— Кажись, у меня есть идейка! — жизнерадостно отозвался Рег, прищёлкивая пальцами в такт внутренней мелодии.
— Ты всё ещё здесь? — удивилась Либертина.
— Ну, мне понравилась эта ваша парочка, я тоже решил за ними приглядеть. Да и Року насолить приятно… Сдаётся мне, я смогу заставить вашего Ветинари призвать меня. А уж я ему всё объясню…
***
— Значит, его светлость вернётся через неделю? — Гленда пыталась скрыть радость в голосе, но сразу поняла, что ничего не выйдет. Она так скучала по Ветинари, что её обрадовало даже присутствие на кухне Стукпостука, общение с которым никогда не вызывало у неё приятных эмоций. Впрочем, секретарь патриция выглядел присмиревшим, а в его голосе появились извиняющиеся нотки.
— Да, совершенно верно, — кивнул он, опустив очи доле. — И у меня есть поручение передать вам от него одну просьбу. Возможно, она покажется вам несколько экстравагантной…
Гленда вздёрнула брови. Экстравагантная просьба от патриция? Может быть, его нужно встретить с чем-то вкусным… Как следует помечтать об этом она не успела. Стукпостук озвучил просьбу, и теперь Гленде захотелось встретить Ветинари на перроне со скалкой или сковородкой — чтобы прибить. Или хотя бы как следует врезать стулом.
— Открывать бал с капитаном Моркоу? — переспросила она, чувствуя, что почти рычит. Стукпостук опасливо сжался.
— Его светлость хотел, чтобы всем сразу стали очевидны ваши заслуги, — кротко сообщил он.
— И для этого я должна выставить себя на посмешище? Я не умею танцевать!
— О, патриций распорядился нанять учителя танцев.
— Как это мило с его стороны — разумеется, всего за неделю я смогу догнать то, что люди учат годами!
— Его светлость очень в вас верит.
— Да, почему же он сам в таком случае не желает открыть бал?
— Как я уже упоминал, он прибудет с леди Марголоттой, и, насколько я понимаю, не желает вызывать её раздражения сейчас, когда их противостояние едва завершилось.
— Вот оно что… — Гленде пришлось встать и быстро отойти к плите, делая вид, что срочно нужно убавить огонь. Слышать это — после песен, которые он для неё заказывал, после его писем, которые недавно снова стали приходить, было почти физически больно.
— Мисс Гленда! — голос секретаря прозвучал с нехарактерной для него эмоциональностью. — Я боюсь, вы неверно меня поняли. Патриций не жлает вызывать ещё большее раздражение леди Марголотты, после того, как сперва победил в очередном споре, а потом… Прошу прощения за прямоту, но за время нашего пребывания в Убервальде его светлость ни разу не ночевал за пределами посольства. И вообще большую часть времени мы проводили вместе. Так что, если вы не подозреваете меня…
Гленда невольно рассмеялась — больше от облегчения, чем от неловкой шутки в последней фразе, и развернулась к Стукпостуку. Заговорила мягче:
— Но всё же я не понимаю, зачем он хочет выставить меня на всеобщее обозрение таким образом? И как же мнение Моркоу? И понравится ли это Ангве?
— Увы, моих скромных способностей тоже не всегда хватает, чтобы понять всю глубину замыслов его светлости, но я уверен — всему есть объяснение. Что касается капитанов Моркоу и Ангвы, c ними мне еще предстоит поговорить, но, учитывая нынешнее положение капитаны Ангвы, я надеюсь, она не станет возражать против того, что её не позвали открывать бал.
— Ну, удачи вам с этим, — усмехнулась Гленда, вернулась за стол и пододвинула к Стукпостуку блюдо с булочками. — Стражник и кухарка открывают бал в честь почётных гостей! И какая в этом глубина замысла, хотела бы я знать…
— Тайный король и первая изобретательница Анк-Морпорка открывают бал, — возразил Стукпостук, делая осторожный глоток из чашки с чаем.
— Кстати, по поводу изобретательницы, — прищурилась Гленда. — Что это за история с патентом? Я не давала своего согласия.
— О, в самом деле? — изумление секретаря выглядело искренним. — Но это было личное распоряжение его светлости, он потребовал подготовить бумаги таким образом, чтобы вам пожизненно отчислялась доля с доходов любого государственного электрического предприятия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мне… Что? — Гленда порадовалась, что сама не держала в этот момент в руках чашку — от таких новостей можно было и выронить её из рук, как в каком-нибудь романе. — Но я… Погодите.
— Вы будете очень богатой женщиной, мисс Гленда, — улыбнулся Стукпостук. — И одной из немногих, кто заработал состояние самостоятельно.
— Глупости, — она помотала головой. — Ничего бы не вышло, если бы… Если бы я не была лично знакома с его светлостью.
— Конечно, — дипломатично согласился Стукпостук, — значение социальных связей нельзя преуменьшать, но у его светлости немало знакомых, а о существовании многих людей он просто знает, даже если они о нём не догадываются. И всё же, ни один из них не сделал того, что сумели сделать вы. Вы спасли город и подставили его светлости плечо в нужный момент. Так что его решение попросить вас открывать бал, вполне объяснимо. Я полагаю, при иных обстоятельствах он сам с удовольствием составил бы вам пару, но учитывая присутствие леди Марголотты… А капитан Моркоу — законный, пусть и неназванный наследник трона. Достойная замена.
— Осталось убедить Моркоу, — вздохнула Гленда. — Ладно, выучу я этот танец. Попробую. Но если будет смотрется как посмешище — откажусь, и вы меня не заставите, понятно?
— Благодарю, мисс Медоед, о большем я не смел бы просить.
— Зовите меня Глендой, чего уж, — проворчала Гленда, всё ещё не до конца веря, что ввязалась в очередную авантюру, задуманную Ветинари.
— Тогда и вы называйте меня по имени, — торжественно провозгласил Стукпостук. Гленда вопросительно подняла бровь. — Руфус, — пояснил Стукпостук. Гленда кивнула.
Ещё пара минут прошла в молчании. Секретарь допил чай и, казалось, уже собрался уходить, но бросил на Гленду нерешительный взгляд.
— Что-то ещё? — догадалась она.
— Да. Мисс Гленда… — Стукпостук одновременно оживился и смутился, будто сам не был уверен, что хочет говорить. Вытер ладони о колени. — Я хотел вас кое о чём попросить. Но, видите ли, это личное.
— Я вас слушаю, — ответила Гленда, стараясь не показать, как её забавляет его серьёзный тон в сочетании со всё нарастающим смущением.
— Это касается Милдред. Мисс Ветерок. Видите ли, после того, как патриций настоял, чтобы я выполнял обязанности её помощника в будущем Железнодорожном музее, мы в некотором роде подружились. Да, думаю, я имею право называть её другом. И однажды я пригласил мисс Ветерок на экскурсию к Дику Симнелу — у меня есть связи среди машинистов, и я подумал, что ей будет интересно… Я оказался прав даже более, чем рассчитывал. Если говорить коротко, у мисс Ветерок настоящий талант к управлению поездом. Конечно, это тяжёлая физическая работа, но, кажется, ей не привыкать, и у неё отлично получается! Я так ей и сказал: надо попробовать. Я уверен, Дик не отказался бы взять её машинистом… Машинисткой? В общем, дать ей управлять паровозом на каком-нибудь небольшом направлении для начала. Но она отказывается, говорит, что всё это просто шутки, и парни её не примут. К тому же у неё есть стабильная работа во дворце, и нельзя рисковать. Вы могли бы с ней поговорить? Пока я ехал из Убервальда, я слышал что говорили парни — новые поезда Дика, те, что пойдут на электричестве, будут ещё легче в том, что касается приложения грубой силы, но потребуют внимания, а Милдред, простите, мисс Ветерок, с этим совершенно точно справится.
Гленде стоило невероятных усилий сдержать понимающую ухмылку. В конце концов, Стукпостук-то над ней не хихикал по поводу отношения Ветинари. И вообще. Милдред Ветерок управляет поездом! А секретарь патриция влюблён в неё, пусть и пытается это скрывать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я обязательно с ней поговорю мист… Руфус, — сказала она решительно. — Я ей пообещаю, что если у неё не получится с поездами, она всегда сможет вернуться сюда, в кухню. И в музее она останется пока главной. Как думаете, это её убедит?
— Надеюсь, убедит. Я буду вам очень признателен.
