— Патрик! Это правда? — грозно воскликнула Вера.
— У Лидии всегда была богатая фантазия. — Патрик нервно засмеялся. — По-моему, эти камни надо продать и разделить деньги между всеми. Анна обедала не заявлять на нас в полицию, если и она тоже получит свою долю.
Анна кивнула.
— Анна Ульсен! — гневно воскликнула Флоринда. — Неужели ты так низко пала, что тебя можно купить за какие-то жалкие кроны?
— Флоринда, я больше никогда не буду с тобой ссориться, если ты согласишься на эти условия. Обещаю тебе!
— Эллен, разве я не сказал тебе, что не желаю больше видеть ни тебя, ни всю нашу родню? — спросил Максим.
Эллен надменно вскинула голову:
— Скоро тебе придется поджать хвост. Максим, — сказала она. — Нас большинство, и вы все равно проиграете. Мы четверо приложили массу усилий к тому, чтобы найти эти камни. Со стороны Патрика очень великодушно, что он готов поделиться с вами.
— Великодушно? — возмутилась Лидия. — Да он вообще не имеет никакого отношения к этим камням!
— Я всегда подозревала, что ты не ангел, но никогда не думала, что ты такое чудовище! — сказала Флоринда Анне Ульсен.
Анна не успела ответить, потому что в дверь снова позвонили.
В гостиную вошли Владимир и Харри Лим.
— Дорогая Флоринда, рад тебя видеть. — сказал Владимир. — Ну как, что тебе еще удалось узнать об этих камнях? Я уговорил моего похитителя отпустить меня на свободу и прийти сюда вместе со мной, обещая, что мы договоримся и каждый получит свою долю. Я бы, например, отдал свою часть Харри Лиму за то, что он освободил меня… Так сказать, выкуп…
— Владимир, я не верю своим ушам! — Флоринда была потрясена. — Замолчи, ради Бога, и иди в гостиную!
— Харри Лим! — хором воскликнули все, кто его знал, когда он вошел в гостиную.
Теперь уже все смотрели друг на друга с подозрением, а Харри Лим совсем растерялся. При виде Терри он вздрогнул, хотел что-то сказать, но передумал.
— Идиот! Зачем ты притащил сюда Владимира? — прошипел Максим. — Он не должен был знать, кто мы!
— Максим! — ледяным голосом сказала Лидия. — Я вижу, вы даже похитили человека, охотясь за этими камнями. И все это у меня за спиной! Надеялись, оставить меня в дураках?
Максим развел руками:
— Но эти камни все-таки принадлежат мне!
Патрик наградил Харри Лима злобным взглядом:
— Так на кого же ты работаешь?
Харри Лим с улыбкой оглядел всех:
— Я вижу, здесь собрались все мои работодатели.
— Что? — закричала Лидия. — Я… я так тебе верила! Ведь ты руководил всеми моими вылазками…
Все в изумлении уставились на нее.
— О чем ты, Лидия? — Максим схватил ее за руку.
— Ни о чем… Пусти меня!
Но Максим не отпустил. Патрик подскочил к ним и схватил Максима за отворот пиджака.
— Отпусти ее или тебе не поздоровится! — пригрозил он.
— Прекратите! — Флоринда проложила себе дорогу через толпу, заполнившую гостиную. — Это мой дом, и я не допущу здесь ничего подобного!
— Дитер еще в Париже? — ехидно спросила Вера.
— Да… — в замешательстве ответила Эллен. — Говорил, что вернется сегодня, но, как видишь, его нет. Теперь я уже ничего не знаю.
— Я звонила в гостиницу, которую ты по глупости назвала мне, но никакой Дитер Вандель там не останавливался. Как ты это объяснишь?
— Никак… Он сам назвал мне эту гостиницу, — Эллен заплакала. Пораженные этим, все вдруг замолчали.
В наступившей тишине откуда-то из другой комнаты послышалось поскрипывание.
— Зеркало! — прошептала Флоринда и бросилась в «книжную комнату». Николай и Терри побежали за ней. Остальные потянулись следом за ними.
Они остановились в дверях и с удивлением смотрели, как Флоринда подошла; к зеркалу, сложила перед грудью руки, ладонь к ладони, и почтительно поклонилась ему.
Потом она подняла голову и стала вглядываться в его темную поверхность. В комнате горела всего одна свеча.
Флоринда дрожала, голова у нее кружилась, но она не потеряла сознания. Перед глазами неожиданно всплывали и исчезали какие-то смутные образы. Непроизнесенные слова как будто срывались со своей орбиты, круг, по которому бешено вращались мысли, постепенно сужался, и наконец все слилось в одной дрожащей светящейся точке.
Это было непередаваемое чувство. Мысли Флоринды существовали одновременно и в ее голове и в зеркале, где эта дрожащая точка слилась с другой, появившейся из глубины зеркала. Она увеличилась, непонятным образом раздвинув стекло в стороны, и в зеркале чуть заметно обозначилась дорога.
По дороге к Флоринде шла невысокая женщина. Через некоторое время они отчетливо увидели ее лицо. Флоринда услыхала, как у нее за спиной кто-то ахнул.
Николай был всецело поглощен происходившим. Он бессознательно подошел к Флоринде. Это было похоже на наваждение.
Женщина в зеркале подходила все ближе и ближе. Кажется, она спускалась с холма. Вот уже лицо ее оказалось рядом с лицом Флоринды.
Флоринда отступила на несколько шагов. Поверхность зеркала пошла волнами, послышался звон разбитого стекла, однако осколки не посыпались на пол. Наконец из зеркала вышла женщина, она была такого же роста, что и Флоринда.
На ней был синий халат с серебряным поясом и кожаные туфли. Волосы были повязаны серебряной лентой, на которой висел полумесяц, он приходился ей на лоб.
Незнакомая женщина на мгновение закрыла глаза и тут же открыла их. Она качалась. Испугавшись, что она упадет, Флоринда подошла и поддержала ее. Незнакомка улыбнулась ей.
За спиной у Флоринды царило молчание. Собравшиеся не знали, что и думать. Во всяком случае объяснить случившееся они не могли.
Незнакомка, запинаясь, произнесла по-английски:
— Я Элиам… А ты Флоринда Ульсен?
— Да, я Флоринда. Что привело тебя ко мне? Откуда ты пришла?
— Я пришла из Лунного храма, что стоит в Монголии на равнине, окруженной горами, — ответила незнакомка. — Я пришла, чтобы спасти луну.
Вера не удержалась и фыркнула при этих словах.
Николая охватило странное волнение. Он уже знал, что сейчас произойдет. Они возникли из переливающихся цветов радуги и тут, в комнате, обрели каждый свой образ: девушка-ибис, ткачиха, ангел и ягуар.
Николай быстро оглядел присутствующих. Что они скажут, когда заметят их? Но их явно никто не видел. Николай снова взглянул на странную четверку, внимательно следившую за Флориндой и Элиам.
Глаза Элиам встретились с глазами Николая, и она улыбнулась ему:
— Ты Николай?
Он кивнул.
— Откуда ты ее знаешь? — прошептала Лидия. — Ты мне ничего не рассказывал.
Николай не ответил ей.
— Почему надо спасти луну? — спросил он у Элиам.
— В лунном озере, что лежит на равнине между монолитами, мы увидели, что собственный свет луны начал гаснуть. Причина нам неизвестна, но угроза велика.
— У луны нет своего света, — прошептал Максим.
— Луна только отражает свет солнца, так нас учили в школе, — сказал Патрик.
— Эта женщина ненормальная, — сказал Харри Лим. — Скорее всего, сбежала из какой-нибудь больницы.
Однако они не могли забыть, что она явилась из зеркала.
— Собственный свет луны, — прошептала Флоринда. — Я слышала о нем от своей матери, но тогда я не понимала, что это значит.
— В тебе тоже есть его сила, благодаря ей ты помогла мне открыть дорогу сквозь зеркало.
— Как можно вернуть луне ее свет? — спросила Флоринда.
— С помощью силы, которую луна вложила в семь лунных камней. Их еще называют царскими…
— Царские камни… Царские камни… — заговорили все разом с волнением, любопытством, удивлением и жадностью.
В зеркале замелькали новые тени. Элиам отошла в сторону и пропустила в комнату еще двоих. Они с удивлением оглядывали присутствующих. Женщина схватилась за грудь, и Флоринда подвинула ей стул.
— Добро пожаловать, — сказала им Элиам. — Это Алия и Олим, верховная жрица и верховный жрец из храмов лунных полукружий.
Олим поклонился, когда услышал свое имя. Николай тоже поклонился ему. Что сделали другие, он не видел.
Еще несколько человек вошли из зеркала в комнату. Вскоре их тут было уже двадцать, десять мужчин и десять женщин. На всех были одинаковые синие одежды с серебряными поясами и серебряными лентами на головах. На лбу у каждого висела серебряная луна, в ухе — серьга в виде полумесяца.
Алия что-то крикнула в зеркало.
— Нас слишком много, мы все здесь не поместимся, — объяснила Элиам Флоринде.
— Сколько же вас пришло? — спросила Флоринда.
— Двести человек, если считать всех.
— Двести… Да, боюсь, что всем у меня места не хватит.
И хотя Элиам распорядилась, чтобы больше никто не входил в комнату, несколько теней все-таки показались на дороге и еще четверо человек вошли в комнату.
