теперь оно механически соединяет в себе сельские и городские решения, образ жизни, застройку и т. д.
Илл. 10.8. Церковь Рождества Христова (1839) в деревне Липовское, Режевской район Свердловской области. Фото автора, 2022
Илл. 10.9. Дом культуры в селе Мариинск (так!), Ревдинский район. Типовое здание, широко распространенное в Свердловской области, проект 1970-х годов. Фото Е. В. Алексеевой, 2022
В начале 1980-х годов в селе Балтым (ныне городской округ Верхняя Пышма Свердловской области) была предпринята интереснейшая попытка учесть все особенности сельского образа жизни и спроектировать экспериментальное «новое» социалистическое село. Г. В. Мазаев, работавший тогда главным архитектором Свердловской области, побеседовал со мной об этом проекте и поделился фотографиями, которые публикуются ниже. Он до сих пор высоко ценит этот опыт и так же, как тогда, уверен в том, что городские проекты нельзя переносить в сельскую местность. Такое представление существенно расходилось с установкой программы КПСС, согласно которой «различия между городом и деревней» стирались, а сельские поселения должны были превратиться в поселки городского типа. Г. В. Мазаев особенно гордится проектом культурно-спортивного центра, в котором помимо конструктивных инноваций – использования металлоконструкций – была предусмотрена большая общественная зона, позволявшая жителям общаться в любую погоду[18], а также построенными по этому проекту поселковыми домами, учитывавшими потребности сельского жителя (илл. 10.10, 10.11).
Илл. 10.10. Культурно-спортивный центр в экспериментальном поселке Балтым. Проект культурно-спортивного центра, гл. архитектор Г. В. Мазаев. Из архива архитектора
Исходные посылки этого позднесоветского проекта кажутся нам совершенно верными, однако же практика его воплощения была все той же, модернистской. Место на окраине села Балтым, выбранное для размещения «экспериментального поселка», игнорировало исторически сложившуюся структуру социальных связей поселения, пренебрегало правилами, о которых говорится выше. При всех своих архитектурных достижениях поселок не стал частью этой структуры, так и остался на отшибе, не реализовав своего потенциала.
Илл. 10.11. Культурно-спортивный центр в экспериментальном поселке Балтым. Современное состояние объекта. Фото автора
Эти неплохие частные дома так и не смогли «перетянуть» на себя центр. Глядя на них сегодня, видишь вокруг все те же гибридные сочетания сельского с городским, окончательно обессмыслившие первоначальный замысел архитекторов. Все огорожено заборами, пусть и вполне аккуратными, однако не позволяющими свободно перемещаться по пространству визуально и физически.
Описанные выше процессы деградации начались отнюдь не в советское время. Об упадке уральских деревень, вызванном неудачными реформами, писали уже в последней трети XIX – начале XX века. Ресурсы для удобного сельского расселения были исчерпаны, общинное устройство заменялось внешним управлением, а выбор мест для поселений диктовался не природными предпосылками, но административно-экономическими соображениями [Мазур 2001: 145, 147].
Никольское положительно красиво, только старый барский дом с целой анфиладой пристроек <…> заметно начинает рушиться – собственно дом, точно спрятавшийся в саду, еще поддерживается, а пристройки носят в себе очень неприятные следы «зубов времени» <…> У плотины красивого прудка стоит громадное деревянное здание, не то мельница, не то винокуренный завод – все покосилось и разрушается <…> Когда-то здесь кипела крепостная работа, а теперь мертвая тишина и разложение, медленное и неотвратимое, как скрытая болезнь, —
писал Д. Н. Мамин-Сибиряк [Мамин-Сибиряк 1952].
Тем не менее, как и многое другое в ландшафте, система сельского расселения на Среднем Урале продолжает жить, трансформируется, сохраняет некоторую устойчивость. Прежде всего это связано с тем, насколько точно она соответствует обнаруженным когда-то аффордансам.
Заключение
Концепция аффордансов позволяет увидеть сельское расселение иначе, чем принято, – не в виде дискретных единиц картографического масштаба, порожденных нашей привычкой следовать административному делению или иным формальным критериям, но в крупном, человеческом масштабе и как единое целое.
Ученые, особенно советские и постсоветские, постоянно говорили и говорят о типологических характеристиках системы расселения, о функциях сельских поселений, ключевых показателях их социально-экономического развития, почти не обращаясь к особенностям, индивидуальным историям каждого места. Даже исторические экскурсы в этой логике превращаются в однотипные перечни хронологических и статистических данных (столько-то тракторов, столько-то голов скота и т. д.), затрудняющих понимание того, что происходило на самом деле [Денисова 1996].
Топологическая версия концепции аффордансов, о которой мы говорили выше, исходит из того, что предмет должен изучаться как полимасштабное целое. Сельское расселение – предмет, существующий на нескольких связанных уровнях иерархии. Изменения в самом крупном масштабе, на уровне человеческого роста – индикатор изменений, происходящих на всех других масштабах. Рвется там, где тонко, там, где что-либо препятствует постоянному полноценному взаимодействию жителей, частей поселения, включая сюда не только прямые коммуникации, но, например, и визуальные связи. Исчезнет тротуар, зарастет тропинка, вырастет трехметровый забор или одноэтажные домики окажутся в тени новых пятиэтажек – все это мгновенно сказывается на жизнестойкости поселения[19]. Значение имеет любая «мелочь», деталь крупного масштаба, в том числе украшения на избах или наличие на улицах животных, вовремя поедающих траву (см. главу 11). Укрупняя такие структуры, отказываясь от наследия, люди приходят к упрощению всего расселения. Разрастающаяся пустота ведет к снижению их же собственной активности.
Источники и литература
Бердинских 2013 – Бердинских В. А. Русская деревня. Быт и нравы. М.: Ломоносовъ, 2013.
Бубнов 1988 – Бубнов Е. Н. Русское деревянное зодчество Урала. М.: Стройиздат, 1988.
Быстрова 2018 – Быстрова Т. Ю. Система расселения Урала как объект наследия и фактор развития региона // Академический вестник УралНИИпроект. 2018. № 2. Ч. 1. С. 56–63; Ч. 2. № 3. С. 45–52.
Быстрова 2022 – Быстрова Т. Ю., Мазаев Г. В. Особенности городской и сельской систем расселения на современном этапе // Академический вестник УралНИИпроект. 2022. № 4. С. 39–44.
Быстрова 2023 – Быстрова Т. Ю., Мазаев Г. В. Методология изучения системы сельского расселения современной России как научная проблема // Академический вестник УралНИИпроект. 2023. № 2. С. 9–14.
Вихрев 2016 – Вихрев О. В., Ткаченко А. А., Фомкина А. А. Системы сельского расселения и их центры (на примере Тверской области) // Вестник Московского ун-та. Сер. 5. География. 2016. № 2. С. 30–37.
Геннин 1937 – Геннин В. Описание уральских и сибирских заводов. 1735. М.: Гос. изд-во «История заводов», 1937.
Гибсон 1988 – Гибсон Дж. Экологический подход к зрительному восприятию: Пер. с англ. / Общ. ред. и вступ. ст. А. Д. Логвиненко. М.: Прогресс, 1988.
Денисова 1996 – Денисова Л. Н. Исчезающая деревня России: Нечерноземье в 1960–1980-е гг. М.: Изд. центр ИРИ, 1996.
Дорофеев 2020 – Дорофеев А. А., Павлюкова М. А., Смирнова А. А. Ландшафтные особенности сельского расселения Тверской области // Вестник ТвГУ. Серия «География и геоэкология». 2020. № 4 (32). С. 25–32.
Корандей 2021 – Корандей Ф. С., Абрамов И. В., Костомаров В. М., Черепанов М. С., Шелудков А. В. Провоцирующие ландшафты: исследования повседневных культурных ландшафтов периферии агломераций // Вестник археологии, антропологии
