придется убить. Маш, тебе достались Марк, Кирилл и деревенщина.
– Они уже были, – запротестовала Настя.
– Какая разница? – отмахнулась Вика. – Так интереснее.
– Я пас, – сказала Маша.
– Ой, не смущайся, – подначивала Вика, едко улыбаясь. – Мы просто развлекаемся.
«Они с Волгиным были идеальной парой. Две гадюки, – вздохнула та и задумалась. – Что сказать? Леонид добрый, заботливый, хоть и нудноватый. Кирилл надежный, целеустремленный, но бывает отвратительным. В какой-нибудь параллельной вселенной я бы, наверное, даже встречалась с ними, а в этой, – она улыбнулась, – мне нужен только Марк: неидеальный, романтичный, искренний».
