кончил довольно бестолковый разговор — это был уже четырнадцатый по счету вариант его “малейших возможностей” — с офицером пропускной службы города, который докладывал в свое время о возвращении Бада в Спейспорт после его второго “побега” из дома. Лейн раскачивался на носках, обдумывая, что еще можно предпринять, когда Скотт передал ему трубку другого телефона:
— Это мистер Рейд, председатель Комитета.
— Скажите, что я перезвоню ему, если это не срочно, — рассеянно ответил Лейн.
Скотт довольно долго слушал, что говорит Рейд, и лицо его менялось на глазах. Он протянул Лейну трубку и дрожащим от волнения голосом сказал:
— Вам лучше самому выслушать мистера Рейда, сэр.
Лейн, немного удивленный, взял трубку и начал слушать. На другом конце провода Дезмонд Рейд, по обе стороны которого напряженно вытянулись Ли Дэвид и Майк Саттер, бодро сообщил:
— Думаю, лучше я приведу к тебе этих ребят, и ты сам выслушаешь их и примешь решение.
— Постой, дай мне разобраться, они сами заметили что-то необычное в Баде сегодня утром?
— Да. Но что именно они заметили, тебе лучше услышать от них самих.
— Давай их сюда!
— Будем через четыре минуты.
Лейн положил трубку и посмотрел на своего секретаря:
— Мне кажется, вы что-то слишком разволновались, Скотт. Пока ничего особенного, просто — одна из возможностей, и только.
Скотт удивленно взглянул на шефа и прошептал:
— Разве он не сказал вам?
— Ну почему, он сказал, что в поведении Бада заметили нечто странное.
— Мне он сказал, что этот мальчик, вероятно, внеземного происхождения.
Наступила пауза. Не мигая Лейн смотрел на секретаря, рот его был чуть приоткрыт. Потом он тряхнул головой, будто освобождаясь от наваждения, и медленно произнес:
— Это не так просто — подобное перевоплощение… Ну, а все-таки, почему нам не взглянуть самим на этого Бада Джагера. — Это уже был прежний решительный Лейн. — Мистер Скотт, дайте указание военной полиции арестовать его и доставить к нам в офис.
В дверях Скотт столкнулся с Рейдом, который входил в кабинет в сопровождении двух юношей. При виде их Лейн подсознательно напрягся и сдержанно сказал:
— Мистер Рейд кое-что сообщил мне. Расскажите вашу историю.
Но ребята не сразу заговорили: казалось, они были настолько поглощены всем, что увидели в кабинете, что не очень-то и слышали слова Лейна. С почти детским восхищением они рассматривали панель обзора размером почти во всю стену, понимая, что это — не просто экран, а огромное окно в живой мир космоса, непрестанно меняющегося прямо на их глазах…
Когда Ли и Майк закончили свой рассказ, наступила тишина. Было видно, что Лейн переживает какую-то внутреннюю борьбу. Рейд, прищурившись, наблюдал за ним, потом подошел и тихо сказал:
— Джон, мне показалось, что ты сейчас испытываешь что-то вроде радости. Что может быть такого приятного во всей этой ситуации?
— Радость? — отшатнулся Джон, но на лице появилось виноватое выражение. — Дез, — ответил он вполголоса, — ты прав, потому что первой моей мыслью было, что враг нащупал наше самое слабое место — детские группы. И мне действительно стыдно, что в такой момент я способен радоваться тому, что оказался прав насчет этих групп. И тем не менее, это так. Именно через группы они сумели внедриться и свободно действовать. Но не будем сейчас об этом, это уже не имеет значения. Наша задача остается прежней. — Лейн отошел от Рейда и громко сказал: — Я уже дал указание военной полиции арестовать Бада Джагера. А ребята, я думаю, могут пока подождать в моем кабинете для совещаний, чтобы они опознали Бада, когда его сюда доставят.
Рейд отвел джэбберов в конференц-зал, прикрыл за ними дверь и уже направился к выходу, но остановился и сказал:
— Мне сейчас привезут комплект летного снаряжения. — Рейд чуть смущенно улыбнулся. — Я полечу на “Ориоле” вместе с тобой.
— Дез, оставь эту юношескую браваду…
— Но ты же сам пригласил на борт “Ориоля” всех членов Комитета.
— А это уже моя собственная бравада, если угодно, — цинично ухмыльнулся Лейн, — потребовать, чтобы эти, идиоты из Комитета… Но ты-то понимаешь, что к ним не относишься.
— И все-таки, — улыбнулся Рейд, — у меня неодолимое желание быть с ними рядом, с этими взрослыми детьми, одержимыми, как ты говоришь, юношеской бравадой. — Рейд коротко отсалютовал и, продолжая улыбаться, вышел из кабинета.
Лейн сидел за столом, мысленно перебирая варианты того, что можно было бы сделать еще в оставшиеся часы. Вдруг в кабинет вбежал Скотт и молча положил перед ним на стол лист бумаги. Его дрожащий палец уперся в две последние строчки текста. Лейн, не читая, бросил взгляд на листок и сразу понял, что перед ним лежит компьютерная распечатка ордера на испытательный полет корабля “Омнивалчер” 2681-Е: пилот-капитан Питер Сенниз и два пассажира. Как указывалось в двух последних строчках, имена пассажиров — Сьюзен Лейн и Бад Джагер.
Но единственное, что упустил Лейн, он не обратил внимания на дату, стоявшую в самом конце документа. Он поднял глаза на покрасневшего от волнения Скотта и раздраженно сказал:
— Мистер Скотт, это — не такая уж свежая информация. Если бы моя жена знала, что в то воскресенье Сьюзен была не единственным пассажиром на корабле, она бы волновалась гораздо меньше. Я, правда, не понимаю, почему только сейчас стало известно имя второго пассажира — Бада Джагера…
— Сэр, — перебил его побледневший Скотт, — этот документ не имеет никакого отношения к тому воскресному полету. Он получен мною только что, и я сразу принес его вам. Этот военный корабль, пилотируемый Сеннизом, стартовал в космос сегодня в девять часов утра.
Лейн схватил документ и прочел его с начала и до конца. Все правильно, получен несколько минут назад. Побледневший Лейн откинулся на спинку стула и какое-то время сидел неподвижно, бессмысленно глядя в пустое пространство. Наконец он выпрямился и обратился к Скотту, медленно, будто с трудом, подбирая слова:
— Мистер Скотт, когда вернется мистер Рейд, прошу вас не упоминать имя моей дочери. Нам предстоит принять трудное решение, и я не хочу, чтобы этот факт повлиял на его позицию, как это может случиться со мной. Нужно, чтобы хоть один человек действовал объективно.
— Понял, сэр, — тихо ответил Скотт и, помолчав, спросил: — А как насчет миссис Лейн, командир?
— Когда я утром уходил из дома, — слабо улыбнулся Лейн, — моя жена была в полной уверенности, что Сьюзен крепко спит в своей постели. Теперь ясно, — он похлопал ладонью по листу бумаги, — где она уже была в это время. — Лейн опять помолчал, лицо исказилось от боли. — Позвоните, пожалуйста, моей жене, пусть она немедленно приедет сюда.
