Читаем без скачивания Проект «Переселение». Дилогия (СИ) - Сергей Панченко

— Ты как вообще, бамбрятину уважаешь? — я еле удерживал в руках огромный смертоносный орган чудовища.

— Выглядит неаппетитно, но я бы и Тузика сьела, если бы мне никто об этом не сказал — поразительное самообладание девочки опять меня удивило.

— Хорошо, Бамбр жареный на костре будет готов через сорок минут

— Ура — Варя захлопала в ладоши, потом скривилась и потрогала свою голову

— Что такое? — я заволновался

— Голова побаливает — Варя снова потерла голову

— Иди сюда, я посмотрю.

Я потрогал ее голову. Между макушкой и лбом надулась огромная шишка. Да еще и с гематомой. Такой удар непременно должен был закончиться сотрясением.

— Тебя не тошнит, голова не кружится?

— Нет, побаливает только.

— У тебя шишка размером с Эверест. Я бы с такой лежал и просил принести мне водички. Давай, я дам тебе таблетку от головы, а ты пойдешь и ляжешь. А я позову тебя, когда приготовится еда. Хорошо?

— Хорошо — Варя снова потерла шишку и поднялась в будку.

В аптечке лежал анальгин. Варя покорно разжевала таблетку, запила ее теплой водой и прилегла.

— Лежи, восстанавливайся, мне еще машины заправить надо.

Мясо тушилось в котелке. Пахло оно, как обычное мясо. Я и вкус ожидал такой же. Между перемешиваниями его в котелке, заправил грузовик и генератор. Затем присел возле костра. Тишину нарушал треск горящих веток. После пережитого на душе стало спокойно, словно кто-то ослабил вожжи моих переживаний. Редкий дым поднимался ровно вверх, не тревожимый ветром. Если бы не жара, могло показаться, что я нахожусь в осеннем лесу. А я очень люблю в это время года бесцельно бродить по лесу. Воздух в нем становится прохладным и чистым, опавшая листва имеет свой осенний запах, который наполняет атмосферу леса. Как уже хочется все вернуть назад, и снова побродить по лесу. Когда выберусь, на лето буду уезжать в горы, куда-нибудь на Северный Урал. В печенках у меня эта жара уже. Мысль перескочила на новые рельсы. Откладывать дальше процесс отравления озерного гиганта не имело смысла. Нужно приступать к нему немедленно. Как доставить отраву, я представлял, но как залить ее внутрь гиганта мне пока было не ясно. Мой жизненный опыт научил меня одной вещи, что самое главное начать, а возможности сами откроются, главное приложить усилие, чтобы процесс пошел.

По виду, мясо Бамбра, было готово. Не терпелось затолкать большой кусок в рот и съесть, но оно могло оказаться ядовитым, к примеру, или абсолютно безвкусным, в лучшем случае. Я откусил небольшой кусочек. Пожевал. Вроде ничего, немного необычный вкус, но в целом есть можно. Может, бегемот имеет такой вкус, я его тоже не пробовал, или змея, или морская корова. Подожду немного, а потом разбужу Варю.

Спустя полчаса я все еще был жив и прекрасно себя чувствовал. Пора будить раненого напарника.

— Варя, обед стынет, — девочку разморило, она открыла глаз, посмотрела на меня и снова закрыла. — как хочешь, я сам все съем.

Варя нехотя приподнялась, пощупала шишку и поморщилась.

— До свадьбы заживет — я постарался ее приободрить, таким образом, но девочка съязвила.

— Долго ждать придется, с женихами сейчас трудно. Одни Бамбры остались.

Меня сложило пополам от смеха. Ничего удивительного в том, что Варя выжила, не было. Ее отношение к жизни несло огромный позитивный заряд. Она понимала, что вокруг происходят страшные вещи, но воспринимала их философски, с долей черного юмора. Мой дед, прошедший войну, имел такое же отношение к жизни. Пока я был маленький, он мне рассказывал, как травил байки, сидя в окопах. Многие бойцы не понимали его оптимизма, происходящее вокруг казалось им страшным, оно таким и было. И все они погибли, а дед выжил.

— Бери ложку, мы тут по простому, едим мясо ложками. Пробуй. Бамбра лучше съесть, чем выйти за него замуж.

Варя осторожно откусила кусочек мяса. Пожевала, погоняла его по рту. Проглотила и откусила кусок побольше.

— Скажите, дядя Аркадий, а почему ночи не стало? — Варя решила расспросить о странностях окружающего мира, с набитым ртом.

— Я точно не знаю, я же не ученый, но думаю, что и ученые не знают ответ на этот вопрос. Поэтому могу только предполагать. Кто-то запустил к нам чудовищ, с целью уничтожить нас.

— А кто это?

— Хороший вопрос. Вначале я думал, что это военные со своими экспериментами доигрались. Чего-то они там создали ужасного, а те взяли и разбежались. Потом понял, что это не их уровень. Были мне всякие намеки во сне, но открыто не говорят, что это какая-то экспансия извне.

По Вариному взгляду я понял, что слова «экспансия» и «извне» ни о чем ей не говорят.

— Хорошо, я думаю, что на нас напали инопланетяне, а им мешают захватить нас.

— А почему ночи-то не стало?

— Тьфу ты, а я забыл с чего начал. Ваш поселок и окрестности накрыло колпаком, под которым время течет гораздо быстрее. Поэтому нам кажется, что солнце остановилось. А на самом деле, оно движется нормально, но только там, за колпаком. Может быть время зациклено, потому что я видел себя, подъезжающего к барьеру. Пройти сквозь него невозможно, поэтому мы с тобой и катаемся тут. А так бы я давно отвез тебя к родителям — я зря напомнил ей о родителях. Варя глубоко вздохнула, опустила глаза. На землю упала слезинка. Я внутренне ругнулся на себя за собственную бестолковость.

— Варь, у них все хорошо сейчас — я попытался исправить ошибку, как мог.

— Я знаю… просто соскучилась. Домой хочу… альбом посмотреть — Варя говорила отрывисто, сквозь слезы.

— Обязательно съездим, а когда мы победим, то купол исчезнет, и родители твои вернутся — я пытался направить ее мысли в нужное русло.

Варвара еще немного повсхлипывала, потом сунула ложку в котелок, достала большой кусок мяса и принялась активно жевать. Поразительная смена настроения. Мгновение назад казалось, что ребенка может охватить тяжелая депрессия, и вот он уже наворачивает мясо, как ни в чем не бывало.

— Дядя Аркадий, а вы клешню эту сфотографировали на память?

— Блин, не сфотографировал, но там еще осталось много — я подхватился за фотоаппаратом. Такими темпами скоро я сам у Вари буду брать уроки.

«Клешню» наснимал с разных ракурсов, а фотографии перекинул на ноутбук. У Вари загорелись глаза при виде ноутбука.

— А игры на нем есть? Я сто лет не играла на компе!

— Каюсь, есть игры. Имею такую слабость, половина жесткого забита играми. Только у меня стрелялки, да стратегии.

— Я люблю стрелялки!

— Можно было догадаться. Ты хотела с настоящего автомата пострелять?

— Давай, потом. Покажи, что у тебя есть?