Чжоу Гонджин тонко улыбнулся. Он не был расстроен из-за их смерти. В конце концов, они были лишь людьми, предки которых, так случилось, жили в той же стране. Их страна не предоставила даже чуточку защиты, но они имели наглость требовать, чтобы другие трудились в поте лица и предоставляли ресурсы, будто это само собой разумеется. У него не было причин хорошо к ним относиться, так же как он не имел никаких положительных чувств к правительству этой страны.
Просто великолепно, что сила страны ослабла, подумал Чжоу. Уменьшение национальной силы подразумевает увеличение экономической стоимости. Если национальная мощь всех стран снизится, императивные нормы также ослабнут, а это, в свою очередь, даст ему больше свободы действий.
В этот раз целью было уменьшить магическую силу этой страны, навлекая на смерть в бою многих боевых волшебников, что, похоже, закончилось провалом. Тем не менее другая страна понесла значительный ущерб. Кроме того, вероятно, та страна мобилизует Волшебника Стратегического Класса. Его мастер уже всё устроил. Так что эта страна, несомненно, отправит собственного Волшебника Стратегического Класса.
Какая сторона выиграет? Или это будет взаимное уничтожение?
Чжоу легонько покачал вино в бокале и злобно улыбнулся.
◊ ◊ ◊
Вернувшись домой, Миюки провела ночь в одиночестве.
Она нередко оставалась одна.
Из-за тренировок с Отдельным магическим батальоном, были времена, когда Тацуи не было дома. В эти времена она обязательно получала от него сообщение, и сегодняшний день не стал исключением. К тому же Миюки всегда была связана с братом, каким бы расстояние ни было.
Не абстрактной или идеологической связью, брат своей силой всегда следил за её окружением и защищал от всех угроз.
Как и сейчас.
Даже если она на время прекратила подавлять силу брата, его охрана никогда не прекратится. Тацуя будет всегда подсознательно смотреть за Миюки. Эта мысль по-прежнему её радовала, хотя выбора ему никто не давал.
Как раз в эту секунду зазвучала мелодия телефона. Мелодия, которая почти никогда не звучала.
Судьба манит
Как и эта фраза, эта мелодия всегда решала их судьбу.
Она поспешно встала на ноги, слегка прихорошилась, стала перед камерой и приняла видео звонок.
— Давно не виделись, Оба-сама.
— Прошу прощения за поздний час, Миюки.
— Нет, это далеко не так.
Подняв глубоко склоненную голову, Миюки увидела, как на другой стороне экрана тепло улыбается элегантная женщина, одетая в совершенно черное платье. Хотя на самом деле ей было за сорок, внешний вид давал впечатление, что ей тридцать. Но Миюки не показалось, она и вправду выглядела на тридцать.
В отличие от несказанной красоты Миюки, эта женщина была полна женственного шарма и очаровательной зрелой красоты.
Это была сестра-близнец их матери.
Текущая глава семьи Йоцуба.
Одна из сильнейших волшебников мира.
Йоцуба Мая.
— Неужели?.. Всё же сегодня был довольно напряженный день.
— Извините, что заставила волноваться, — кратко ответив, она ещё раз грациозно поклонилась перед камерой.
Мая неторопливо кивнула на позу племянницы.
— Теперь, когда увидела твое лицо, я могу расслабиться. Впрочем, волноваться и ненужно было, с тобой ведь был Тацуя... Кстати, а где он сейчас? — будто ненароком это вспомнив, или, может быть, просто случайно перейдя на эту тему, Мая задала вопрос.
Тем не менее Миюки это не обмануло. Она очень хорошо понимала, что это не настоящий вопрос тёти.
— Мои искренние извинения. Онии-сама всё ещё разбирается с некоторыми послеоперационными обязанностями, и ещё не вернулся.
— Ах! Не могу поверить, что Тацуя оставил свою милую сестренку, куда же он убежал, тратить зря своё время? — Что за головная боль, Мая прижала руку к лицу и этим преувеличенным движением изобразила потрясение.
— Я огорчена, что мы заставили вас волноваться. Я не всегда знаю, где Онии-сама находится в любой момент времени... — В сравнении, Миюки оставалась в своей безупречной осанке и уважительном отношении. — Тем не менее, Оба-сама, нет причин для беспокойства. Меня всегда защищает сила Онии-самы.
— Ах, и то верно. Миюки, хотя ты открыла печать, Тацуя никогда не откажется от своей клятвы, — с небольшой улыбкой сказала Мая. Эта улыбка, казалось, делала выговор Миюки за снятие оков Тацуи без предварительного согласования с Майей.
— Верно, как вы и сказали, Оба-сама. Где бы ни был Онии-сама, он никогда по собственному желанию не откажется от своих обязанностей Стража.
Но, несмотря на это, серьезное отношение Миюки не оставляло бреши, которой можно было бы воспользоваться.
— Слышать, как ты это говоришь, безусловно, успокаивает. Ах да, почему бы вам двоим не приехать домой в следующее воскресенье. Уже прошло много времени с тех пор, как я видела вас лицом к лицу.
— Я потрясена вашим приглашением. Я передам это сообщение Онии-саме, когда он вернется.
— Буду с нетерпением ждать. Тогда спокойной ночи, Миюки.
— Спокойной ночи, Оба-сама.
Экран погас, Миюки глубоко вздохнула и, убедившись, что связь оборвалась, свалилась на диван.
Она была под огромным давлением, всякий раз, когда сталкивалась с тётей. Почему-то она всегда выбирала время для звонка, когда брат отсутствовал (на самом деле она, вероятно, намеренно выбирала это время).
В конце концов, это ведь их тетя. Она должна понимать то, что не может понять Миюки.
Тем не менее Миюки не могла позволить себе быть небрежной перед Майей. Любое неуместное заявление приведет к дальнейшему ограничению передвижений брата.
Она распахнула шторы и посмотрела в сторону западного неба, где был брат.
Чтобы закончить инцидент раз и навсегда, брат, вероятно, сопровождает Казаму на Цусиму.
По крайней мере так говорилось в сообщении, которое получила Миюки, Тацуя никогда ей не лгал.
Сердце говорило ей, что это необходимо.
Миюки ничто не радовало больше, чем необходимость других в Тацуе.
Но сегодня...
Этой ночью...
Сердце тосковало...
И желало, чтобы Тацуя остался рядом.
Сейчас Миюки была одна в их доме.
Она взяла на себя слишком одинокое и трудное бремя жизни.
«Онии-сама...»
Взывая в мыслях к брату, она нежно обхватила себя руками.
Будто чувствуя остатки тепла от нежного объятия брата ранее, руки Миюки сжались вокруг тела.
◊ ◊ ◊
31 октября 2095 года.
Был Хэллоуин, но поскольку Тацуя не был Христианином, сегодняшний день не имел для него особого значения.
Он прибыл на Базу Цусимы.
Тридцать пять лет назад, во время Третей Мировой Войны — шумного периода, когда двадцать лет вспыхивали бесчисленные войны — этот остров был атакован из Кореи силами автономного региона Большого Азиатского Альянса, семьдесят процентов жителей погибло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
