— Можно, вот только если я правильно помню отчеты, то львиная доля выделенных денег уходит налево. И самое главное мне один друг по большому секрету сказал кому.
— Да обратно в казну и уходят. Думаешь, я такой идиот? Я прекрасно понимаю, что подобный ход уменьшает разворовывание средств, примерно на тридцать процентов. С нами опасаются связываться, так как на нашей стороне драконы с их огнем и магией. Да и всадники преданы лично его величеству и порвут любого, кто полезет поперек. В итоге он получает около миллиона чистым якобы доходом, и все знают об этой схеме, но слово боятся вставить, только на Совете и решаются. Да и то бесполезно. Ай, ладно, что уж говорить об этом старом всаднике. Мне тут одну крайне любопытную вещь поведали по большому секрету. — голос Шайна стал напряженным, я даже оторвалась от попыток оторвать жилку с кости. Подняв голову, поняла что Шайн в упор рассматривает именно меня. — Ничего не хочешь сказать?
У меня челюсть упала от такого вопроса. Интересно он вообще о чем? Наклонив голову на бок, с вопросом посмотрела на Шайна. Мол чего тебе еще надо от бессловесной скотинки!
— Например о том факте, что твоя шерсть потихоньку становится белой. — челюсть упала повторно. Интересно, какая сволочь и главное когда успела проболтаться об этом факте, и самое интересное, только ли о шерсти или и о том, что это значит? — Значит правда? Я так понимаю граф меня не обманул. И что будем делать?
А что тут сделаешь? Максимум из возможного это поддержание здоровья и возможно переливание крови. Последнее вряд ли конечно поможет сильно, но вероятно увеличит срок на пару месяцев, пока не начнется отторжение. На целительской магии я тоже продержусь не особо долго, три-четыре месяца. И то последний месяц смогу разве что едва ползать от упадка сил, в основном буду спать и пить.
Развесив уши в стороны я отрицательно помотала головой. Придется признать что ничего уже не поможет, да и собаки по любому живут намного меньше, нежели люди, тем более маги. Тем более у меня столько различных достоинств и необычных умений, что хоть один недостаток да должен быть. Природа не любит вмешательства в свои дела, гибриды подобные мне вряд ли когда-нибудь будут жить дольше, или же им будет отказано в потомстве. Да мало ли на чем отыграется мир.
— Понятно. Ладно, Дрой не знаю как ты, а я безумно устал. Так что спокойной ночи, друг.
Дрой пожелав нам приятных снов, удалился. Я же бросив остатки кости в камин, слуги потом вычистят, прошла к столику и ухватила зубами, лежащее на блюде яблоко. Шайн уже умудрившийся ополоснуться и забиравшийся под одеяло, был прижат лапами к матрасу. Я нависла над ним с яблоком в зубах и протяжно заскулила. Ну что поделаешь, не люблю я семечки, вот и прошу почистить, как могу. Пришлось Шайну вставать, недовольно бурча что-то себе под нос. Я же стояла рядом и радостно махала хвостом. Получив сочные дольки довольно заворчала, благодаря. Уже ночью перебралась под бок к магу, так и уснула, ощущая покой и жалея, что не могу, как кошки урчать от удовольствия.
Время почему-то не хотело стоять на месте, оно бежало и незаметно прошло три месяца. Что я делала все это время? да практически ничего особенного, продолжала играть с детьми, болтать с драконами, иногда издеваться над всадниками, сидеть с Шайном, смотреть как он колдует в своей лаборатории, слушать его препирательства с Дроем. Иногда могла днями напролет сидеть с малышом Троем, развлекая его рассказами. Пусть малыш ничего и не понимает, зато прекрасно улавливает интонации, даже мои. Мира всегда улыбалась в такие моменты, зато нянечка хваталась за сердце, видя как я приближаю морду к ребенку. Ну, еще бы, будь я на ее месте, тоже испугалась, клыки у меня будь здоров. Сейчас я практически вся белая, только кончики ушей, хвост да тонкая полоса на позвоночнике сохранили прежнюю черноту. Глаза тоже выцвели, став голубыми, да и видеть я стала немного хуже. Резвости и сил у меня пока не убавилось, но это вполне нормально, до самой смерти мы сохраняем свои возможности, а умираем усыхая за несколько часов. Каждую ночь я боялась больше не проснуться, а по утрам неизменно радовалась новому дню, и вообще я поняла снова, что жить в ожидании смерти безумно сложно и страшно. Шайн ходит немного задумчивый и старается как можно реже говорить. Дрой улыбается и постоянно норовит погладить по голове. Мире они ничего не сказали. Из драконов в курсе только Красс. Второй раз в жизни видела драконьи слезы. По сердцу в этот момент будто ножом резанули.
Еще пару раз видела во сне Венгара. Этот пушистый мутант загадочно улыбался и фыркал, разглядывая разводы белого на моей шерсти. Последний раз он погладил мою голову и пообещал еще раз увидеться чуть позже, тогда мол и поговорим более обстоятельно. Я честно говоря не думаю что мы еще успеем встретиться. Учитывая скорость выцветания моей шкурки, осталось не так уж и долго.
— Привет, Гейя. Хороший сегодня денек, правда? — Шайн стоял рядом. — Знаешь мне тут недавно приснился донельзя странный сон. Сначала я хотел рассказать о нем тебе, но теперь подумал, что это будет лишним. Ты не могла бы через три дня помочь мне? Нужно кое-куда слетать, Чудери просил захватить тебя с собой. Я в принципе не против, если тебе конечно не сложно и нет других дел. — он что издевается? Какие могут быть важные дела у собаки? Ловля блох в шерсти? Так их у меня слава богам нет. Мотание нервов всадникам? Так привычные уже, практически не ведутся. — Вот и хорошо, вылетаем ближе к вечеру, за ночь должны успеть обернуться. Спасибо! — потрепав меня по голове, Шайн ушел.
Кстати Чудери все-таки разорвал связь с Иромом и пока оставался без всадника. Пока что его заменял Шайн, но все больше посматривал на подрастающее поколение, правда Чудик лишь рычит и отказывается от всех предложенных вариантов. Однако с Шайном они вполне мирно уживаются. Жаль конечно Ирома, он больше не хочет быть в связке с драконами, решил уйти в подполье, так сказать, заняться обеспечением и безопасностью. Благо опыт и желание имеются, а места всегда найдутся. Король поможет в случае чего, он бывших всадников не бросает, наоборот
