замены. Два отделения стали пробиваться вперёд, а я очень надеялся, что Виноградова хорошо усвоила инструктаж и не будет делать лишних телодвижений в сторону бойцов. Их задача досмотреть все помещения, а уже после выводить заложников, но может случится и так, что мы не сумеем пробиться.
Её задача выжить. Выжить любой ценой.
— Третья группа, к бою!
Чувствую хлопок по плечу, сигналящий о готовности бойцов, и медленно выдвигаюсь в перёд, сразу же ловя несколько пуль щитом.
— Цель! — оповещаю, заметив духа у ворот.
Мне с пистолета стрелять бессмысленно, а щит весом в двадцать пять килограмм, не позволяет применять автомат. Поэтому палить по духу начинает Волк, всегда стоящий в группе вторым номером.
Когда дух замертво упал, мы двинулись дальше. Удалось даже пробиться внутрь, но пришлось быстро оттягиваться, потому что помещение оказалось слишком просторным и сложным в плане обстановки. Кругом валялись какие-то стеллажи, ящики, коробки. Возможно, пока мы подготавливались, духи тоже не сидели сложа руки и подложили нам сюрпризы в виде растяжек.
Мы осторожно двинулись вперёд, и Сокол начал вести прицельный огонь, пока я глядел в смотровое окно щита, где могут прятаться люди и препятствия. Первое помещение зачистили довольно быстро, а после стали дожидаться вторую группу, которая должна сменить нас.
Таран чётко дал понять, что его не волнует наш героизм, слабоумие и отвага. Ему нужны хорошие результаты и успешная спецоперация. А жизни… На наши жизни ему всегда плевать было, хоть он умело это и скрывает.
Пробиваться внутрь было непросто. Свет отрубили ещё до начала операции, а ночное видение не предусматривали, поэтому приходилось использовать тактический фонарь на щите.
Когда помещения вначале склада были досмотрены, мы добрались до отдельных небольших комнат. Духов здесь было гораздо больше. Вероятно, всё дело в том, что здесь они жили. Я очень надеялся, что Лиза была в этом грёбаном складе, а не в Сирии, как предположил Ярцов. Это будет конец.
* * *
Я пришла в себя от того, что меня сильно хлопали по щекам. Мало того, что в голове стучало словно молотком, так ещё и этот упырь не дал поспать нормально. А я реально спала. Видимо бессонные ночи и стресс дали о себе знать в какой-то жуткой форме.
— Сука! Как ты их притащила?! — орал Потапов, меряя шагами небольшую тёмную комнатушку.
Я огляделась и поняла, что меня перетащили в другое место, но слава богу ничего не сделали.
— Она будет нашим гарантом на спасение, — твёрдо сказал Арген, тряхнув меня за плечо.
Я скинула с себя его руку и потрогала холодными пальцами налившийся на виске синяк. А ведь и убить мог, попади на два сантиметра выше. Козёл.
С меня только сейчас начал сходить сон и вдруг отчётливо услышала крики и автоматную очередь. Через единственный оконный проём лился лунный свет, и до меня вдруг дошло, что ребята уже начали операцию по нашему с Лисом спасению.
Мой тихий смех оборвался звучной пощёчиной, от чего голова едва не лопнула. Я медленно повернула голову и посмотрела на Аргена.
— Ещё раз меня тронешь, я тебе руку сломаю.
Тёмное лицо в лунном свете оскалилось, а в глазах ублюдка сверкнула похоть.
— Брат, я ждал, когда сучка очнётся. Не мог бы ты выйти ненадолго?
— Ты издеваешься?! Нас вот-вот за задницы прихватят, а ты только и думаешь, как своих сук оттрахать? Я бы на твоём месте ей матку вырезал, прежде чем спецназовцы до нас доберутся!
Это была плохая идея. Очень плохая идея.
Но судя по тому, как сощурился Арген она ему приглянулась, и тогда он двинулся чуть ближе, вынуждая меня завалиться назад. Да только, кто этой твари даст провернуть нечто подобное. Я подтянула ногу врезала уроду прямо по кривой роже, повалив его на пол. Вскочила, но Потопав был вооружен, а потому ничего предпринять не дал.
— Стой! Сука, я бы тебя грохнул, да есть маленький шанс, что ты нам выбраться поможешь.
— И чем же? — хмыкнула я, чувствуя, как пульсирует висок. — Со мной или без меня далеко вы не уйдёте.
— Ты сейчас меня провоцируешь? — разозлился он, нервно тряхнув пистолетом.
— Тебе легче станет? — спрашиваю с деланным равнодушием. — Ничем тебе это не поможет, Видимый. Выйти из здания прикрываясь мной… Как правило в таких случаях выживает только тот, что прикрыт. А значит, кому-то из вас придётся пожертвовать собой ради другого.
На самом деле было плевать, как они поступят. Не выживут оба, потому что я знала из инструктажа, что даже в большом здании, набитом духами, время досмотра длится не больше часа. Судя по тому, что перестрелка где-то совсем близко, шансов на отступление у них нет никаких.
— Сюда иди! — рявкнул бывший сослуживец.
— Брат, не…
— Заткнись, Арген. Из-за тебя мы в этой заднице оказались. Я всегда шел на поводу у твоих идиотских игр с бабами, но взять в заложницы опера, перешедшего под крыло Арестова, было уже перебором.
— Ты сам говорил, что её убить надо.
— Убить, баран, а не трахнуть.
Я осторожно подошла к Потапову, стараясь думать только о том, что сумею подгадать нужный момент для обороны. Главное выбить оружие, а уже потом сориентируюсь как-нибудь.
— Будешь кричать, Лиза. Громко. Думаю, они должны услышать.
— Ты на мне одежду видишь? В этом я похожа на террористку-смертницу, а не на знакомую им Лизу Виноградову.
За пределами комнаты раздался жуткий грохот и с потолка посыпалась штукатурка.
— Так сделай что-нибудь! — рявкнул Серж. — Иначе нас всех тут грохнут.
Я стянула с головы платок, крепко крепившийся заколкой к волосам, и размотала идиотский узел на шее, который постоянно мешал свободно дышать.
И ровно в этот момент дверь вышибли с ноги, а в проёме появился щит. Потапов схватил меня за шею и подтащил к себе, наставив в больной висок дуло пистолета. Арген же начал палить по щиту, ориентируясь на свет мигающего фонаря.
— Брось оружие!
— Я её грохну!
Новые выстрелы со стороны Аргена и всего один от группы. Но тут же я слышу предсмертный хрип ублюдка и страшное от бойцов:
— У нас трёхсотый!
— Брось оружие!
Я не знала, кто стоит за щитом. Что за группа. В этой шумихе и голоса узнать не возможно, особенно когда собственное сердце стучит в горле, а в голове набатом долбится мысль, что я должна что-то делать.
— Дайте дорогу или я её грохну.
Я жмурюсь и глубоко вдыхаю, замечая, как останавливается время вокруг. Словно в замедленной съёмке вывернулась из его рук и ударила локтем в правый бок. Именно этой
