а не мудаком, и обращаться с ней так, как и полагается обращаться с девушками.
На такой вывод меня натолкнула ситуация с её «обмороком». Вернувшись домой, я уже по обыкновению полез мониторить обстановку, а когда увидел Кэсси неподвижно валяющейся на полу, ноги сами понесли меня к её комнате. Это же надо было так лохануться, а? Поэтому было решено кардинально изменить условия её пребывания здесь. Она не пленница, не прислуга, а жертва обстоятельств, в которые я загнал нас по собственной вине. Просто прокачу её с ветерком, чтобы сбить с неё спесь и утихомирить. Она должна войти в положение и не усложнять дело, а для этого нам нужно немного поговорить. И, крайне желательно, не в замкнутом пространстве.
Когда Кассандра стояла напротив меня в мокрой футболке, я прекрасно видел, какие намерения были в её голове. Она меня хотела уничтожить взглядом, а всё, чего хотел я — снять с неё эту проклятую тряпку, завалить на пол и пройтись языком по её телу. Я, в конец, обезумел. Наверняка она подумала, что я ржал над ней. Если бы… Единственным посмешищем в этой комнате был я.
— Я готова. — Моя попутчица появляется в гараже ровно через десять минут после сигнального стука в её дверь.
Сидя на капоте Porsche, бегло скольжу взглядом по её прикиду, подмечая, какая она всё-таки чертовски красивая даже несмотря на насупленный вид. Чёрная облегающая одежда делает её похожей на пантеру. Волосы собраны в непонятное нечто, и перед глазами почему-то сразу появляется кадр, на котором она пытается совладать со своими непокорными кудрями, бормоча под нос что-нибудь нецензурное. Давлю неуместную улыбку и спрашиваю вполне добродушно, чтобы уже сейчас приступить к «раскуриванию трубки мира»:
— Подошли вещи?
Кэсси просто кивает и, убрав руки в задние карманы, начинает осматривать моё святая святых. Кроме той, что подо мной, здесь есть ещё две тачки: чёрный «рабочий» внедорожник BMW и Lexus Макса, который он оставил в ЭлЭй в нашу последнюю встречу. У них с Лили был многодневный автотрип через несколько штатов. Вот только, добравшись досюда, ему уже через день срочно пришлось вылетать домой, а его жена побоялась оставаться со мной один на один. Шутка, конечно же. Просто они теперь работают в одной конторе, да и куда они теперь друг без друга. Конечно, я мог оставить его тачку и на платной парковке, но у меня безопаснее. Номера я предусмотрительно снял, а Ханна считает, что это моя старая машина. Кстати, она ни разу даже не заикнулась о том, чтобы прокатиться на ней. Видимо, эта марка не очень вписывается в реалии её богатого внутреннего мира.
— Мы поедем на этой? — А вот Кассандру заинтересовал именно накрытый чехлом Lexus.
Вижу, что ей до одури хочется здесь всё детально рассмотреть, но гордость не позволяет проявлять любопытство в открытую. Похоже, мы оба играем сейчас по одним и тем же правилам…
— Нет. — Спрыгиваю с капота и направляюсь к своему тайному увлечению, о котором не знает никто, кроме моей семьи. Настоящей семьи.
Нажимаю кнопку-невидимку на двери, надёжно замаскированной под кирпичную стену, за которой находится ещё одно небольшое помещение. Фальш-панель бесшумно отъезжает в сторону, открывая вид на мой «Vyrus», итальянский байк из эксклюзивной коллекции, который я урвал на закрытом аукционе. Я не планировал производить впечатление на Кассандру, но за моей спиной раздаётся ожидаемый вздох.
— Брайан, кто ты, чёрт подери? Киллер?
Пропустив её вопрос мимо ушей, подхожу к своему заскучавшему «Вирусу» и сразу седлаю его, упираясь ногами в пол, чтобы подготовить свою ошеломлённую пассажирку. В её взгляде прямо сейчас отражается борьба страха и предвкушения. Точно знаю, что она хочет присоединиться, но не решается. Ну же, ты ведь уже пришла.
— Подойди ближе, — сдержанно прошу, стараясь сохранить по максимуму нейтральный тон.
Помешкав, Кассандра делает два робких шага, оказываясь в опасной близости от меня. Ждёт. Сверлит меня своими кофейными глазами, в которых роятся миллионы мучающих её вопросов, и, пока я не успел сморозить что-нибудь лишнее, безмолвно надеваю на неё мотошлем. Она слегка вздрагивает, когда я защёлкиваю фиксаторы, задевая пальцами кожу её шеи, но больше не тушуется. Наоборот, напускает на себя вид развязной невозмутимой девчонки. Хотя, я больше не знаю, какая она. Может, такая и есть. Опускаю затемнённый визор вниз до характерного щелчка, лишь бы она не испепеляла меня своим пристальным взглядом.
Иной раз меня тоже подмывает устроить ей допрос с пристрастием. Например, о том, почему она оказалась такой сукой? Но это всё уже не должно иметь значения. Задать подобный вопрос Кассандре — значит признать, что я ничего не забыл. Она запросто может воспользоваться этим, чтобы извлечь для себя выгоду. Второй раз на её чары я точно не поведусь. Где-то слышал забавное выражение: дать кому-то второй шанс — всё равно, что вручить вторую пулю тому, кто не попал с первого раза. Умирать пока не входит в мои планы.
Осознание того, что она не по-детски волнует меня, отравляет моё существование и заставляет чувствовать себя слабаком. Но я справлюсь. Я смогу. Я должен, чёрт возьми! Иначе превращусь в безумца, способного на опрометчивые поступки. Эта поездка должна стать моей персональной проверкой на прочность.
— Садись. — Киваю на заднее сиденье и, пока новоиспечённая байкерша исполняет моё указание, надеваю шлем и на себя.
Под её весом байк даже не шелохнулся. Она ест хоть что-нибудь? Спиной ощущаю тепло от присутствия Кассандры, но она ожидаемо берётся не за меня, а за держатель. Боится. Вот и правильно, лучше бойся.
Кнопкой на брелоке запускаю автоматические ворота, которые отъезжают одновременно с частью «соседского» забора, и нашему взору открывается огромный газон уже другого участка с домом поменьше. Да, он тоже мой. Конспирация — штука сложная. Иногда вот такие обходные пути могут спасти жизнь, но ещё я ими пользуюсь, чтобы незаметно покидать свой дом на случай, если за мной кто-то вздумает следить.
Нажав кнопку включения, поворачиваю ключ и мгновенно расслабляюсь, как только слышу урчащий звук движка, заглушающего грохот моего сердца. Убрав подножку, выжимаю сцепление и плавно трогаюсь с места. Проехав прямо по садовой дорожке, мы покидаем территорию, как два чёрных всадника под покровом ночи.
На трассе я уже могу оторваться по полной программе. Выжимаю газ, радуясь чувству свободы, которое дарит этот полёт по асфальтированной глади. Резво обгоняю еле плетущиеся машины и гоню до Беверли-Хиллз с высоченными пальмами, по-солдатски выстроенными в ряд с обеих сторон дороги. Боковым зрением вижу мелькающие огни вечернего города,
