Читаем без скачивания Колыма - Том Смит

Зоя выскочила из-под стола и бросилась к женщине. Захваченная врасплох, Марина Нюрина машинально направила на нее оружие. Зоя схватила ее за запястье и впилась в него зубами. Над самым ухом у девочки прогремел выстрел, от грохота заложило уши, а пуля вошла в стену — от отдачи у Зои заныли зубы. Свободной рукой женщина ударила ее по лицу раз и другой, так что она упала на пол.

Совершенно беспомощная, Зоя смотрела, как женщина целится в нее из пистолета. Но, прежде чем она успела выстрелить, Малыш прыгнул ей на спину и вонзил ей пальцы в глаза. Нюрина закричала, выронила пистолет и попыталась оторвать его руки от своего лица, но он лишь глубже погрузил пальцы ей в глазницы. Малыш бросил бешеный взгляд на Зою.

— Дверь!

Женщина кричала, не переставая, и кружилась на одном месте, а Зоя метнулась к двери и успела запереть ее как раз в тот момент, когда на лестнице послышался топот ног охранников. Когда она повернулась, Нюрина упала на колени. Малыш по-прежнему сидел у нее на спине. Он вырвал пальцы, оставив окровавленные впадины там, где раньше были ее глаза. Подхватив с пола пистолет, он бросился к окну, взмахом руки позвав Зою за собой.

У них за спиной в запертую дверь ломились охранники. Малыш несколько раз выстрелил в ту сторону, чтобы остудить их пыл. Магазин опустел, он отшвырнул пистолет и полез вслед за Зоей на подоконник. Охранники открыли огонь из автомата, и пули с визгом ударили по комнате, выбивая пыль из каменных стен, но Малыш и Зоя уже лезли по водосточной трубе наверх. Зоя выбралась на крышу первой и услышала, как внизу, в прихожей, с грохотом рухнула на пол выбитая дверь, а охранники разразились встревоженными воплями при виде окровавленной жертвы.

Зоя перегнулась через край крыши и помогла Малышу залезть на нее. Оказавшись наверху, они подхватили свои башмаки, готовясь бежать куда глаза глядят. Малыш едва успел удержать ее за запястье.

— Подожди!

Услышав, как охранники столпились у окна внизу, Малыш поднял обломок шифера и приготовился. Вот в карниз вцепилась рука одного из охранников. Когда охранник подтянулся выше, Малыш с размаху ударил его в лицо. Тот разжал руки и с криком полетел вниз, а Малыш прошипел:

— Бежим!

Они бросились к другому краю и перепрыгнули на крышу соседнего дома. Посмотрев вниз, они увидели, что улица запружена офицерами. Малыш заметил:

— Это была ловушка. Они следили за квартирой!

Нюрина оказалась наживкой: их здесь ждали.

Теперь, когда тот путь, которым они пришли сюда, был отрезан, им пришлось спуститься на чердак соседнего здания, откуда они попали в чью-то спальню. Малыш заорал во все горло:

— Пожар! Горим!

Для жильцов перенаселенных домов старой бревенчатой постройки с изношенными электросетями пожар всегда оставался опасностью номер один. Схватив Зою за руку, он выскочил в коридор. Теперь уже оба вопили во все горло:

— Пожар!

И хотя дыма не было видно, коридор в мгновение ока заполнился людьми. Паника быстро охватила все этажи, раздуваемая самими же жильцами. На лестнице Зоя и Малыш упали на колени, пробираясь между ногами испуганно мечущихся людей.

На улице выскочившие из дома жильцы смешались с милиционерами и офицерами КГБ. Зоя схватила за руку какого-то мужчину, притворившись перепуганной до смерти. Малыш последовал ее примеру, и мужчина, проникнувшись сочувствием, провел детей через кордон официальных лиц, которые сочли их членами обычной семьи. Едва оказавшись на свободе, они отпустили руку мужчины и бросились наутек.

Добравшись до ближайшего канализационного люка, они откатили стальную крышку и юркнули вниз. Спустившись по лестнице, Зоя оторвала полоску ткани от своей блузки и перевязала ею палец Малыша, отчего тот стал толстым и похожим на сосиску. В следующий миг оба согнулись пополам, задыхаясь от смеха.

Колыма Лагерь № 57

12 апреля

Утро выдалось чистым и ясным, какого Лев давно не видел: над снежно-белой равниной раскинулось прозрачное голубое небо. Стоя на крыше административного барака, он поднес к глазам обгорелый, измятый старый бинокль, в котором после пожара уцелела только одна линза. Осматривая горизонт, словно пират, который глядит в подзорную трубу с палубы своего парусника, Лев заметил движение на дальнем краю равнины. Там появились грузовики, танки и палатки — временный военный лагерь. Получив предупреждение о случившемся благодаря столбам огня и дыма от двух сгоревших вышек, ставших маяками неповиновения, районная администрация решила создать оперативную базу для подавления восстания. Сейчас в ней находилось не менее пятиста солдат и офицеров. И хотя заключенные превосходили их числом, перевес в вооружении и огневой мощи оставался за военными — узники располагали всего двумя или тремя станковыми пулеметами, несколькими магазинами для них да небольшой коллекцией разнокалиберных винтовок и пистолетов. Лагерь № 57 оказался совершенно беззащитен перед дальнобойными пушками, да и проволочное заграждение никак не могло остановить наступающую бронетехнику. Завершив осмотр, Лев с мрачным видом опустил бинокль и протянул его Лазарю.

На крыше собралась небольшая группа заключенных. После сожжения вышек она стала самым высоким наблюдательным пунктом в лагере. Помимо Лазаря и Льва здесь находились и два других лидера вместе со своими ближайшими помощниками — в общей сложности десять человек. Предводитель воров обратился ко Льву с вопросом:

— Ты был одним из них. Что они намерены делать? Начнут переговоры?

— Да, начнут, но их словам и обещаниям верить нельзя.

Вперед выступил молодой рабочий:

— А как же доклад? Мы ведь живем уже не при Сталине. Наша страна изменилась. Мы сможем обосновать необходимость своего выступления. С нами обращались несправедливо и жестоко. Приговоры многих из нас должны быть пересмотрены. Мы должны получить свободу!

— Доклад, пожалуй, вынудит их начать переговоры. Однако мы слишком далеко от Москвы. Администрация Колымского края, скорее всего, решит разобраться с восстанием своими силами, не поднимая шума и не ставя об этом в известность Москву, чтобы та не вмешалась в происходящее.

— Они собираются убить нас?

— Восстание угрожает их существованию и образу жизни.

С земли донесся крик одного из заключенных:

— Они вызывают нас!

Заключенные заспешили к лестнице, толкаясь и мешая другу. Лев спускался последним. Спешка была ему противопоказана, поскольку любое движение отзывалось острой болью в коленях, раны на которых еще не зажили. Добравшись до нижней ступеньки, он вспотел и тяжело дышал. Остальные уже стояли вокруг радиопередатчика.

Он был единственным средством связи многочисленных лагерей со штаб-квартирой в Магадане. Сейчас на нем работал один из заключенных, обладавший кое-какими познаниями в электротехнике. Надев наушники, он повторял вслух то, что говорили ему по радио:

— Это Абель Презент, начальник регионального управления исполнения наказаний… Он хочет говорить с тем, кто у нас главный.

Молодой лидер без лишних разговоров завладел микрофоном и разразился высокопарной речью:

— Лагерь № 57 находится в руках заключенных! Мы восстали против охранников! Они избивали нас и убивали направо и налево! Мы больше не потерпим…

Лев сказал:

— Обязательно скажите ему, что охранники живы.

Предводитель небрежно отмахнулся, раздувшись от самомнения.

— Мы приветствуем и поддерживаем речь нашего вождя товарища Хрущева. От его имени мы требуем пересмотра приговоров всех заключенных. Мы требуем освобождения невиновных. Мы требуем гуманного обращения с теми, кто виновен. Мы требуем этого от имени отцов нашей революции. Ваши преступления опозорили и очернили их великое дело. Именно мы — продолжатели нашей революции! Мы требуем от вас извинений! И пришлите нам еды, хорошей еды, а не зэковскую пайку!

Не веря своим ушам, Лев лишь покачал головой.

— Если вы хотите, чтобы они убили нас всех, потребуйте икры и проституток. Если же хотите остаться в живых, скажите им, что охранники еще живы.

Молодой лидер сварливо добавил:

— Должен сообщить вам, что мы сохранили охранникам жизнь. Мы содержим их в человеческих условиях и обращаемся с ними намного лучше, чем они обращались с нами. Они останутся в живых до тех пор, пока вы не нападете на нас. А если это случится, мы постараемся, чтобы они умерли все, до последнего!

Голос по радио ответил, и заключенный в наушниках повторил его слова:

— Он требует доказательств того, что они живы. Как только он убедится в этом, то будет готов выслушать наши требования.

Лев придвинулся к Лазарю, решив воззвать к его голосу рассудка:

— Нужно отправить к ним раненых охранников, иначе без медицинской помощи они умрут.

Предводитель воров, злясь на то, что на него никто не обращает внимания, вмешался: