под ручонку Тан И, чтобы та смогла дотянуться.
— Кхм, — прокашлялся дядя Чжоу, — думаю, ты можешь вывести леопарда из клетки. Только не подпускай его к моей матери, она боится крупных зверей.
— Спасибо, господин Чжоу! Госпожа Чжоу его даже не увидит.
На всякий случай управляющий встал передо мною, и я из-за его плеча увидела, как Тан У открыл дверцу, подхватил на руки сестренку и вышел вместе с туманным леопардом. Затем зверь прыгнул в сторону и исчез из виду. Я попыталась его рассмотреть, но помимо нескольких колышущихся теней не увидела даже его следа.
— Даю тебе два дня, — сказала я Тан У. — Через два дня ты мне понадобишься.
— Как скажет юная госпожа Ли, — кивнул мой скрытый воин. Кланяться с девочкой на руках он не стал.
В свои покои я вернулась окрыленная, обняла Ми-Ми и протанцевала с ней по всей комнате. Как же замечательно всё сложилось с Тан У и его зверем! Теперь мы несомненно победим коварных Сюэ! Не из-за одного Тан У, конечно. Но его идеальное слияние со зверем — знак, что Небеса на нашей стороне.
Мне так не хватало этой крупицы надежды и радости. Давящее внимание со стороны Сюэ выматывало мне душу, недоверие родителей усугубляло страх, а сейчас я впервые поверила в нашу победу. Мы справимся! Мы все: и семья Ли, и дядя Чжоу, и Большой медведь Хо. Никто не умрет от козней Сюэ! Ни одна живая душа!
Теперь я исполню обещание перед Ши Хэ и вытащу ее сестру из того мерзкого места.
Успокоившись, я сгребла в кучу свои записи и пошла в покои отца. Сейчас он должен меня выслушать и поверить! После Тан У — должен поверить.
Папа — господин правый министр! Он лучше распорядится моими знаниями о будущем. Я всего лишь глупая женщина, а он чиновник первого ранга, который пробился в императорский дворец благодаря своему уму.
Перед входом в отцовский дворик меня остановил его личный слуга, Шао Ан.
— Прошу прощения за грубость, юная госпожа Ли, но я не могу позволить вам пройти внутрь, — он низко поклонился.
— Что? Почему?
— Господин Ли запретил впускать кого-либо к себе, в том числе юную госпожу Ли.
— Он сам так сказал? — разозлилась я. Один свиток выскользнул у меня из рук и упал на дорожку.
— Этот недостойный не осмелился бы так поступить с юной госпожой Ли без должного приказа.
Шао Ан поднял свиток и протянул мне.
— Папа один? Хотя бы это я могу узнать?
Слуга, помолчав, решил ответить:
— У господина Ли сейчас госпожа Ли, господин Чжоу, господин Хо и господин Ду.
То есть все управляющие, мама и глава нашей охраны, который отвечает в том числе и за безопасность заведений семьи Ли.
— А мне, его дочери, войти нельзя, — сказала я, сминая бесполезные листы бумаги.
Шао Ан еще раз поклонился и вновь протянул мне поднятый свиток.
— Хорошо. Передай отцу, что я приходила.
— Слушаюсь, юная госпожа Ли.
Я выхватила несчастный свиток и вернулась к себе.
Отец всё еще видит во мне глупую девчонку, чье место во внутренних покоях. Мама допустила меня к делам семьи, а он — нет. Ничего. Я поговорю с ним завтра утром.
Я велела Ши Хэ разбудить меня пораньше, до ухода отца на службу, легла спать и долго ворочалась в постели, обдумывая, как убедить отца поверить мне. Я составила сразу несколько вариантов нашей беседы в зависимости от того, как папа будет реагировать на мои слова. Надо обязательно упомянуть Ши Хэ и ее сестру. Тан У — ярчайшее доказательство моей правоты. А еще сказать про четвертого принца. В тот раз я слишком разволновалась, к тому же говорила не с отцом, а с мамой. Кто знает, как она передала мои слова?
А утром мне сообщили, что отец уехал на рассвете в служебный надел, чтобы разобраться со смытым мостом и поговорить с управляющим землями.
Глава 27
— Мама, почему отец уехал, не сказав мне?
Я ворвалась в мамину спальню и увидела редкое зрелище: мама еще не успела нарядиться и подготовиться к выходу. Она сидела на кушетке перед большим зеркалом, а служанка расчесывала ее волосы, свисающие почти до пола. Платье и накидка лежали на кровати, на маме была надета всего лишь нижняя рубаха с тонкими штанами.
Меня словно молнией пронзило. Белое тонкое исподнее белье, распущенные волосы, чистое лицо без пудры и краски — всё это сразу напомнило ту темницу с клетками, где я видела маму в последний раз в прошлой жизни.
Я отшатнулась, дурнота подступила к горлу.
— Лань-Лань, ты сегодня рано. Почему такая бледненькая? Не выспалась? — встревожилась мама.
Я помотала головой, похлопала себя по щекам, чтобы появился румянец.
— Почему отец так рано уехал? Вчера, после ритуала я так и не смогла с ним поговорить! Меня не пустили к нему во двор! А сегодня он и вовсе уехал! Как он мог уехать, когда у нас происходит такое? Зачем?
— Твой отец не захотел тревожить Лань-Лань мужскими делами, — мама даже бровью не повела, услыхав мою тираду. — Будь ты сыном, всё было бы иначе.
— Но ведь я уже знаю о бедах, настигнувших наш дом!
— И за это муж пожурил меня вчера. Подожди немного, Лань-Лань, пока я не буду готова.
Всё еще бурля гневом, я резко опустилась на невысокую софу, где лежала Бай-Бай, и погладила ее мех.
— Одна Бай-Бай меня понимает, — пробурчала я.
Вскоре мамины волосы уложили в высокую изящную прическу, служанка помогла маме одеться, подала душистую воду, а потом удалилась, повинуясь жесту.
— Не стоит обсуждать при слугах хозяйские беды, — сказала мама. — Твой отец уехал в служебный надел и вернется, как только разберется с делами там.
— Но ведь оттуда всего лишь не пришел шелк, в Линьцзин у нас забот побольше. Как можно уезжать в такое время?
Мама посмотрела на меня с легкой улыбкой:
— Что Лань-Лань знает об управляющих семьи Ли?
— Дядя Чжоу управляет делами поместья, дядя Хо — заведениями и мастерскими в Линьцзин. И еще один сидит где-то там, на землях. Не помню, как его зовут, — потупилась я.
Прежнюю Ялань не заботили дела семьи, а нынешняя… Меня настолько тревожили знания о будущем, что я не потрудилась изучить настоящее.
— А откуда они у нас?
— Всегда были, сколько себя помню, — пожала я плечами.
— Вот как? — мама вздохнула, переплела пальцы рук и начала объяснять: — Чжоу Чунь — потомок семьи Чжоу, которая служит семье
