— Это ты сделала, — сонно спросила Ника. — Здорово. Хоть на что-то твоя магия пригодится, а то я уже начала думать, что ты все выдумываешь.
Она повернулась набок и заснула.
Это я сделала? Но я ведь ничего не делала. Или делала. У меня промелькнула мысль о шалаше, что б спрятаться от дождя, и он материализовался. Как та курочка в лесу! Я была в восторге. Может это место, где сбываются мечты?
«Хочу сундук с золотом», — мысленно загадала я.
Ничего. Совсем. Может слишком сложно?
«Хочу мороженое на палочке».
Ничего. Куда ж еще проще. Я приуныла. Как же это работает.
На краю нашей стоянки рос кустик цветов. Они были очень мелкими, просто крохотными, но плотно рассыпались по всем веточкам. Насыщенного голубого оттенка, они светились в темноте нежным светом. Я залюбовалась маленькими фонариками цветов.
«Такие красивые. Интересно, а пахнут они так же нежно?» — Подумала я. В этот момент одна веточка стала удлиняться. Она росла до тех пор, пока не достигла моего лица, и я не уловила резкий, кисловатый запах. Не все одинаково прекрасно. И тут я поняла, что произошло. Я «пожелала» и цветок вырос. Это моя магия. Она связана с землей. Вот лес и слушался меня. А когда я пожелала сундук с золотом, он просто не в состоянии был выполнить такое.
Нужно было раньше попрактиковаться, пока Кланки был рядом, может, научил бы чему полезному. А теперь приходится до всего додумываться самой.
Мысленно разрешив цветку уйти, я закрыла глаза. Хватит с меня на сегодня чудес. Тем более что-то мне подсказывало, завтра будет не меньше.
* * *
Wer nicht wagt, der nicht gewinnt
Кто не отважен, тот не выигрывает
Народная мудрость
Следующим утром все происходило по установленной за пару дней традиции. Я уже даже начинала привыкать к странствиям по лесным дебрям. И, кто знает, если не найду способа вернуться домой, стану местным Тарзаном или организую орден амазонок. Будем жить в лесу, охотиться и устраивать состязание по стрельбе из лука. Я озвучила свои планы подруге.
— Что уже плохого тебе сделали представители противоположного пола? — Поинтересовалась она.
— В смысле, — не поняла я.
— Амазонки — сугубо женский клуб. Мужчин они не только не принимали, а по некоторым сведениям еще и убивали. Своего рода крайняя степень феминизма.
— Ладно, не будем приносить в этот мир такое замечательное изобретение человечества. Если захотят, сами до него додумаются, а там может и обойдется. Тогда буду жить отшельницей, собирать травки, варить зелья и заниматься врачеванием, — продолжала мечтать я.
— А ты хорошо разбираешься в здешних растениях, а у здешних магов нет способностей к врачевательству? — Уже откровенно издевалась Ника.
— Пожалуй ты права. Да и что бы выучить хотя бы половину местной флоры, потребуется вся жизнь. И чем мне, по-твоему, здесь заниматься? Менеджмент и маркетинг, я думаю, им тоже без надобности.
— Пойдешь посуду мыть, — хихикнула подруга, — в местную забегаловку.
Я совсем скисла. Хорошенькая перспектива. Попасть в мир полный волшебных существ, где существуют эльфы, самой оказаться одной из них и пойти работать посудомойкой, что б не прозябать на улице. Можно, конечно остаться в лесу, но так и совсем одичать не долго.
— Это только в книжках все просто бывает. Раз — и ты в волшебном мире, — два — и дружелюбные туземцы тащат тебе корзины с подаяниями и делают своей королевой. А тебя вон в темницу упрятали и еще б чуть-чуть и головы лишили.
— Зато я помогла лесным! Отыскала их «благодать», которую они кучу лет найти не могли! — парировала я.
— Молодец, конечно, что помогла. А они спасибо сказали, к границе своей территории выпроводили и ручкой сделали. Мол, премного благодарны, больше в ваших услугах не нуждаемся. Или они предлагали стать их посмертной правительницей? Нет? То-то же. Да и эльф твой тоже хорош. Использовал тебя, приволок непонятно куда и даже не спросил, а оно тебе надо, искать всякие артефакты. Я думаю, окажись эта «благодать» алмазом на пару кило, он бы и не подумал с тобой поделиться.
Жестоко конечно, но доля истины в ее словах была, несомненно. Я задумалась о своем, и дальше мы шли молча. Пока совсем не хотелось разглагольствовать, что б не получить еще парочку разгромных аргументов.
Я так сильно углубилась в свои мысли, что упади рядом со мной еще одно гигантское дерево, я бы и его не заметила. Переставляя ноги на автомате, я шла все дальше, отводя в сторону ветки и перешагивая кочки. Нике все же удалось привлечь мое внимание, но явно не с первого и не со второго раза. Я вопросительно подняла на нее взгляд. И чего ей неймется, я все поняла, этот мир не менее жесток, чем наш, но здесь мне еще меньше шансов устроиться, чем дома.
Подруга указала рукой вперед. На широкой ветке сидел белый сокол. Красивая, величавая птица, и что-то в ней было знакомое. Странно, я точно таких никогда не видела ни дома, ни здесь. Может это даже какой-нибудь редкий вид?
— И что? — Я совершенно не была настроена рассматривать птичек, даже редких. Переступив через упавшую ветку, я вознамерилась продолжить путь, но сокол вдруг начал так интенсивно хлопать крыльями, что мне в лицо полетели мелкие листочки. Ему явно что-то не нравилось. Ладно, посмотрим чего тебе надобно, я остановилась.
Птичка, довольная результатом, успокоилась и принялась чистить перышки. Здорово! Не больше заняться нечем, кроме как составлять компанию соколу-чистюле. Я пошарила глазами под ногами в поисках палки поувесистей. Меня не остановить, просто похлопав крыльями.
А птичка продолжала гигиенические процедуры, да так интенсивно, что одно перышко не удержавшись на месте вырвалось и стало плавно опускаться мне под ноги. По мере приближения к земле оно быстро увеличивалось в размерах, и на листья упало уже не перышко, а пальмовая ветвь. Верхняя сторона была гладкая и блестящая, мне даже показалось, что там можно увидеть свое отражение. Что бы проверить догадку, я наклонилась поближе и тут же отпрянула.
— Ты чего? — Спросила Ника.
— Там целый отряд эльфов, — указала я на огромное перо внутри которого, как в импровизированном телевизоре мелькали картинки.
— Они идут по нашим следам, — задумчиво сказала подруга.
— С чего ты решила, — я присела рядом с пером, что бы было лучше видно.
— Это дерево, — показала она в изображение, — мы недавно проходили мимо него. Ствол начала цельный, а потом расстраивается. Я хорошо его рассмотрела.
— Да мало ли таких деревьев, — возразила я.
— Это то самое, я уверена.
— Значит, ты хочешь нас предупредить, — сказала я, поворачиваясь к соколу, но того и след простыл, ветка была пуста. — Или заманить в ловушку.
