– Все прошло хорошо, хозяин?
– Даже лучше, чем могло бы быть. Найди нам экипаж, мы едем на Волчий остров, но перед этим в Ламблет, к Башне.
Переехав через Эстру, затем проехавшись по широким и очень деловым улицам Эддингтона, мы попали в Ламблет, к дворцу Скоальт-Ярда. Там, поднявшись к себе, я отдал несколько приказов лично старшим офицерам, после чего покинул Башню и направился через всю южную часть города, Эрценвик, Оуквэйл, Олдорн к Волчьему острову.
Этот остров граничит с Олдорном на западе, кварталом Теней и Маленьким Дзанкогом на севере, а остальное его соседство нисколько не примечательно. На всех пяти мостах Волчьего острова круглосуточно стоят отряды островной милиции. Люпсы не особо уживчивые существа и ценят уединенность. Это не значит, что представитель чужого вида не может свободно попасть на остров, но это значит, что он не может рассчитывать на особое гостеприимство, если не был приглашен.
Когда я вознамерился встретиться с главой столичной общины люпсов… точнее их вожаком, я понимал, что не могу просто нанести ему визит как верховный дознаватель. Скорее всего, меня бы просто оскорбили в лицо и в ближайшее время объявили бы нежелательной персоной в этом этническом районе. Люпсы вполне могли это сделать, и даже сделали бы с удовольствием при малейшем поводе. Поэтому я начал писать письма второму и последнему люпсу в столице, с которым был знаком лично. Его звали Куно Рупельт, и он занимал пост главы милицейских отрядов, несущих дозор на Волчьем. К сожалению, мои отношения с Рупельтом были далеки от теплой дружбы, он служил лейтенантом в «Сангуашлосс» и сражался под моим командованием, но никаких иных связей я с ним никогда не устанавливал. Тем не менее общее военное прошлое, как я надеялся, должно немного склонить чашу весов в мою пользу. Не знаю, волей ли Императора или все же благодаря моей удаче, но приглашение я получил.
– Дальше пешком, – рыкнул старший патруля, протягивая мне листок. – И поживее, вас там ждут!
Нас действительно ждал Куно Рупельт, люпс, вопреки сильной природной склонности сутулиться, умеющий держать спину прямо.
– Здравствуйте, – я бросил взгляд на рукава его кителя, – капитан.
– Здравствуйте. Не будем терять времени, господин Акельд выступает перед стаей с камня Акара, после этого он будет слишком занят, чтобы разбираться с тем, с чем не может разобраться ваш Император.
Мне стало ясно, что приглашением на остров я все-таки обязан помощи его величества.
– К тому же исходя из сути вашей просьбы, это место будет оптимальным. Тело Вольфельда все еще лежит там.
– Тогда поторопимся. И кстати, не забывайте, что наш Император и ваш тоже. Никогда не забывайте об этом, капитан. Даже во сне.
Он неприветливо приподнял верхнюю губу и пошел вперед.
Поторопиться не вышло, потому что район велик, а передвигаться в нем трудно, ведь люпсы не ездят верхом и не позволяют какому бы то ни было транспорту курсировать по Волчьему острову. Причин тому несколько, во-первых, они и сами по себе могут быстро передвигаться, во-вторых, на Волчьем нет дорог. То есть вообще. Я не знаю, как этот остров выглядел до того, как был передан люпсовской диаспоре в стародавние времена, но с тех пор мохнатые полностью приспособили его под свои вкусы. Нигде больше в Старкраре нельзя найти столько беспорядочно растущих деревьев. Пустой лес не в счет. Вместо построенных домов у люпсов самые настоящие пещерные логова! Оснащенные дверьми и застекленными окнами, но тем не менее логова! Да, люпсы живут в искусственных пещерах, выдолбленных внутри скальной породы, которую сами же на остров и завезли. Они устраиваются внутри голых скал и поросших травой холмов, которые заменяют им обычные дома. Трава растет везде, где только может, вместо дорог – тропы, и пользуются этими тропами далеко не все, многие предпочитают просто скакать в искусственном лесу, ориентируясь по запаху. А скачут люпсы на всех четырех, довольно дико со стороны, зато быстро и бесплатно. Хорошо хоть не гадят где ни попадя, с этим аспектом жизни на Волчьем очень строго. Единственным более-менее цивильно выглядящим местом во всем районе является круглая, выложенная камнем площадь вокруг камня Акара, святыни любой люпсовской диаспоры. Камень этот являлся чем-то ценным лишь для люпсов, но для прочих подданных он был не более чем куском скальной породы, с которой вещает вожак и под которым сидят старики – отголосок племенного социума. Вожаков общины выбирают старики, и критерии, которыми они руководствуются, далеки от принятых в цивилизованном мире. Самые большие шансы возглавить племя обычно есть у самых сильных и агрессивных представителей. Старики подбирают оптимальный баланс между силой и умом и отдают титул вожака наиболее подходящему претенденту. Имперские законы никак не влияют на институт внутренней власти люпсов. Правда, иногда с выбором старейшин согласны не все члены общины, и тогда вожаку бросают вызов.
Когда мы приближались к площади, я услышал многоголосый вой, рык, разъяренный лай.
– Похоже, кто-то пробивается на вершину вашей скалы, – сказал я.
Наш провожатый не произнес ни слова, но лишь прибавил шаг. Ему явно хотелось опуститься на четвереньки и ринуться вперед, но долгое общение с людьми научило его контролировать порывы. Когда мы наконец-то вышли на площадь перед камнем Акара, «дуэль» уже завершилась. Тяжело дышащего Акельда бинтовали серые жрецы. Белую шерсть нынешнего вождя во множестве мест покрывали бурые пятна. Претенденту повезло меньше, огромный черный люпс с белыми «перчатками» на руках валялся в стороне: из разодранного горла все еще сочится кровь, пасть распахнута, глаза выпучены, вывалившийся язык достает до земли.
– Я привел людей Императора, – коротко доложил Куно Рупельт.
– Мы не люди, – как можно вежливее уточнил я. – Бриан л’Мориа, верховный дознаватель. Моя горничная Себастина.
Она присела в реверансе.
– Я знаю, кто ты, тэнкрис, – отрезал Вуле Акельд, – у меня нет на тебя времени. Что надо?
– Тело Яро Вольфельда.
Вожак посмотрел на забинтованные трупы, разложенные вблизи камня Акара.
– Зачем он тебе?
– Хочу подвергнуть его процедуре, после которой он сможет заговорить в последний раз и рассказать мне, что смог разузнать и за что ему свернули шею. После этого тело будет уничтожено.
С люпсами, если у них есть хоть какой-то социальный вес, лучше быть честным, ведь если они поймут, что их обманывают, то не слезут с твоего хребта до гробовой доски. Упрямые, злопамятные твари… прямо как тэнкрисы.
– Забирай и уходи. Но сначала пусть отрежут ему руку. Семья должна похоронить хоть что-то.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
