Прежде чем это случится – пронзить его!
– О… ООО!!!
Перегретое сознание Харуюки окрасило все поле зрения в раскаленно-белый цвет. Но он собрал еще больше воображения и продолжил рваться через преграду.
Серебряный свет твердо вдавливался в пустоту. Шкала энергии безжалостно истощалась.
Видимо, из-за того, что Харуюки слишком сосредоточился на силе атаки, все вокруг закачалось, пошло рябью. И через центр этой ряби медленно, потихоньку вдвигался его световой меч.
Он дотянулся. Острие меча наконец прикоснулось к ладони Номи –
Но прямо перед этим.
Последний пиксель, горевший в шкале энергии, погас.
Грохочущий звук двигателей задрожал, реактивные струи замерцали.
Под маской Даск Тейкера расплылась безумная ухмылка.
И в этот миг –
«…Давай, Ворон-сан. Еще совсем немного».
Харуюки услышал голос, и чья-то ладонь легла на его правую руку.
«…Давай, держись. Еще совсем чуть-чуть».
Раздался другой голос, и кто-то подтолкнул Харуюки в плечо.
– У… а… ААААА!!! – проревел Харуюки, собрав всю оставшуюся в нем силу в единственную точку в правой руке. И – пусть всего на мгновение – но громадные языки пламени вырвались из двигателей, энергетическая шкала которых была абсолютно пуста.
Этот импульс подтолкнул Харуюки вверх, и его световой меч пробился-таки сквозь барьер пустоты. Пять когтей рассыпались облачком фиолетового света и исчезли.
– Что…
Будто стирая изумленный звук, вырвавшийся у Номи…
КИИИИИИН!!!
Раздался адский звон, и световой меч, протянувшись вперед, рассек правую руку Даск Тейкера, и та рассыпалась на бессчетные полигоны.
– …Раааа!!!
Сознание Харуюки было настолько истощено, что удивительно, как он еще мог двигаться. И тем не менее, прежде чем упасть с огромной высоты, его тело двинулось вперед само собой, и левая рука со всей силы воткнулась в грудь врага.
Сияние инкарнации было настолько слабо, что, считай, его почти и не было, но все же рука Харуюки пронзила сумрачный аватар насквозь и чуть-чуть высунулась из спины Даск Тейкера.
– Гхх… гхуууу!.. – застонал Номи, откинув голову, и струя красно-фиолетовых искр вырвалась из его раны.
…Еще всего один удар!!!
Если Даск Тейкер пропустит еще одну хорошую атаку, его хит-пойнты, скорей всего, испарятся полностью.
Однако как только это произойдет, Харуюки тоже погибнет.
Потому что он не перезарядил в очередной раз «Ураганный двигун», и у него не оставалось энергии, чтобы контролировать спуск. Хит-пойнты почти уже кончились и, если он рухнет на землю с такой высоты, кончатся совсем.
Но все равно – пусть даже так.
Между мной и Номи будет ничья, и все очки достанутся Сиан Пайлу. Моя мечта перейдет к Такуму. Тогда мое сражение не напрасно.
Подстегивая свое сознание, которое должно было вот-вот уже просто взорваться, Харуюки занес правую руку для удара.
Последняя атака прямо в шлем врага, который тоже почти уже без сознания –
Прямо перед тем, как нанести удар…
…он услышал.
– «Цитрон колл»!!!
Этот голос он слышал чаще всех на свете, возможно, даже чаще, чем голоса родителей. Вместе с этим голосом он смеялся, играл, иногда ссорился, но быстро мирился…
Взгляд Харуюки будто притянуло этим голосом вниз, к земле.
Столб прекрасного изумрудного света поднялся от ярко-зеленого аватара, неподвижно стоящего в школьном дворе, и окутал Даск Тейкера.
В ночном небе разлетелся звон тысяч колокольчиков.
И, словно получив ангельское благословение, сумрачный аватар начал излечиваться. Растрескавшаяся, обожженная броня вернула прежний блеск. Потерянные руки отросли заново.
Мгновенное, но глубочайшее отчаяние охватило Харуюки.
Красно-фиолетовые глаза за круглой черной маской моргнули, потом ярко вспыхнули.
– …Ку, ку-ха, ха-ха-ха.
Визгливый хохот.
– Ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!
Вскинув одну из отросших рук вверх, Даск Тейкер заорал:
– Смотрите все, вот она, истинная преданность!!! Как вам это?.. Вот что такое сила! Вот как надо править другими!!! Дружба?! Узы?! Очень это все надо!!! Отбирать и этим управлять!!! Вот единственная абсолютная сила!!! Ха-ха-ха… ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!
Громкий, искаженный смех исходил из него подобно ауре, фиолетовые электрические искры срывались в воздух.
– А теперь… пора… кончать!!!
Из всех десяти зловещих когтей потянулись волны пустоты.
Они уже вот-вот должны были разорвать на части тело Харуюки –
Как вдруг.
Что-то случилось.
Ослепительная вспышка.
Сияние исходило от раскинутых в стороны демонических крыльев за спиной Даск Тейкера.
Крылья растрескались, будто превратившись в сверхтонкое стекло. А потом с сухим грохотом развалились на части.
И исчезли.
– Что…
Глаза Номи расширились.
– Поче… му… Почему мои крылья пропа-…
Прежде чем он договорил, оба аватара содрогнулись. Сила, державшая их в воздухе до сих пор, исчезла, и они стали падать, сцепившись друг с другом.
Однако Харуюки мгновенно почувствовал, как что-то пытается остановить его.
Это было тепло. Слабое тепло, поселившееся в спине, возле краев лопаток.
Замедлилось падение одного только Сильвер Кроу; его левая рука, пронзавшая тело Даск Тейкера, вышла наружу.
Аватар цвета сумерек полетел вниз головой к земле, обалдело раскинув руки в стороны.
Падение же Харуюки еще замедлилось и в конце концов прекратилось; он остался парить в воздухе.
И это сделал не «Ураганный двигун». Его шкала была по-прежнему абсолютно пуста, и «Усиленное вооружение» молчало.
Да – это ощущение. По которому он так тосковал, что плакать хотелось; а сейчас оно возносило его вверх.
– …А, аа… – вырвалось у Харуюки, и слезы потекли из глаз.
Тепло, поселившееся в лопатках, превращалось в жар. Энергия вспухала, вихрилась, ища выхода. Словно в двух костях внутри Харуюки пробудилась память об органе, который когда-то был к ним присоединен.
Харуюки, словно его вело что-то, поднял руки и скрестил перед грудью.
Сжал кулаки. С силой сжал.
– …С возвращением. И спасибо, – прошептал он и резко развел руки в стороны.
Шарааааан!!!
Звук куда более прекрасный, чем любой другой звук на свете, заполнил ночное небо.
Даже не видя, что происходит, Харуюки знал. Он знал, что десять металлических пластин, серебряно сияющих в лунном свете, расходятся от его плеч по обе стороны от реактивных двигателей.
