Доскер продолжал размышлять над этим, когда тройка кораблей-преследователей из арсенала ООН, похожих на чёрных скользящих рыб, бесшумно подошли к нему на пригодную для обстрела дистанцию и выпустили ракеты, после чего его кораблю, принадлежащий «ОбМАН Инкорпорейтед» разлетелся градом осколков.
Оглушенный и безвольный пилот в скафандре с автономным запасом воздуха, тепла, воды, с радиопередатчиком, контейнером для мусора и тубами с пищей дрейфовал в пространстве, как ему казалось вечно. При этом его навещали приятные мысли о планете, покрытой зелёными лесами, о женщинах и беспечных пикниках, хотя он знал при этом, что жить ему, возможно, осталось совсем недолго, и гадал заодно, уничтожен ли «Омфал» кораблями ООН под стать его космолёту. Очевидно, мониторы их вездесущего главного пульта запеленговали радиоволну, но засекли ли они сигнал Рахмаэля, работавшего на другой частоте? Доскеру оставалось молиться, чтобы этого не случилось, чтобы жертвой оказался только он…
Он продолжал надеяться, когда корабль-преследователь приблизился к нему и выслал напоминающее робота устройство, провозившееся с пилотом некоторое время, пока ему не удалось осторожно обхватить его, не повредив скафандра. Почему бы им просто не проколоть оболочку его скафандра, не выпустить из него воздух и тепло и не оставить дрейфовать в космосе мёртвое тело?
Это поразило Доскера. И зачем открывается люк корабля-преследователя, в который его просунули, словно спеленутую сетью добычу? Вскоре люк захлопнулся, и он ощутил искусственную гравитацию, поддерживаемую внутри дорогого сверхсовременного космолёта. Пролежав некоторое время, пилот вяло поднялся на ноги.
Стоявший перед ним вооружённый старший офицер ООН сказал:
— Снимите скафандр. Ваш аварийный скафандр. Понятно? — Он говорил с сильным акцентом и, судя по замеченной Доскером нарукавной повязке, входил в Нордическую Лигу.
Доскер снял с себя предмет за предметом аварийную экипировку.
— Похоже, вы, готы, контролируете ситуацию, — сказал Доскер. «Во всяком случае, в ООН», — мысленно добавил он, гадая насчёт положения на Китовой Пасти.
— Сядьте, — продолжал офицер, не сводя с него лазерного пистолета. — Мы возвращаемся на Терру. Nach Terra, versteh’n? Позади него за пультом управления сидел ещё один невооружённый служащий ООН, корабль шёл высокоскоростным курсом на Третью планету, и Доскер предположил, что путь до неё займёт не более часа. — Генеральный секретарь пожелал говорить с вами лично, — сказал офицер. — Извольте расположиться здесь и ждать. Хотите почитать журнал? Или посмотреть развлекательную кассету?
— Нет, — отказался Доскер и присел, уставясь перед собой отсутствующим взглядом.
— Мы запеленговали «Омфал» по его несущей волне, как и в случае с вашим кораблём.
— Неплохо сработано, — саркастически заметил пилот.
— Впрочем, с учётом расстояния, нам понадобится несколько дней, чтобы догнать его.
— Но вы его догоните, — сказал Доскер.
— Это несомненно, — подтвердил офицер ООН с сильным шведским акцентом и кивнул. У него не было сомнений. У Доскера — тоже.
Единственной проблемой был фактор времени. По словам офицера, им требовалось несколько дней, не более. Пленник продолжал сидеть, глядя прямо перед собой, а корабль-преследователь ООН тем временем нёсся к Терре, к Новому Нью-Йорку и Хорсту Бертольду.
* * *
В штабе ООН в Новом Нью-Йорке ему устроили доскональный медосмотр — врачи и медсёстры присоединяли к нему один за другим всевозможные датчики, изучая их показания, но не обнаружили никаких трансплантированных под кожу устройств.
— Вы замечательно перенесли выпавшие вам суровые испытания, — сообщил Доскеру главный врач, когда пациенту вернули одежду и позволили в очередной раз одеться.
— И что теперь? — спросил пилот.
— Генеральный секретарь готов увидеть вас, — коротко ответил врач, делая пометки в своей карте, и кивнул в сторону двери.
Одевшись, Доскер медленно подошёл к двери и открыл её.
— Прошу вас поспешить, — произнёс Хорст Бертольд.
— Почему? — спросил Доскер, закрывая за собой дверь.
Сидевший за старинным дубовым столом Генеральный секретарь ООН поднял на него взгляд; это был грузный, рыжий мужчина с узким длинным носом и бесцветными тонкими губами. Несмотря на мелкие черты лица, у него были мощные плечи, руки и грудная клетка, словно накачанные бесчисленными паровыми банями и гандболом; мышцы ног выдавали замечательное спортивное детство с пешими прогулками и многими милями велосипедных поездок — этот человек был по натуре бродягой, он был прикован своей работой к столу, но тосковал по открытым просторам, которых отныне не существовало. Абсолютно здоровый человек в физическом смысле, решил Доскер. Как ни странно, но Бертольд, несмотря на предубеждение, произвёл на пилота хорошее впечатление.
— Мы запеленговали ваш радиообмен с «Омфалом», — сказал Бертольд на совершенном английском (даже чересчур совершенном, словно звучащим с учебной аудиозаписи). Первое впечатление было несколько нарушено. — В итоге мы обнаружили оба корабля. Нам также известно, что вы, будучи старшим должностным лицом «ОбМАН Инкорпорейтед» наряду с мисс Холм и мистером Глазер-Холлидеем были телепортированы — под фальшивыми именами, разумеется — на Китовую Пасть.
Доскер пожал плечами и промолчал, не проявляя желания что-либо добавить.
— Так или иначе… — Хорст Бертольд постучал ручкой по верхнему документу на своём столе и нахмурился. — Здесь дословная расшифровка переговоров между вами и фанатиком бен Аппельбаумом. Именно вы инициировали радиообмен, первым связавшись с «Омфалом». — Бертольд поднял на него пронзительные голубые глаза. — Мы задействовали наших расшифровщиков для изучения последовательностей применяемого вами кода… копии тех, что вы прежде приняли от «Видфон Корпорейшн». Собственно последовательности ничего не значат. Но в обломках вашего корабля мы нашли ваш дешифратор — неповреждённый ящик с пятьюдесятью магнитными лентами. Далее мы сравнили образчики трансляции и записали бинарную последовательность на плёнку. И обнаружили, что вы информировали бен Аппельбаума.
— Это вас удивило?
— Конечно, нет, — заверил Бертольд. — К чему вам обманывать собственного клиента? Причём, принимая на себя риск (оказавшийся, кстати, излишним) выдать местонахождение вашего корабля? Впрочем… — голос Бертольда стих до неразборчивого бормотания. — Мы так и не были удовлетворены. И решили проверить нашу следящую систему…
— Там, на планете, их уничтожают, — сказал Доскер. — Две тысячи полевых агентов, и Мэта, и Фрею. — Он говорил безжизненным голосом, зная, что им не избежать промывания мозгов и получить они могут что угодно — любую память, мотивации, планы и проекты. В конце концов, его собственная организация, крошечная по сравнению с ООН, занималась тем же в течение многих лет, обрабатывая множество людей с помощью психиатров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
