Читаем без скачивания Царское имя - Александр Асмолов

– Черный?

– Да… Там и озеро такое… Речка Рассыпная с небольшим водопадом… Это за хребтом Мюштуайры.

– Где, вы сказали?

– Да правее, – егерь спрятал улыбку и показал рукой на сверкающее ледяное поле справа и выше. – Его еще называют ледником Братьев Троновых… За высоким отрогом… Тот хребет, аккурат, между Ак-Кемом и Кучерлой.

– Кучерла? Это где ваш поселок?

– Да. Только ниже по течению.

– Андрей, а есть другая дорога к тому гроту?

– Тропинок тут много… Этот маршрут самый короткий.

– И мы не собьемся с дороги?

– Да упремся мы в тот грот… Речка-то из него начинается… До Верхнего озера отсюда километров пять. Нижнее-то побольше, километра полтора в длину… Вот пройдем его, а там вдоль Ак-Кема… К нижней кромке ледника и придем.

– Ак-Кемского?

Егерь улыбнулся, глядя под ноги. Нет, эта девчушка ему определенно нравилась.

– Его еще называют ледник Родзевича…

– Андрей, а почему много двойных названий?

– Всегда были местные названия, а когда пришли «открыватели» и составили карты, их именами стали называть то, что было здесь задолго до них.

– Вам обидно?

Егерь помолчал, потом неожиданно быстро заговорил:

– Немцы, англичане… теперь вот москали… все пытаются показать, что они хозяева в наших краях. Не только названия, но язык и обычаи свои стали насаждать… Да ни к чему это… Все у нас есть… Вот слух пошел, что на Катуни плотину хотят ставить… Электростанцию строить…

– Но электричество в домах – это же хорошо, – неуверенно возразила девушка.

– Так оно и без того есть, – хмыкнул егерь. – Зачем же речку поганить… Катунь по всему Алтаю идет, а ниже сливается с Бией и образует Обь… Это ж хребет всего края! Как Белуха… Зачем ломать то, что веками стоит… Это не только красота… Это силища… Они привыкли в кабинетиках московских рисунки рисовать… Я же не лезу в столицу со своими порядками!

Они замолчали, и Варя долго не решалась продолжить разговор, понимая, что случайно задела что-то очень важное в душе этого молчаливого и цельного человека.

– Андрей, – наконец отважилась девушка. – Судя по названиям рек и озер, прежде тут был тюркский язык… А у Белухи есть другое имя? Местное.

– Конечно, – оживился проводник. – Ак-Семюр, что в переводе звучит как Белая голова.

– Как красиво, – поддакнула Варя. – Там всегда снег?

– А то… Внизу ледники вечные, а уж наверху… Еще Белуху называют Катын-Баши.

– Баша – это хозяин?

– Вроде того… Название по-разному переводят. Голова Катуни или дом Катуни.

– Вполне логично!

– Есть еще третье название. Совсем нелогичное…

– Интересно, какое же? – оживилась спутница.

– Уч-Семюр…

– А как переводится?

– Трехглавый…

Девушка удивленно взглянула на собеседника.

– Но у Белухи же только две вершины…

– Легенды гласят, что третья видна только посвященным…

– Ой, расскажите, расскажите! – Варя схватила егеря за рукав и озорно затараторила, стараясь забежать вперед и не пускать, пока тот не согласится. – Ну, пожалуйста, Андрей! Ну, что вам стоит…

– Да не мастер я рассказывать, – егерь смущенно потупился и мягко отстранил девушку с дороги. – Это тебе староверов нужно послушать…

– Староверов?

– Ну, да… Они ж на Алтай перебрались в XVII веке… Когда москали отца Аввакума с братьями на кострах пожгли… Тогда и вернулись…

– Вернулись?

– А-то… Здесь пуп русского человека… и народа, и веры его…

– Вы так думаете?

– Да не я так думаю… Про то в книгах умных прописано… А почему спрашиваешь? Ты, как я посмотрю, не верующая…

– Вы правы, – не сразу ответила девушка. – Я еще не нашла то, во что могла бы верить.

– А веру не ищут! С ней рождаются и умирают… А все остальное от лукавого.

– Как хорошо вы сказали, Андрей… Наверное, так и должно быть.

Они опять замолчали, и долго шли рядом, глядя под ноги. Иван сосредоточенно сопел позади, неся два рюкзака. Диггер то и дело убегал вперед, чтобы наблюдать в бинокль за двигавшейся впереди группой. Периодически он возвращался и о чем-то шептался с Иваном. Наконец, Серый Волк появился и коротко скомандовал: «Привал».

Усевшись под огромной пихтой, Варя с наслаждением вытянула натруженные ноги. Солнце было уже высоко, и заметно потеплело. Егерь словно и не устал. Достав из своего необъятного рюкзака пару свертков и термос, он ловко соорудил походный столик. Орехи и сушеные ягоды с еще горячим чаем казались верхом блаженства.

– Я в Москве наматываю в день десятка два километров, – первым нарушила молчание Варя. – А тут после двух километров с ног валюсь…

– Это отравление кислородом, – пошутил Иван. – Надо к трубе подтащить.

– Да, воздух тут просто удивительный, – согласилась девушка. – Вкусный! – она с удовольствием потянула носом и зажмурилась. – Густой…

– А чай еще лучше! – подхватил Иван. – Наверное, на травках… – и вопросительно глянул на проводника.

– Конечно… А что, золотой корень не почувствовали? – егерь с сожалением покачал головой. – Москали…

– Золотой корень? – переспросила девушка.

– А то… Получше твоего женьшеня будет!

– Ну, просто чудеса!

– Чудеса делают ванны… – тихо и очень убедительно произнес проводник. – Если панты отварить правильно, да с травками…

– Панты? – насторожился Иван. – Это вот рога тех диких оленей, что мы встретили по дороге?

– Конечно… Сейчас же сезон… Пастухи маралов гонят в маральники, где панты и снимают. Что там «виагра» твоя… – егерь говорил с гордостью. – У нас старики и в девяносто своих жен ублажают не хуже молодых!

Варя прыснула, чуть не расплескав чай от такого неожиданного заявления.

– То-то я смотрю… – начал было Иван, но осекся под суровым взглядом проводника.

– Да буржуи вагонами панты вывозят… – обида звучала в голосе Андрея. – И почти задаром… Это тебе не плотину мастерить… Вот, чем нужно заниматься! Вот где наше добро. Только бери умело. С головой… Вы еще рудник раскопайте тут, да трубу поставьте, чтобы коптила до Бийска… Ардыбаш весь испоганили… Умники…

– Андрюша, – чуть ли не взмолилась Варя. – Ну, мы же не враги!

– Ладно. Хватит болтать… Собираемся и двигаем…

Наговорились уже… Ваши дружки давно уже вышли…

– Почему вы решили, что это наши друзья?

– Чего ж вы за ними гоните…

– Ну, у нас есть разговор, – начала неуверенно Варя, но остановилась. – А почему вы решили, что они уже пошли?

– Дождь собирается… Место пора искать. – Егерь задрал голову, разглядывая ясное небо. – С ними кто-то идет, кто хорошо эти места знает… Но не местный… Не наш…

– Как вы догадались?

– Он одно место зря стороной обходил… Там обвал был четыре года назад… Давно проход есть…

Приезжие восхищенно переглянулись, не обронив ни слова.

Ливень налетел неожиданно. Они едва успели закрепить палатку, как шум миллионов капель заглушил голоса. Отвесная стена дождя больше напоминала водопад. Тут же образовывались пенящиеся ручьи. Они сливались в потоки, которые стремительно неслись вниз, увлекая все на своем пути. Замешкайся они немного – и оказались бы как раз в центре такого безжалостного потока. Только благодаря проводнику их палатка стояла на маленьком пятачке, который, словно островок в море, выделялся среди несущихся потоков воды.

Более часа продолжался ливень, но прекратился так же неожиданно, как и начался. Наступила непривычная тишина. Было слышно, как на землю падают крупные капли. Четверо осторожно вылезли из палатки, озираясь по сторонам.

– Боже, как здорово! – с восторгом прошептала Варя. – Просто девственная природа!

– Ага, – поддакнул Иван. – После душа…

– Теперь следы потеряем, – посетовал диггер.

Неожиданно послышался низкий тревожный звук. Все переглянулись. Поворачиваясь в разные стороны, они не могли определить направление, откуда этот звук доносился. Внезапно земля под ногами задрожала. Мелко и недолго. Потом все стихло.

– Андрей, – девушка вопросительно глянула на проводника. – Что это?

– Сейчас тряхнет маленько…

Он не успел закончить фразу, как резкий мощный толчок едва не сбил с ног всех четверых. Растерянность сменилась паническим ужасом. Гул усилился, и земля задрожала. Серия мощных толчков последовала в течение нескольких секунд. Где-то раздался треск падающего дерева. Оно глухо ухнуло оземь. Затем стало очень тихо. Природа вокруг словно замерла, прислушиваясь к происходящему, как и перепуганные люди.

– Все? – с надеждой в голосе пролепетала москвичка.

– Только духи знают, – с неопределенной интонацией ответил егерь.

– Какие духи? Вы меня пугаете, Андрей.

– Неподалеку есть Озеро Духов… Оно всегда перед толчками надувается, словно пузырь. Его потому так и назвали… Если духи сердятся, поверхность воды искажает отражение, выгибаясь, как кривое зеркало…