Читаем без скачивания Пути Востока - Андрей Васильев

— Ладно. Минут, я думаю, через десять начинать будем.

Гедрон отошел к группе игроков, видимо, командному составу клана, отдавая на ходу распоряжения.

Поскольку меня все присутствующие, кроме Гедрона, игнорировали, причем демонстративно, я получил возможность спокойно оглядеться. С холма открывался отличный обзор.

Войска выстраивались тремя колоннами, по пятеро в ряд. В клане, похоже, действительно остались преимущественно воины, поскольку лучников, окопавшихся на флангах, на вершинах барханов, было немного, в общей сложности не более трех десятков. Правда, судя по лукам, это были матерые ветераны. Все они отрыли себе в песке небольшие окопчики, где-то по пояс. Это было предусмотрительно, хотя кто знает, что выкинет эта тварь…

У подножия холма я увидел группку из десяти магов и столько же хилеров — надо думать, весь резерв клана. Рядом с ними я заметил знакомое мне лицо. Это был Диорд, кланмастер. Он махал руками, видимо, объясняя, кто где должен стоять и за что отвечать.

Не могу сказать, что увиденное меня взбодрило. Я помнил войско «Гончих», собранное под стенами цитадели. И ведь это был не весь клан, а лишь часть. Там были даже не все ветераны — достаточно вспомнить троицу, с которой я таскался по подземельям нагов. А тут… Что тут? Обломки былой славы, фактически мертвый клан.

И тут я понял, почему по лицу Гедрона вчера блуждала такая странная улыбка. Это был не просто бой с элитным монстром, а бой за жизнь или смерть клана. Если они сейчас не выиграют эту схватку, то клан обречен на внутренний распад. Те, кто собрался здесь, последние воины, маги, лучники «Диких сердец», еще верят, что может быть и возрождение клана, и новые победы. Слабо, но верят. В случае поражения верить будет не во что. Несложно победить, будучи сильным, слабого противника. Куда сложнее, когда ты слаб, одержать верх над силачом. Сложнее и почетней. И именно для этого они пришли сюда, к заброшенному городу. Доказать, что у них есть силы, и укрепиться в вере.

Кстати, интересно — а что в этом городе? Почему заброшен, кем и когда? Надо будет…

— Эй, ты, тебя Гедрон зовет. — Ко мне подошел Мато.

— Не «эй, ты», а лэрд Хейген, — резко сказал я ему. — На шерстолапых своих гавкать будешь.

— А не сильно ты борзеешь? — уже не скрывая неприязни, сказал полурослик и спросил, кривляясь: — Не страшно, лэ-э-эрд?

— Представь себе — не страшно. Тронь меня — и тебя в этих песках и зароют. И Гедрон, поскольку я его гость, и мой клан, не сомневайся. Да я и сам тебя еще по Файроллу погоняю. Уйди с дороги.

И, отодвинув грубияна, я подошел к главе «Диких», который осматривал свое воинство.

Клан окончательно занял боевые позиции. Три отряда, по пятьдесят воинов, выстроились треугольником — один в центре и два по флангам, практически у самых барханов. За холмом затаились оставшиеся бойцы. Понятно, что от паука глупо ждать стратегических ходов, просто когда бойцов много — это тоже неверно. Они сами себе мешать будут.

Лучники сидели в своих окопчиках, подтягивая тетивы. Насколько я понимаю, начинать бой светило именно им и магам, которые находились почти на вершине холма. Чуть левее расположились хилеры, сейчас получающие последние четкие приказы, кого отлечивать в первую очередь. Маги же не покладая рук накладывали защиту на всех и вся, кто во что горазд, поскольку лишним это ни в инстансе, ни в рейде не бывает. С одним из них, носящим имя Крийен, неподалеку ругался вездесущий Диорд.

— Ну и что, ты не сможешь кастануть три раза «Силу судьи»? — орал он.

— Нет, не смогу, — отбивался Крийен. — Я не титан, у меня запас маны ограничен! Лимитирован он, понимаешь? А «Сила судьи» столько ее жрет, что мне потом только вон чей-то тесак поднять и идти рубиться врукопашную.

— Ну что? — спросил я Гедрона, отвлекаясь от увлекательного зрелища. — Время?

Тот посмотрел на свое воинство и громко заорал:

— Все готовы?

Мечники грохнули клинками о щиты, что, видимо, означало «да».

— Начинаем, — кивнул мне Гедрон.

— Ну да. Только вот скажи мне — мы все участники регаты?

— В каком смысле? — потряс головой Гедрон.

— Да в том, что я вроде как еще и не в рейде, — невинно улыбаясь, сказал я.

— Упс, — смутился Гедрон. — Забыл. По-честному, забыл.

И я ему поверил. Видно, когда человек реально забыл, а когда дурака включает.

«Гедрон Старый предлагает вам присоединиться к рейдовому походу „Смерть арахнидам“. Принять?»

— Ну ты и название придумал, — покачал я головой.

— Чем богаты, тем и рады, — ответил Гедрон. — Давай, призывай уже. Люди перегорят!

— Слушай, а что будет с теми, кто богу душу отдаст в бою? — задал я вопрос, который меня сильно интересовал.

— К точке сохранения отправятся, кто где сохранился, и будут там конца боя ждать. Пока либо мы, либо нас. До той поры сюда не портанешь. И отсюда тоже, с самого начала боя.

Ну не самый поганый вариант. Если даже я крякну, к телу паука я попаду. Ну а если не со щитом, а на щите — может, даже вещички смогу забрать. Потом. Наверное.

Я мигнул ему: мол, прикрой, и, достав свисток, поднес его к губам и дунул в него. Звука особого не услышал, зато увидел сообщение.

«Вы использовали свисток призыва Жвалобоя. Берегитесь, один из детей Тьмы приближается!»

— Ну все, держи портки, — сказал я Гедрону. — Сейчас начнется!

— Главное, чтобы в нужном месте, иначе будет нам со святыми упокой.

Песок у входа в ложбину пошел волнами, взвился тремя-четырьмя маленькими вихрями и снова успокоился.

Мечники прикрылись щитами, лучники наложили стрелы на тетивы.

Еще с полминуты стояла тишина, такая, что было слышно, как со взмокшего полурослика стекают капли пота.

И, как и полагается — и драматургически, да и просто по жизни, — эта тишина была разорвана громким звуком. Из-под песка, прямо в центре ложбины вылетел библейских размеров паук. Хотя пауком это чудище можно было назвать, только чтобы хоть как-то его классифицировать.

На исполинском круглом тулове, местами защищенном костяным панцирем, на короткой шее сидела круглая же голова со светящимися глазами-плошками, зубастой пастью с гигантскими жвалами, с которых сочилась противного зеленого цвета субстанция. Все это держало восемь длинных лап, согнутых в коленных суставах и надежно защищенных хитиновой оболочкой. Тело Жвалобоя было покрыто густой шерстью.

Чудище вылетело из-под песка, приземлилось на лапы и одновременно сделало две вещи — грозно защелкало жвалами, обводя глазами окрестности, и повесило на всех присутствующих дебаф.

«Вам нанесен ментальный урон. В течение минуты есть риск возникновения паники, испытав которую, вы можете на некоторое время покинуть поле боя».

Ты глянь какой. По душе лупит.

— Лучники, залп! — раздался голос Диорда. — Левый фланг — вперед. Маги — ослабляете его!

Все было выполнено моментально, но вот результат немного опечалил. Стрелы полетели в Жвалобоя с двух сторон, но, увы, не достигли особого результата — лишь несколько воткнулись в тело, остальные либо отлетели от костяных участков брони, либо так и не пробили волосяную защиту.

— Бить в голову! — заорал, напрягая связки, Гедрон. — В голову, по глазам!

Маги навесили на тварюгу проклятия, впрочем, как мне показалось, монстр от них даже не чихнул.

Тем временем до Жвалобоя добежал первый отряд, на глазок из самых молодых членов клана. Ребята сегодня работали смазкой для мечей и сейчас принялись упорно подрубать одну из паучьих лап. Впрочем, вряд ли они успели нанести хотя бы пять ударов.

Монстр наклонил голову и провел жвалами по песку. Сделано это было так быстро, что большинство воинов попросту не успели среагировать и попали под удар. На песке появились первые коконы. Остаток отряда монстр добил кислотным плевком.

— Правый фланг. Через пятнадцать секунд — центр. Центр — дошли и рассыпались, — снова крикнул Диорд. — Маги, не останавливаемся!

Правый отряд использовал тактику предшественников, центральный, рассыпавшись, стал провоцировать противника на атаку. Поскольку воины видели, как погибли сейчас их товарищи, трюк паука второй раз не прошел, зато прошла пара ударов в опущенную голову самого арахнида.

Да и лучники не дремали, пытаясь ослепить тварь. Попасть было не так просто — на месте мишень не стояла, но кому-то удача все-таки улыбнулась, и одна из плошек потухла. Паучище взревел и преподнес очередной сюрприз — пыхнул огнем и уничтожил почти весь правофланговый отряд.

За это время из-за холма на места ушедших в бой отрядов подтянулись новые, уже сплошь из ветеранов. Как я и предполагал, задача молодых была умереть, чтобы опытные бойцы довели дело до конца.

Паук начинал сдавать позиции, шкала жизни потихоньку начала убывать. Но — медленно, очень медленно…