Но главное: будь верен самому себе.[3]
Это якобы слова слабого, легковерного человека…
— Заткнитесь! — кричу я. Эхо голоса растворяется в пустоте.
— Мы ничего не говорили, — отвечает одна из девочек.
Я машу рукой. Мы движемся в сторону периферии Корабля. Вот она, моя жизнь.
Пока мы идем, я начинаю чувствовать вибрацию — точнее, поначалу я скорее вижу, нежели чувствую ее, и начинаю сомневаться — действительно ли дрожат стены, или у меня обман зрения. После очередного широкого «шага» моя нога касается стены, и тогда я чувствую незнакомое инфразвуковое колебание.
Определенно происходят какие-то перемены — но вызваны ли они столкновением с частицами космической пыли, действиями Матери или моих спутников, неизвестно. Если снова начнется фаза быстрого вращения, если наши килограммы снова превратятся во всесокрушающий вес, дела могут пойти плохо.
Мы идем дальше не останавливаясь. То есть девочки идут дальше, а я следую за ними. Если что-то и произойдет, то повлиять я ни на что не смогу, но мне приятно, что мы не там, где они хотят быть.
Скоро становится ясно, что в архитектуре корпуса произошли более радикальные изменения, чем надеялись девочки. Труба вроде бы ведет в сторону кормы примерно десять метров, после чего заканчивается круглой заглушкой.
Воспользовавшись остановкой, я протягиваю руку к одному из овалов и, вскрикнув, отдергиваю ее. Рисунок меняется у меня на глазах. Разветвляющаяся труба укорачивается, сливается со стенами, затем исчезает.
Девочки хватают меня за руки, и мы медленно плывем от одной стены к другой. Затем одна из девочек вздыхает. Обе — с каменными лицами — бросают на меня взгляд, затем отпускают меня и начинают двигаться по коридору, ведущему от центра. Наверное, мы с ними сейчас думаем об одном и том же: место, в котором мы находимся, может в любой момент сомкнуться, заточить нас, и мы будем кричать и бить по переборкам, пока не погаснут огни и не закончится воздух.
Дурные мысли. Я хочу вернуться в носовой отсек, где можно поесть, помыться и посмотреть на звезды, — для чего мы все и предназначены.
Мне бы хотелось оказаться во Сне.
А может, и нет. После всего, что я узнал…
Все тело ноет, ведь от стен отталкиваешься чем попало — руками, ногами, коленями, локтями, плечами или ягодицами. Я думаю о строении факторов, о Циной, которая более эффективно действует в невесомости, чем любой из нас. Каждый на своем месте. Великая цепочка эволюции, от непостижимого биологического фазового пространства, сконцентрированного на виртуальных страницах Каталога, до набора химических реагентов в резервуаре генофонда и физических границ родильных отсеков…
Материал, из которого мы сделаны… Человеческий материал.
Как, интересно, этот материал транспортируется внутри Корабля? Может, бочки с ним доставляют факторы? Может, он течет по металлическим трубочкам, похожим на капилляры? У Корабля множество качеств живого организма, и тем не менее он сохраняет свою механическую природу.
В любом случае важную роль играет водопровод.
— А если кто-то пытается отрезать вашу Мать от каналов снабжения? — спрашиваю я.
Девочки в десяти метрах от меня, как обычно, притворяются, что ничего не слышат. Но что, если Мать утратит способность управлять Кораблем? Что, если она умрет? Займет ли ее место одна из дочерей? На змеином теле образуются складки с молочными железами, уровень гормонов изменяется, готовя детский ум к великим мыслям Матери… Она ищет супруга, рожает и вынашивает потомство, любит многочисленных дочерей…
И отправляет их на смерть?
Огни становятся ярче. Коридор вновь содрогается, но мы уже почти из него выбрались. Впереди наполовину открытая переборка, и из-за нее доносится плотный, горячий, влажный поток с ароматом неизвестной пряности — не вкусным, травяным или цветочным, а резким и почему-то пугающим. Это запах существа, которое намного сложнее, сильнее и увереннее обычных людей.
Мы движемся к переборке — девочки по-прежнему идут первыми. Не успеваю я ничего сделать, как их хватают длинные лапы цвета слоновой кости. Девочки извиваются, бьют по лапам, но звуков не издают — просто взлетают в безмолвной ярости и скрываются из виду.
Тишина.
Я бултыхаюсь в коридоре. Девочек схватил «охотник». Единственный «охотник», которого я знаю, — это Циной, а она, я уверен, не причинит им вреда. Мне не страшно — я узнаю запах. Что-то подобное я ощущал и раньше — когда Циной увлеклась созерцанием звезд или была чем-то расстроена. Но сейчас пряный цветочный аромат значительно мощнее; он ошеломляет.
Что-то сильно ее возбудило.
— Выходи, — говорит Циной. — Я их схватила.
— Зачем? — кричу я.
— Они вели тебя на смерть. Об этом Нелл узнала от Корабля.
Мое сознание все еще притуплено ароматом из будуара Матери.
— Зачем? — повторяю я, словно глупый ребенок.
— Поднимайся. Мы идем туда, куда не хочет нас пускать их мать, — через океаны и назад, к звездам.
Мне кажется, что корпус вздыхает.
Какое-то время мы идем в направлении кормы. Циной прочно удерживает девочек, зажав их в клубке мышц на спине.
Затем мы сворачиваем и движемся к центру Корабля по незнакомому коридору, скорее всего недавно созданному.
На перекрестке, откуда, вероятно, недалеко до генофонда, Циной отпускает девочек. Не говоря ни слова, они сильно отталкиваются от стен и улетают.
«Охотник» оценивает наше местоположение, затем приказывает мне идти следом. Похоже, Циной знает, где мы и куда нужно идти.
— У меня новая карта, — говорит она.
— От Управления Кораблем?
— Нет. Нелл говорила со Штурманской Группой. Они услышали нашу молитву. Теперь они нас знают. — Циной говорит так, будто Нелл общалась с великим божеством — или дьяволом.
Молитва.
Пока Нелл объединяла корпуса, я молился вслух. Остальные присоединились ко мне — только не мой двойник. Если мы все знаем молитву, значит, мы должны быть отмечены Штурманской Группой.
— Они существуют? Они живые — не замороженные?
Свет впереди все ярче.
— Это Нелл, — говорит Циной. — Значит, ей известно, где мы. Надеюсь, она сумеет нас защитить.
Прежде чем я успеваю задать новый вопрос, Циной отталкивается от стенки длинного цилиндра и летит вниз. Я смутно догадываюсь, что мы у периферии Корабля, рядом с кормовой частью резервуаров с водой — и падаем по направлению к центру. Все мысли снова вылетают из головы. Я плыву по воздуху вслед за монстром-убийцей, который обожает звезды. Когда-то моя голова была набита воспоминаниями, почти не имеющими отношения к реальному миру. Я встретил женщину своей мечты и узнал, что она не только не такая, какой я себе ее представлял, но что она причина многих наших бед.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
