Он настоятельно советовал Джобсу не возражать и переключиться на развитие новых технологий и новой продукции.
Джобс подскочил и уставился на Скалли пристальным взглядом:
— Я не верю, что ты это сделаешь. А если сделаешь, то разрушишь компанию.
Следующие несколько недель Джобса бросало из стороны в сторону. То он говорил, что уйдет и возглавит AppleLabs, а в следующий момент собирал единомышленников, чтобы выгнать Скалли. Он мог в один и тот же вечер обхаживать Скалли, а потом строить козни за его спиной. Как-то он позвонил в 9 вечера главному юрисконсульту Apple Элу Эйзенштату, чтобы сообщить, что не доверяет Скалли и просит Эла донести это до совета директоров. А уже через два часа он разбудил телефонным звонком Скалли и сказал: «Ты необыкновенный, я просто хочу, чтоб ты знал, как мне приятно с тобой работать».
На заседании совета 11 апреля Скалли официально потребовал от Джобса покинуть пост руководителя Macintosh и переключиться на развитие новых продуктов. Потом выступил самый резкий и независимый член совета Артур Рок. Ему оба они уже надоели: Скалли, у которого за целый год не хватило смелости взять управление в свои руки, и Джобс, который ведет себя «как наглый мальчишка». Совет должен наконец разобраться — надо выслушать каждого по отдельности.
Скалли вышел, поэтому первым говорил Джобс. Он утверждал, что проблема в Скалли, поскольку тот не разбирается в компьютерах. В ответ на него набросился Рок. Громовым голосом он объявил, что Джобс весь год вел себя по-дурацки и не имеет права управлять подразделением. Даже самый верный защитник Джобса, Фил Шлейн, уговаривал его отступить с достоинством и заняться новыми разработками.
Когда настала очередь Скалли, он выдвинул ультиматум: «Если вы поддержите меня, я беру на себя всю ответственность за руководство компанией, если нет, ищите себе нового генерального директора». Он обещал, что, если ему предоставят соответствующие полномочия, он не будет делать резких движений, но постепенно, за несколько месяцев переведет Джобса на новую работу. Совет единодушно поддержал Скалли. Он получил право сместить Джобса, как только сочтет нужным. Джобс тем временем ждал за дверью, понимая, что проигрывает без вариантов. Увидев давнего коллегу Дэла Йокама, он расплакался.
Заручившись одобрением совета, Скалли был готов помириться. Джобс попросил, чтобы его передвижение происходило медленно, и Скалли согласился. Поздно вечером секретарша Скалли, Нанетт Бакхаут, позвонила Джобсу, чтобы узнать, как дела. Он все еще сидел в кабинете и был словно в трансе. Скалли уже ушел, и Джобс заглянул к Бакхаут. Скалли по-прежнему вызывал у него бурю противоречивых эмоций. «Как Джон мог так со мной поступить? Это предательство!» — восклицал он. А потом его тон менялся, и Джобс принимался фантазировать — может, ему следовало бы взять отпуск и наладить отношения со Скалли: «Наша дружба с Джоном важнее всего остального, и ее, пожалуй, надо спасать в первую очередь».
Заговор
Джобс не умел мириться с поражением. В начале мая 1985 года он пришел к Скалли и попросил отсрочки. Он надеялся еще убедить всех, что справится с управлением Macintosh, обещал, что покажет себя как администратор. Но Скалли не поддался. Тогда Джобс перешел в нападение — он предложил Скалли уйти в отставку: «Думаю, ты сбился с пути. Ты замечательно работал в первый год, и все было отлично. Но теперь что-то случилось». Обычно уравновешенный, Скалли не стерпел и осыпал его встречными обвинениями: Джобс не смог довести до ума программное обеспечение для Macintosh, не разработал новые модели и не нашел клиентов. Переговоры вылились в неприглядную сцену «кто кого перекричит» и выяснение вопроса, кто худший руководитель. Когда Джобс вылетел из кабинета, Скалли повернулся спиной к стеклянной стене, через которую кое-кто из сотрудников наблюдал за ссорой, и заплакал.
Дело достигло решающей стадии во вторник 14 мая, когда команда Macintosh делала ежеквартальную презентацию для Скалли и других корпоративных руководителей Apple. Джобс все еще не ушел с должности и, явившись в конференц-зал со своей командой, вел себя вызывающе. Он затеял спор со Скалли о задачах подразделения. Джобс настаивал, что главное — продать больше компьютеров, а Скалли говорил, что они должны служить интересам всей компании в целом. Как обычно, подразделения мало сотрудничали друг с другом: Macintosh проектировал новые дисководы, не похожие на те, над которыми как раз работала команда Apple II. Дискуссия заняла ровно час.
Затем Джобс описал текущие проекты: более мощный Mac, который займет место снятого с производства Lisa, и программа FileServer, которая позволит пользователям Macintosh обмениваться файлами по сети. Но Скалли впервые услышал, что эти проекты опаздывают. Он холодно раскритиковал Мюррея за неэффективный маркетинг, Боба Бельвиля — за срыв инженерных дедлайнов, а Джобса — за общее руководство. Тем не менее под конец собрания Джобс у всех на виду умолял Скалли дать ему еще один шанс. Скалли отказался.
Этим вечером Джобс пригласил свою команду поужинать в Nina's Cafe в Вудсайде. В город уже приехал Гассе, чтобы по просьбе Скалли принять дела Macintosh, так что Джобс позвал и его. Боб Бельвиль поднял бокал за «тех, кто действительно понимает, что такое мир глазами Стива Джобса». Этим выражением — «мир глазами Джобса» — в компании пренебрежительно обозначали свойственное Джобсу искажение реальности. Когда все разошлись, Бельвиль сел к Стиву в «мерседес» и убеждал его развязать настоящую войну со Скалли.
Джобс пользовался репутацией кукловода, и действительно он мог уговорами и обаянием беззастенчиво добиться своего. Однако, вопреки слухам, он не умел выдумывать и планировать хитрые интриги, к тому же ему не хватало терпения и желания, чтобы втираться к кому-то в доверие. «Стив никогда не занимался кабинетной политикой, это было не в его натуре», — отметил Джей Эллиот. Вдобавок он был слишком высокомерен, чтобы подлизываться. Пытаясь, к примеру, заручиться поддержкой Дэла Йокама, Джобс не преминул сказать, что разбирается в работе Йокама получше его самого.
Несколькими месяцами раньше Apple получила право на экспорт компьютеров в Китай, и Джобса пригласили на выходных, в День памяти, подписать сделку в Доме народных собраний. Когда он рассказал об этом Скалли, тот сам захотел поехать в Китай. Это было Джобсу на руку. Он решил использовать отсутствие Скалли для переворота. На неделе перед Днем памяти он со многими поделился своим планом. «Я устрою революцию, пока Джон будет в Китае», — шепнул он Майку Мюррею.
Семь дней в мае 1985 года
Четверг, 23 мая. На плановом совещании в четверг Джобс поведал своим ближайшим помощникам о плане свержения Скалли и представил собственную схему реорганизации компании. Поделился он своим замыслом и с Джеем Эллиотом, менеджером по персоналу, который прямо сказал, что ничего не выйдет. Эллиот уже пытался перетянуть некоторых членов совета директоров на сторону Джобса, но понял, что и они, и ведущие специалисты Apple в большинстве своем за Скалли. Но Стива было не остановить. Он открыл карты даже Гассе, пока они гуляли вокруг парковки, невзирая на то что Гассе специально приехал из Парижа на место Джобса. «Вот Гассе я зря рассказал», — признал он спустя много лет, криво ухмыляясь.
В тот вечер Эл Эйзенштат устраивал у себя дома барбекю для узкого круга: для Скалли, Гассе и их жен. Когда Гассе раскрыл Эйзенштату планы Джобса, тот посоветовал предупредить Скалли. «Стив замыслил свергнуть Джона, — вспоминает Гассе. — Когда мы были в гостях у Эйзенштата, я уединился с Джоном в кабинете и, легонько ткнув его в грудь указательным пальцем, сказал, что поездка в Китай может обернуться для него увольнением, потому что Стив плетет заговор».
Пятница, 24 мая. Скалли отменил свою поездку, чтобы лицом к лицу встретиться с Джобсом на собрании руководящего состава Apple в пятницу утром. Джобс опоздал и обнаружил, что его обычное место рядом со Скалли, который сидел во главе стола, занято. Тогда он уселся в другом конце стола. В отличном костюме из дорогого магазина Джобс выглядел свежим и бодрым. Скалли был бледен и объявил, что отказывается от повестки дня, чтобы обсудить тему, которая занимает всех.
— До моего сведения дошло, что ты намерен выпереть меня из компании, — сказал он, глядя на Джобса в упор, — и я хочу спросить, верно ли это.
Такого Джобс не ожидал. Но он никогда не упускал случая блеснуть своей беспощадной прямотой. Прищурившись, он уставился немигающим взглядом на Скалли.
— Я считаю, что ты вредишь Apple и что ты не тот человек, который должен руководить компанией, — медленно и холодно ответил он. — Тебе действительно нужно уйти. Ты не знаешь, что надо делать, и никогда не знал.
